Будни и праздники Ольвии в VI—I вв. до н. э. - Марина Владимировна Скржинская

предоставили много образцов различных ожерелий и показали, что их могли носить одновременно по два или три. У одних женщин все шейное украшение состояло из единственной лиловой или янтарной бусины или подвески из египетского фаянса в виде шишки, у других скромное ожерелье включало несколько одинаковых либо разноцветных бусин. Например, две бесцветные стеклянные, две желтые с красно-желтыми глазками из египетского фаянса и две костяные. Отдельные бусины из янтаря и горного хрусталя украшали середину ожерелий из нескольких стеклянных и пастовых бус. Были также ожерелья из многочисленных бус, например, в одно входили 122 бисерных бусины белого, красного и бирюзового цвета, 8 округлых и 9 веретенообразных бирюзовых бусин из египетского фаянса.

Наиболее ценные бусины (не всегда по материалу, но и по своему магическому назначению) иногда оплетались золотой проволочкой и таким образом выделялись в ожерелье. Таковы две глазчатые бусины в золотой оправе из ольвийского погребения начала V в. Считалось, что подобные бусины предохраняют от дурного глаза. Роль амулетов от дурного глаза, болезней и прочих напастей играли главным образом подвески всевозможных форм, например, в виде амфорок, изготовленных из бронзы, золота и кости. Сходную функцию имели костяные апотропеи в форме ноги и зуба. Подвеска-зуб находилась в ожерелье из четырех глазчатых и трех бронзовых бусин. Подвеска в виде ноги обнаружена в погребении, необычно насыщенном амулетами: там были и глазчатые бусины и подвески в виде головы барана из египетского фаянса, двух каменных усеченных пирамид и костяной амфорки, а также пять пронизей, изображающих жуков-скарабеев и одна — в форме лежащего льва[660].

Во второй половине VI в. греческие ожерелья превратились из простого собрания разных бус, подвесок и пронизей в цельное художественное произведение с ритмическим чередованием отдельных составных элементов. Архаические ожерелья из Ольвии отражают переломный период в формировании шейных украшений. Наряду с ожерельями, включающими разнообразные подвески-амулеты, здесь появляются законченные художественные произведения прикладного искусства.

Пример первого вида представляет золотое ожерелье из 75 мелких бусинок, 6 дольчатых более крупных бус и 8 пронизей в виде амфорок. Кроме того, ожерелье снабжено пятью подвесками: две головки львов, одна головка барана и две усеченные пирамидки, украшенные филигранью и зернью[661] (рис. 72). В этом редчайшем ожерелье середины VI в. функция апотропеев превалирует над декоративным назначением украшения.

Иногда ожерелья такого рода носили еще и в классический период. В Ольвии найдено ожерелье IV в., состоявшее из 91 стеклянной бусины и 6 костяных амулетов в виде двустороннего гребешка, раковинки, астрагала, сжатой в кулак руки, цикады и неясного предмета[662].

Примеры второго вида можно иллюстрировать тремя ожерельями второй половины VI в.: в одном поочередно нанизаны крупные темные сердоликовые и мелкие золотые бусы, в другом золотые дольчатые бусы переплетаются с розетками, в третьем черные лигнитовые пронизи обрамляют золотые пронизи той же ромбической формы[663] (рис. 76). Последнее украшение, обычно называемое ожерельем, вероятно, прикреплялось на груди к вороту одежды, так же, как и другое золотое изделие VI в., купленное в Ольвии из хищнических раскопок (рис. 77)[664]. Это замечательное украшение состоит из одиннадцати звеньев с каплевидными подвесками. На квадратных звеньях изображены розетки, на более узких — сидящие сфинксы, а на обрамляющих треугольных — пальметки. Орнаментация выполнена ювелиром с помощью тиснения, филиграни и зерни.

Среди лучших образцов ольвийских ожерелий более позднего времени назовем два золотых изделия IV в. из крупных бусин; в центре одного находилась подвеска, изображающая голову богини Геры, а в другом — серебряная позолоченная лунница[665].

Особо следует остановиться на драгоценных ожерельях с подвесками-бабочками, которые носили женщины из состоятельных ольвийских семей во II—I вв. Слово бабочка (ψυχή) по-гречески звучит одинаково со словом, имеющим значение душа, дух, жизнь; вероятно, и смысл украшения связан с этим созвучием.

Этот вид ожерелий в истории античных украшений выделяется в особый тип. Всего сохранилось девять таких ожерелий, и три из них найдены в Ольвии[666]. На старшем, датируемом концом III в., голова бабочки сделана из граната в форме сердца, туловище состоит из овального граната и удлиненного сардоникса коричневого цвета с белыми полосами, крылья окаймлены золотой проволокой и разделены внутри на секции, заполненные голубой, белой и красной эмалью. Подвеска-бабочка прикреплена к четырехрядной золотой цепочке (рис. 78). На втором ожерелье стилизованная бабочка из четырех гранатов, оправленных в золото, подвешена к золотому ожерелью, украшенному большим овальным халцедоном и двумя изумрудами (рис. 79).

Третье, наиболее роскошное, ольвийское ожерелье изготовлено из золота, драгоценных, полудрагоценных камней и стекол. Его средняя часть состоит из пяти синих и лиловых стекол в золотых оправах, украшенных сканью, золотыми розетками и мелкими цветными стеклышками. К центральному овальному медальону прикреплена бабочка, на крыльях у нее по три синих и зеленых стеклышка, а головка — из изумруда; к двум боковым квадратным медальонам прикреплены подвески из круглых изумрудов и каплевидных розовых стекол, оправленных в золото. Все три подвески соединены цепочками. Центральную часть ожерелья удерживают золотые головки рысей, насаженные на каплевидные бусины из горного хрусталя. К ним прикреплены золотые плетеные цепочки с петлями на концах; в них продевалась ленточка, с помощью которой завязывалось ожерелье. Оно — самое длинное (39,6 см) в ряду подобных украшений. Это сложное украшение первой половины II в. представляет собой образец исканий ювелира, сочетавшего приемы торевтики, характерные для раннего эллинизма (зернь, розетки) с новым полихромным стилем, включившим в золотые изделия цветные камни и стекла.

В том же полихромном стиле исполнена пара крупных золотых браслетов последней четверти II в. Эти самые нарядные среди найденных в Ольвии браслетов состоят из трех соединенных шарнирами пластин; в середине центральной помещен большой овальный гранат. Все пластины украшены орнаментом из зерни, вставками из красной, синей и голубой эмали, гранатами, аметистами, изумрудами, хрисопрасами и мелким жемчугом[667].

Гречанки носили браслеты по одному или по несколько на запястьях, а также на предплечье, и иногда на ногах. Именно на этих местах их находят в ольвийских погребениях. Наиболее распространенными в Ольвии были браслеты, согнутые из толстой бронзовой или железной проволоки или отлитые из тех же металлов. Их изготовляли местные мастера, привозили же главным образом дорогие изделия, которых сохранилось немного. Кроме описанных выше браслетов назовем еще один серебряный, состоящий из цепочки, застегивавшейся на крючок; к цепочке подвешена фигурка присевшего на корточки козлоногого сатира, играющего на си-ринге — многорядной свирели. Сатир изображен в реалистической традиции эллинистического искусства[668] (рис. 45).

В Ольвии, как и в других греческих городах, мужчины и женщины