'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

— Ну, может, и так. Этот договор каждый год по осени пересматривают. Вот ты, раз такой умный, езжай в Петербург, да объясняй

— Не вопрос. К осени — точно доберусь. Посмотрим на их тарифные планы.

У Захара и Марфы между тем диалог шёл совершенно другой, скучный:

— А где ты живёшь?

— У господ Головиных живу, служанкой.

— Служанкой… А сколько платят тебе? Я же больше зарабатываю!

— Совсем не платят, кормят только.

— Так тем более — бросай этих своих господ, давай со мной жить будешь!

Интересно, а когда Захар говорит «со мной» — что конкретно имеет в виду?.. Сейчас, ясен день, не полезу, но вообще вопрос задать смысл имеет. Мне места, конечно, не жалко, но тут уже чисто воспитательный момент. Надо Захару прививать чувство ответственности и стремление к самостоятельности.

— Не смогу я от них уйти, мне ещё год работать.

— Это почему?

— Такой договор был.

— Так то — когда ты русалкой была!

— А вдруг если я не исполню уговор, то всё назад вернётся? Нет! Не хочу. И вообще, господа Головины — люди хорошие.

— Хорошие, только жалованье не платят.

— Так если я попрошу — заплатят, наверное.

— А приехать навестить-то тебя можно будет?

— Можно, наверное… Не знаю я, Захарушка. Спрошу.

Туши тем временем прогорели. Красный Петух прекрасно расправился не только с русалками, но и с мельником — который, хоть и не являлся тварью, по категории «падаль» вполне себе проходил. Мы с Захаром и Земляной поделили кости.

— Ну, что я могу сказать, ребята… — Я вздохнул и оглянулся на спокойную реку. — Водяного надо — того. Иначе покоя мне не будет.

— Надо, — согласилась Земляна. — Только он же смоленский.

— Да он универсальный, как я погляжу. Хотя гасить — да, лучше в Смоленске. Я тамошних ребят подтяну.

— Подтягивал один такой! Да смоленские если узнают, что ты в их угодья сунулся…

— Ха! Да ты ничего не знаешь! — обрадовался Захар. — Владимир там у них — свой уже давно! Ему даже якорь свой поставить дозволили.

Тут Земляна, видимо, вспомнила, что в башню Веселуху вместе с нами действительно ходили смоленские охотники, и насупилась. Похоже, мой стремительный подъём её несколько раздражал. Или пугал. Или вызывал зависть.

На ночь все, естественно, расположились у меня. Тётка Наталья встала стеной, заявив, что спать гости пойдут только через её ужин. Впрочем, никто особенно и не спорил.

Я воспользовался тем, что тётка Наталья уделяла больше всего внимания новичкам — то есть, в данный момент пуще всех обхаживала Марфу, — и сильно профилонил. Не фанат наедаться на ночь. Ночью, всего вероятнее, Маруся в гости заглянет. А Маруся на чрезмерно сытый желудок — это трудное испытание.

Пока остальные предавались чревоугодию, я занялся одним из любимейших своих дел — инвентаризацией.

После всех расходов и доходов на балансе у меня осталось ровно сорок родий. До Витязя — ещё шестьдесят. Это дофига, но я изначально понимал, что на Десятнике на какое-то время точно зависну. Торопиться мне особо некуда, я и на своём ранге, во-первых, нормально вывожу, а во-вторых, ещё даже не все Знаки открыл/раскачал.

Хотя некоторые вещи меня откровенно бесили. К примеру, чтобы поднять уровень Красному Петуху и превратить его в годный огнемёт против среднеуровневых тварей, нужно подняться аж вообще до Боярина! Это жесть. Обидное. Так было бы круто: несётся на тебя, например, толпа русалок, а ты их — сразу, прям до костей. Эх…

Ну, чего нет — того нет. Ладно, пофиг. Все атакующие Знаки, известные мне, я довёл до временного потолка, дальше без соответствующего ранга не поднять. Значит, самое время заняться другими вещами.

Тут я видел для себя богатое поле для развития. Во-первых, можно было открыть Полёт. Цена вопроса — двадцать родий, плюс, сразу же можно качнуть его до второго уровня. Справочник на втором уровне обещал высоту до десяти метров и длительность до пяти минут. Мало ли, где пригодится.

Можно распаковать Невидимку. Знак против тварей не очень полезный, но против людей — вполне себе. А среди людей, как я успел заметить, встречаются те ещё твари. Но важно даже не это, а то, что Знак Невидимка — это необходимая ступенька для открытия Знака Призрак.

Глава 23

Призрак — это уже крутые возможности. Но Призрак мне станет доступен только с Боярина, вместе с третьим уровнем Красного Петуха. Делать вложения настолько загодя я смысла не вижу вот совсем.

И тут я подумал о двух самых интересных Знаках в справочнике. Один из них — Удержать Дух — и с ним я активно сталкивался, находя «консервные банки». Благодаря этому Знаку начинка оставалась живой… сколько? Сотни, тысячи лет?

В быту Знак проходил по категории Целительских и использовался для того, чтобы не дать боевому товарищу врезать дуба в случае сложных и тяжёлых ранений, которые требуют времени, чтобы их заштопать. Я мог бы предложить и ещё один вариант использования — для самых жестоких пыток, например. Но я ж не зверь по натуре. Приличный человек, аристократ даже.

Второй интересный Знак — это Воскрешение. То есть, когда с удержанием духа уже опоздал, а от трупа ещё чего-то надо. Информацию, там. На третьем уровне Знак позволял поднять любого мертвеца, независимо от срока давности, и превратить его в своего раба. Подозреваю, именно это использовал Троекуров в своих экспериментах. Только он ещё и творческий подход при этом реализовывал.

Ну а на последнем, четвёртом уровне Воскрешение позволяло в том числе воскресить умершего до часу назад человека. То есть, совсем воскресить, без дураков, по-настоящему. Единственный нюанс: для этого нужно раскачаться до Воеводы. Что — не хрен собачий по определению.

— А что же это вы, Владимир Всеволодович, не едите? — вмешался в мои приятные думы огорчённый голос тётки Натальи.

Упс. Спалился.

— Да ел я, ел! Ну не лезет больше, вот те крест! Спасибо большое, тётка Наталья, вот от души прям. Пойду спать, завтра ещё тоже предстоит… Всякое.

Тётка Нататлья вздохнула.

— Отдохнуть бы вам, барин.

— Спасибо. Наотдыхался уже — так, что на три жизни хватит.

Тётка Наталья, вспомнив о моей судьбе, смутилась.

— Расположишь Марфу на ночлег?

— Да о чём тут спрашивать, Владимир Всеволодович! Сейчас, Маруську найду — приготовит комнату!

С этими