Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

было не про меня. Накануне я сделал себе кефирный супчик, и если ничего не случится до вечера, рассчитывал быть весел: несмотря на чтение истории Раскольникова.

Я уже придумал чудесное название поэмы про Раскольникова — «720 шагов».

Но в этот момент поднял глаза от страницы и осознал, что окружающая действительность изменилась. Я пришёл в полупустое кафе, а теперь оно было заполнено скорбными людьми в чёрном и заплаканными женщинами. Они давно сдвинули столы, и теперь я со своей чашечкой кофе сидел в середине длинного поминального стола — пили вразброд и никто мне не удивлялся, благо я был в чёрном.

Извините, если кого обидел.

14 марта 2006

История про рецензии — дополнительная

Конкурс рецензий является свободным времяпрепровождением желающих любого звания и на большее не претендует. Писатели сдохнут первыми, а рецензенты — только после них.

© soamo

А вот кто из тех, кто писал мне тексты про "Аэлиту", поедет на "РосКон"?

Извините, если кого обидел.

14 марта 2006

История про смерть

В детстве меня окружал мир, в котором всё было кодифицировано — например, кто и как может умереть. При каких обстоятельствах и от чего.

Был общий стиль во всём, даже в смерти. Незнание этого стиля делало человека убогим, эта ущербность была сразу видна — вроде неумения настоящим гражданином различать звёзды на погонах.

То, что правители страны не умирали, делали бессмертие реальным.

Смерть удивляла.

Извините, если кого обидел.

15 марта 2006

История про чудесную ошибку

Обнаружил в старом дневнике запись о чудесной ошибке какого-то переводчика: вместо «отвечала ему односложно» — он пишет: «отвечала ему однозначно».

Извините, если кого обидел.

16 марта 2006

История про дни

Пил крепко — и с разными людьми.

Был день красного абсента.

Был день мескаля.

Был день виски — перед мутным зимним рассветов в казённом окне.

Обнаружил, кстати, новые обстоятельства своего возраста — хоть и видел всего мало.

Иностранный напиток, особенно напиток крепкий — что жизнь с иностранкой. Некоторые богатеи покупают её в собственность, некоторые отваживаются на эмиграцию, некоторые — посещают, будто отправляясь в отпуск.

Хорошая русская водка — строгий напиток. Её правильный вкус и обстоятельства редки — как визит в деревню, где талый снег, чёрные избы, весёлый маслёнок на вилке и лица мёртвых героев под божницей. Место, где по весне пахнет упущенным счастьем.

Сеёчас же чаще пьют водку бессмысленную и унылую, как лестница многоквартирного дома рядом с мусоропроводом.

В больших городах иностранный напиток встречается чаще — как французский шарф, как пальто английского клерка, как мёрзлые итальянские штиблеты на московской улице. Инородные, но привычные.

Как-то я разглядывал старые фотографии. На этих застольных снимках (застолье чаще всего кухонное, среди пластика и кафеля, поле битвы три на три метра), что в кадр попадают иностранные пустые бутылки, поставленные на шкафы для красоты. Это была парадная шеренга, зажатая меду шкафом и потолком, пооблипшая кухонным чадом и пылью.

В парадный расчёт брали как в стриптиз — за формы. Мы были взрощены на стандарте, армейской правильности: ноль-пять-водка, ноль-семь-вино, как слышишь меня, приём? — Слышу хорошо, кто это? Свои, Варшавский договор, вино "Рубин", магазин "Балатон", свои, слышишь, свои, приём.

Так вот, на старых снимках видны этикетки — виски, что хранится в музейном строю, есть теперь в каждом ларьке. Джин, (никто ещё не знает, что его надо разбавлять, наутро все просыпаются как Маресьев — без ног и обжевавшись еловой коры).

На смену этим шпионам, сначала сброшенным поодиночке на парашютах, а потом захватившим со своей оккупационной армией прилавки пришла новая экзотика — текила, мескаль и абсент.

В очередной раз мне выпал червяк, если кого это интересует. (Меня спрашивали).

Извините, если кого обидел.

19 марта 2006

История про РосКон (I)

Я нахожусь в странном положении человека, что находясь внутри фантастической Корпорации относится к ней чрезвычайно критически, но слыша нарекания и упрёки к ней извне, стремится её защитить.

Надо сказать, что сходки фантастов суть вакханалии. Настоящие вакханалии — что и говорить.

Это говорю я, проведя там абсентный семинар.

Давно я не люблю пьяных, хоть по-прежнему читаю, что веселие моей страны в питии. Оттого, конечно, пьяных фантастов не привечаю, а занимаюсь этим в укромных местах, как друид с собратьями — в священной роще.

Сдаётся мне, что внешняя проблема Конвентов именно в том, что их ценность именно внутренняя. Люди, пришедшие изнутри, часто описывают всё происходящее в превосходных тонах. Обманутый этим гость вдруг видит вместо праздника пьянку, вместо пиршества духа придурковатую самовлюблённость, а вместо строгих ритуалов научной конференции — разброд и шатание.

Нет ничего беспощаднее, чем разочарование.

Причём я встречал обманувшихся совершенно разного возраста и пола.

Извините, если кого обидел.

21 марта 2006

История про РосКон (II)

Надо сказать, что midianin ушёл живым. Не вышло у нас утопить его — сначала мы пошли в баню, но как-то размякли. Писатель Буркин принялся травить анекдоты, я растил в себе похоть, куратор Нестеров думал думку — каждый был занят своим делом. Так и прохлопали midianin

Но мы не теряли надежду — пошли в баню на следующий день.

Но midianin скупил все сеансы в той бане, где был бассейн. Пришлось идти в иную баню, баню для иных.

Там не то что бассейна, ванны порядочной не было.

Оттого midianin ходил гордый — что, дескать, не вышло? Не вышло, упыри?

И правда, не вышло.

Извините, если кого обидел.

21 марта 2006

История про РосКон (III)

Тут есть ещё одна история — связанная с болезнью роста. Дело вот в чём: сходки фантастов чем-то напоминали многие советские объединения советского времени — Клубы самодеятельной песни и Клубы весёлых и находчивых (названия употребимые сейчас только в качестве аббревиатур). Начинается всё с энтузиазма, потом толпа выпихивает пару организаторов — и всё заверте…

Сначала организатор пускает шапку по кругу и все скидываются. Потом наступает пора сторонних людей и сторонних денег — и вот уже жизнь ласково, как гостевой волк, шепчет над ухом: "Баста, карапузики, кончилися танцы". То есть, сходки стали довольно дороги — за три дня подмосковного житя человек платит