Контрабанда - Владислав Выставной

Водитель, похоже, быстро вошел в раж, и теперь истошно хохотал, выпучив круглые влажные глаза и напевая какой-то варварский мотивчик. Гильза с изумлением заметил, как по отвратительной шершавой коже пробежали волны, и та стала менять цвет – на синий, фиолетовый, желтый – так, что в глазах зарябило и стало еще больше укачивать.

– Не дрейфь, прорвемся! – с энтузиазмом рычал водитель.

И они действительно прорвались – несмотря на «час пик» и обычную в это время пробку.

«Скорая» на лихом повороте вырвалась на шоссе Энтузиастов и через несколько кварталов нырнула в какую-то боковую улочку.

– Где-то рядом! – отдуваясь, сказал разгоряченный водила. Одно из щупалец управлялось с незнакомым, тускло мерцающим прибором.

Другое щупальце указывало в сторону бескрайнего бетонного забора.

– Что у нас здесь? – Хитрук вопросительно взглянул на клерка по мелким поручениям.

– Какие-то предприятия. Кажется, что-то связанное с «оборонкой», – припав к тонированному стеклу, ответил Кроль.

– Неважно! – нарушил молчание Док. – Вперед!

Машина скакнула с места и тут же затормозила – перед широкими механическими воротами. За стеклом проходной маячило надменное лицо охранника. Закрытые ворота Дока ничуть не смутили. Он выбросил в их сторону растопыренную пятерню – и ворота, вздрогнув, поползли в сторону. Охранник за стеклом в панике заметался, но машина уже ворвалась на территорию.

Здесь тянулись высокие и длинные корпуса, всюду виднелись сложенные штабелями строительные материалы, гигантские катушки с кабелем, металлические контейнеры.

Машина замерла у невзрачного приземистого здания, возможно, еще довоенного, а может даже дореволюционного времени – многочисленные, наполовину обвалившиеся слои штукатурки и облезлый бурый кирпич могли принадлежать любой эпохе.

– Здесь! – заявил водила.

– На выход! – скомандовал Док.

Пассажиры бешеной «неотложки» быстро выскочили наружу. На миг показалось, что здесь царит райская тишина. Хотя это было далеко не так: рядом явственно гудел трансформатор, невдалеке тарахтел отбойный молоток, где-то что-то со скрежетом двигалось и проворачивалось.

Док кивнул в сторону дряхлой железной двери. Санитары двинулись вперед.

Чигур молча протянул Доку руку – ладонью вверх. Тому не пришлось ничего объяснять: он также молча вложил в руку отобранное оружие, освобожденное от стыдливо прикрывшего его пакета. Чигур щелкнул чем-то металлическим, и метатель тихонько запел звуком высоковольтных проводов.

Чигур пересек порог вслед за Санитарами, затем последовали Кроль с Хитруком и Гильзой.

Последним вошел Док.

Похоже, Санитары прекрасно знали свое дело. Не тратя времени на осмотр этого темного помещения, заваленного ветхим промышленным хламом, они сразу же направились к малоприметной нише в противоположной стене.

В нише пряталась лестница.

– Темно что-то… – прошептал Хитрук.

Кроль немедленно приложил к глазу уже знакомый Гильзе фотоаппарат-мыльницу. Ни Дока, ни его подчиненных темнота не смущала – не сбавляя шага, они направились вниз по лестнице. Вероятно, они прекрасно видели в темноте.

Внизу скрипнула дверь, и в глаза ударил неожиданно резкий свет. Послышалась невнятная возня. Спустившись по лестнице, Гильза оказался перед открытой дверью в хорошо освещенный коридор. Переступив порог, едва не вскрикнул: на цементном полу вразброс лежали трое в знакомых в черных костюмах. Рядом валялось оружие – на этот раз не экзотические контрабандные «веретена», а самые банальные АКС-74У, с укороченным стволом. Гильза так и не понял, мертвы ли эти люди, без сознания ли, да и люди ли вообще – времени разбираться не было. Бригада Дока планомерно продвигалась вперед.

Коридор вывел в обширное помещение со сводчатым потолком. У высокого бетонного порога лежало еще одно неподвижное тело в черном. В овальном проходе была утоплена массивная бронированная дверь на рукоятках-задвижках. Создавалось впечатление, что здесь некогда находилось весьма серьезное бомбоубежище.

На стенах висели противогазы и зеленые, прорезиненные костюмы химзащиты…

Курьер взмок от внезапно нахлынувших воспоминаний. Он подошел ближе к стойке, вгляделся в мертвые стекла противогаза…

– Иди сюда, Гильза… – тихонько позвал Чигур.

Юноша с трудом оторвал взгляд от гипнотизирующих стекол и приблизился к Чигуру. Тот стоял перед штабелем деревянных оружейных ящиков. В одном из них, на соломе лежали небольшие картонные коробки. Одна из таких коробок была раскрыта. В руке регистратор держал пистолетный патрон.

– Смотри! – сказал Чигур, протягивая патрон Гильзе.

Гильза взял патрон, осмотрел. Патрон как патрон. В памяти сплыло смутно знакомое сочетание «беретта 92».

– Смотри внимательнее! – потребовал Владимир Иванович.

При внимательном рассмотрении стало видно, что блестящая светлая пуля резко выделяется на фоне тусклой гильзы.

– Серебряная?.. – севшим голосом произнес Гильза.

Чигур молча кивнул.

Все это было загадочно и волнующе, и в другое время ничто не остановило бы Гильзу, жаждавшего разгадать загадку своей «прошлой» жизни. Но капали драгоценные секунды, и нужно было действовать.

Бригада замерла перед второй бронированной дверью… без сомнения, запертой. Пожалуй, не всякая взрывчатка взяла бы такую дверь. Бригада ожидала команды Дока.

Но команды не последовало. Вместо этого Док чуть присел, напрягся и… вышиб «противоатомную» дверь одним-единственным, страшным ударом ноги.

Дверь пролетела все следующее помещение и ударилась в противоположную стену. Гильза даже испугался: что, если пленных держат именно там? Дока, похоже, не волновали такие мелочи. Через секунду, он был уже внутри. Загрохотали выстрелы, низко и страшно заухал метатель. Слышались отчаянные крики и стоны, полные боли.

Когда Гильза с опаской сунул голову в дверной проем, дело было сделано.

Вдоль стен лежало несколько трупов, намертво вцепившихся в оружие. Еще двое «братьев» (а это, вне всякого сомнения, были они) стояли на коленях со сложенными на затылке руками.

Сердце Гильзы забилось быстрее: инквизитор и Лю, связанные спина к спине, сидели в углу. Рядом стоял лже-Чигур собственной персоной. Уже на глазах Гильзы он вдруг резко полез за пазуху, за что был награжден мощным ударом кулак-пули, выпущенной Чигуром истинным. Не откладывая на потом, регистратор склонился над поверженным врагом и стянул с него личину. Как и ожидалось, под ней оказался отвратительный оскал стикса.

Владимир Иванович осмотрел личину и брезгливо швырнул ее в угол. Он ждал, пока стикс очнется. На лагорийцев он даже не взглянул.

Док спокойно осматривал помещение. Выглядел он совершенно невозмутимым. Словно не был с ног до головы покрыт цементной пылью, а в белом халате не дымились две многоговорящие дыры.

– Мы рады, что имеем честь освободить вас, почтенный инквизитор, – сказал Док. – Ждем ваших дальнейших указаний.

– Вы еще не освободили меня, идиоты! – зло выкрикнул инквизитор. – Развяжите!

Док сделал знак Санитарам. Те быстро справились с веревками, освободив пленников. Инквизитор, скривившись, потирал затекшие конечности.

Гильза подошел к все еще сидящей Лю. И неожиданно для самого себя встал на колено, взял в ладони ее тонкую руку.

– Я очень беспокоился… – сбивчиво проговорил он. И смутился.

Девушка, как ни странно, благосклонно приняла этот неожиданный знак внимания. Сказала тихо, косясь на инквизитора:

– Похоже, мы сами наделали глупостей. Вы подоспели вовремя: здесь замышляется нечто ужасное… Сколько я не пыталась переместиться отсюда – ничего не выходит. Похоже, стены опечатаны…

Гильза только кивнул в ответ и помог Лю подняться.

Тем временем пришел в себя поверженный Чигуром контрабандист. Стикс с тихим стоном приподнялся на руках и сел, привалившись к стене.

– Давай рассказывай! – потребовал регистратор. – К чему был этот цирк с переодеваниями?

– Я всего лишь исполнитель, – зябко поеживаясь, проскрипел Голдриг. – Кто платит, тот и заказывает музыку. Я за плату исполнял указания предиктора, принужденный к тому, разумеется, бедственным положением и крайней стесненностью в средствах. Сам же в братстве не состою и его убеждений не разделяю. Прошу это занести в протокол…

– Это из-за стесненности в средствах ты уничтожил под корень клан Штыря? – поинтересовался Чигур.

– С каких это пор регистраторы интересуются делами иных миров? – огрызнулся стикс. – Это проблема личных взаимоотношений! И они касаются только наших кланов! Все, чтобы бы ни произошло на Стиксе, – вне вашей юрисдикции!

– Верно, – кивнул Владимир Иванович. – С тобой будем разбираться исходя из того, что произошло здесь, в Москве. Я имею полное право дезинтегрировать тебя на месте – за злостное нарушение регистрационного режима и похищение резидентов Лагора. Думаю, обвинений соберется достаточно.