Рык Посейдона - Валерий Негрей

Стивен решил пока не выходить в город. Устроившись, он попросил проводников подыскать грузовик с водителем, который бы смог в любое время суток тронуться в путь. К вечеру они привели водителя. Стивен сказал, что, возможно, придётся ехать по ту сторону границы и когда они вернуться назад, он не знает. Это немного озадачило водителя. Он стоял перед Стивеном, теребя в руках подобие шляпы, но когда тот достал деньги и сказал, что заплатит аванс, сомнения исчезли. Он что-то сказал проводникам, на непонятном Стивену диалекте и, раскланиваясь, вышел из комнаты. Стивен спросил, о чём они говорили.

Один из проводников рассмеялся и сказал, что этот парень очень рад и согласен, за такие деньги, довести их хоть до Кандагара. Он бывал там не раз и прекрасно знает всю дорогу. Стивен улыбнулся про себя и подумал — «Пока фортуна повернулась ко мне лицом, но я не должен забывать и о её спине. Там нет ангельских крыльев». Теперь его волновала связь.

Ещё в Лондоне их с Джем снабдили специальными наручными часами. Это были маячки. Их передвижение постоянно отслеживалось через спутник и служба внутренней безопасности разведки в любой момент знала, где находится их агент. Но это не было связью. Маячки имели двойное назначение. При необходимости, они могли унести жизнь их обладателя. Это было небезопасно, но другого выхода не было. Слишком непредсказуемыми были люди, с которыми приходилось, приходиться и ещё придётся ему встречаться. Стивен знал об этом, но с самого начала постарался исключить мысль об их предназначении.

Обратная связь должна была осуществляться через резидента в Пакистане, но теперь он был уверен, что путь его лежит через границу, а значит и связи как таковой, у него не будет. Это могло серьёзно повлиять на всю операцию.

Утром он всё-таки дал телеграмму в Исламабад. Она была вполне невинного содержания. — «Уезжаю из города. Буду ждать брата два дня». Это всего лишь значило, что он покинет Пакистан через два дня и ждёт связника. Он рассчитывал, что груз пролежит ещё дня два, а за это время связник прибудет в Кветту. Но события развернулись совсем по-другому.

Уже на следующий день, в полдень, к вокзалу подъехала колонна из четырёх грузовиков. Об этом сообщил ему один из проводников, оставленных им для наблюдения за терминалом. Стивен срочно отправил его за нанятым ими грузовиком, а сам, обогнув несколько кварталов, подошёл к терминалу со стороны путей. Отсюда хорошо были видны все подъезды, и было где укрыться от палящего солнца. Это был всё тот же глинобитный сарай.

Через некоторое время две мощных грузовых «Тойоты» заехали на терминал. Два остальных остались стоять перед вокзалом. Они были уже чем-то загружены. Как он успел заметить, в кабине каждого грузовика сидели, кроме водителя, ещё по два человека.

Через час погрузка была закончена. Стивен вытер платком лоб и присел на вывалившийся из стены камень. Только сейчас он полностью ощутил всю сложность предстоящей работы. Перед ним были уже не груды ящиков, а живые люди, ход мыслей и действия которых, он должен был просчитать хотя бы на день вперёд. В сложившейся ситуации время играло против него.

Тем же путём он вернулся в гостиницу. Там его уже ждали проводники с грузовиком. Увидев их, он вдруг понял, что не знает, как действовать дальше. Если сопровождать груз, то через некоторое время их заметят и неизвестно, чем это закончиться. Хотя по опыту знал, что на горных дорогах обогнать идущую впереди тебя колонну просто невозможно и под этим видом можно ехать вслед не одну сотню миль. Если ехать впереди, то можно потеряться из вида. Кроме этого у него не было уверенности, что они поедут именно в этом направлении. Оставалась ещё дорога на юг, в сторону Ирана. Но время на раздумья не было.

Они быстро собрали вещи и перенесли их в машину. Одного из проводников Стивен решил оставить в городе. Он дал ему текст телеграммы, которую тот должен был отправить в Исламабад и ждать человека, с которым они и найдут Стивена. Это был риск, но выхода не было. Оставалось надеяться на свою интуицию в подборе людей и в очередной раз на прекрасную улыбку фортуны. Он решил ехать впереди. И водитель, и проводник знали местность, что и давало некоторый шанс на успех.

Через час они стояли на развилке дорог, одна из которых вела в горы, на границу с Афганистаном. Солнце жгло так, что даже лёгкое прикосновение к металлу вызывало ожёг. Стивен сел в тени машины и стал наблюдать за дорогой. Присевший рядом водитель, сказал, что не помнит такой жары в это время года, но скоро в горах будет холодно, и спросил, почему у господина нет тёплой одежды. Стивен подумал, что здесь он действительно дал промашку.

Проводник спал в кабине, а они мирно беседовали, изредка бросая взгляды в ту сторону горизонта, откуда должна была появиться колонна. Так прошло около часа. Стоять на открытом месте стало просто тяжело. Жара вызывала сонливость и глаза стали непроизвольно смыкаться. Проезжавшие мимо водители с удивлением смотрели на одиноко стоявшую машину, вокруг которой не было видно людей. Стивен почувствовал нервную усталость. Сомнение в правильности его решения стало навязчиво появляться в мыслях. Он встал и несколько раз обошёл вокруг машины. Проводник всё также мирно посапывал в кабине. Водитель, закрыв глаза, сидел, прислонившись спиной к нагретому солнцем колесу. «Если через полчаса они не появятся, надо возвращаться в город», — подумал он и с надеждой посмотрел в очередной раз на дорогу. Вдали показались подряд несколько точек. Стивен стал всматриваться в них до рези в глазах. Спустя несколько секунд сомнения исчезли — это была колонна большегрузных машин. Он рывком открыл дверь кабины, крикнув водителю:

— Быстро, вперёд!

От неожиданности, те вздрогнули и начали вертеть головами по сторонам, ища того, кто их так напугал. Впервые за несколько дней улыбка посетила лицо Стивена.

Водитель оказался не только хорошим знатоком этих мест, но и вполне понятливым. Стивен сказал ему, что они должны ехать так, чтобы их постоянно видели люди из той колонны. Он не стал говорить об обратной заинтересованности. Это было своего рода подстраховкой. В случае чего, он всегда мог сказать, что им безопаснее было ехать в кампании с целой колонной, так как нападения на одиноких водителей здесь были не редкость. Тот кивнул головой и сказал:

— Километров через пятьдесят мы въедем в горы, а там до самой границы они нас не обгонят, — он повернулся к Стивену, и широкая улыбка застыла у него на лице. Было видно, что он воспринял его слова как поощрение к гонке с неизвестным соперником.

— А как вы определяете, где граница? Там ведь нет никаких знаков! — спросил Стивен.