Ханская дочь. Любовь в неволе - Ине Лоренс

— Я не малыш! — фыркнула в ответ Сирин, однако тон ее был уже менее вызывающим. — Но ты прав, выучки мне не хватает. Кто здесь может научить меня сражаться? Дома у меня были друзья, и мы могли упражняться вместе.

Сергей протянул ей руку:

— Здесь у тебя тоже есть друзья, например, Ваня и я. Думаю, мы вполне можем помочь тебе.

Ваня огорченно покачал головой:

— Полно, Сергей Васильевич, в драке я, может, и неплох, но для дуэли не гожусь. Тут нужна легкая рука и острый глаз.

— Не скромничай, старина! Ты совсем не так плох, но начну, пожалуй, я. Ты готов?

Сирин кивнула, зачарованно наблюдая, как он сбросил с себя мундир и обнажил саблю. Головная боль моментально утихла, будто ее и не было, желудок тоже перестал беспокоить. Сергей отсалютовал саблей на европейский манер.

— Повторяй за мной, иначе противник сразу поймет, что перед ним азиатский дикарь.

Его снисходительный тон раздражал Сирин, но она все же послушалась и повторила приветствие, движение вышло ловким и элегантным — Сергей удовлетворенно кивнул:

— Неплохо! Глядишь, из тебя и выйдет что хорошее. Теперь атакуй меня!

Повторять дважды было бы излишним. Сирин скользнула к нему с быстротой молнии и сделала резкий выпад, так что Сергею пришлось поспешно защищаться. Не успел он ответить контрвыпадом, как татарский клинок вновь рассек воздух совсем рядом. Помещение было тесным и, отступая, Сергей споткнулся о перегородку, отделявшую лошадиные стойла, и упал прямо под ноги Мошке. К счастью, его жеребец был не из пугливых и не принялся лягаться. Разозлившись на себя и на то, что он явно недооценил татарина, Сергей вскочил и бросился в атаку. Удары сыпались градом, так что Сирин чуть не выпустила саблю из рук, слабость — последствие вчерашней попойки — явно сказывалась, но она не намерена была сдаваться. Сирин ожесточенно защищалась, ловко используя малейшие прорехи в обороне противника, чтобы нанести ответный удар. Ваня наблюдал за поединком со все возрастающей тревогой — казалось, тренировка вот-вот перерастет в настоящую схватку. Наконец Тарлов хитрым приемом обезоружил ее и остановил острие клинка прямо у горла Сирин. Бой окончился. Сергей улыбнулся и облегченно выдохнул:

— Ну? Признаешь себя побежденным?

Сирин покосилась на свою саблю, дотянуться до которой не могла при всем желании, и опустила плечи.

— Ты победил, но ты намного сильнее меня.

— Поверь мне, малыш, Кирилин ничуть не слабее. Тебе придется немало заниматься, чтобы сразиться с ним на равных. Скорость реакции у тебя отменная, а технику боя я тебе еще преподам — тогда есть шанс, что он не изрубит тебя в куски. Положим, несколько раз тебе удалось меня потеснить, но давай договоримся, что в следующий раз ты умеришь свой пыл — мне было бы жаль ненароком задеть тебя. — В голосе Сергея прозвучало невольное уважение, для Сирин оно пролилась медом на сердце.

Ее радовало, что Сергей оценил способность ее народа сражаться. Монгур-хан, а тем более Кицак, владевший саблей еще ловчее ее отца, конечно, доказали бы Тарлову, что татары сражаются лучше, чем русские. Но в схватке насмерть капитан, пожалуй, оказался бы для обоих достойным противником. Она сама училась сражаться сначала с младшими мальчиками, которые удивлялись ее сноровке и в то же время радовались, что удар ее куда слабее, чем у старших товарищей, выглядевших уже почти мужчинами и порой преподносивших малышам болезненные уроки. Наконец она выучилась так владеть оружием, что отваживалась на поединки со сверстниками и даже один раз победила. Другой девчонке они не преминули бы отомстить, но поколотить дочь хана все же не осмеливались, пусть даже мать ее была жалкой рабыней.

Сергей откашлялся, напомнив, что все еще ждет ответа.

— Для начала неплохо, но в следующий раз будет лучше, — сказала Сирин таким тоном, будто это она была учителем, а он — учеником. Сергей и Ваня расхохотались.

Вахмистр, впрочем, быстро посерьезнел и дернул Сергея за рукав:

— Мастерство нашего юного князя — не единственная проблема, капитан. С тех пор как мы вернулись из Сибири, у вас нет денщика. Вернись мы в наш полк, вы могли бы взять прежнего или определить на эту должность кого другого. Но если нам действительно пришлют ораву степняков, тут вряд ли кто сгодится.

Сергей кивнул. Многое он уже привык делать сам, а если возникала острая нужда, на помощь приходил Ваня. Но в военное время им обоим будет не до хлопот по хозяйству.

— Значит, придется поискать кого-нибудь. В конце концов, не могу же я сам чистить сапоги.

Сирин чуть было не прыснула, как девчонка, но сдержалась. Именно этим Сергей занимался не далее чем вчера утром. Нет, все же русские — очень смешные люди, то, что можно спокойно делать дома, ни в коем случае нельзя делать прилюдно. А уж их забавные приветствия! Казалось, военного оценивали по тому, как он умеет щелкнуть каблуками, а не по его боевым заслугам. Она шутки ради попыталась повторить это приветствие и к немалому своему удивлению услышала похвалу:

— Браво, Бахадур! Извини, я все забывал научить тебя правильно отдавать честь, а это ведь главное.

Сирин поперхнулась:

— Ты имеешь в виду, я должна все время так делать?

— Конечно! Но я вижу, ты не осрамишься. Нет, все же замечательно, что у тебя такая светлая голова.

Сергей хлопнул своего прапорщика по плечу. Ваня смотрел на это с довольным видом.

— Да уж, сынок, в ловкости и изяществе тебе не откажешь — тут многие позавидовать могут. Через пару лет отпустишь усы и станешь образцовым офицером.

Сирин представила себя с усами и рассмеялась, мужчины тоже улыбнулись, а Ваня от полноты души сгреб татарина за плечи, притянул к себе и расцеловал в обе щеки:

— Рад знакомству с таким бравым молодчиком!

Он смотрел на нее с такой сердечной добротой, что Сирин растрогалась и глубоко вздохнула. Сейчас она могла только поблагодарить Аллаха за щедроты его — он послал ей знакомство с этими замечательными людьми. Попади она в распоряжение кого другого — хоть того же Кирилина, — и жизнь наверняка показалась бы ей адом. Подумав о нем, она поклялась, что не позволит ему во второй раз провести ее так же, как вчера.

3

Встреча с Кирилиным не заставила себя долго ждать.

Сирин вовсе не собиралась сопровождать Тарлова в дом Раскина, но в конце концов капитан убедил ее присоединиться. Едва она вошла в зал, как тут же заметила Кирилина, казалось, он только и поджидал ее, чтобы продолжить свои вчерашние издевательства. Увидев Бахадура, он оскалился и махнул в его сторону: