Бог войны - Дэвид Вебер

и ее обязательства по законам и традициям королевства. Это делало ее логичным человеком, чтобы "неофициально" обсудить незначительные спорные моменты с Трайсу, прежде чем они превратятся в официальные жалобы. Как только дело дойдет до стадии жалобы, для решения этого вопроса будет послан кто-то постарше и более высокопоставленный, но у мэра Ялит вошло в привычку использовать Лиану, чтобы дело никогда не доходило до этого. Конечно, существовал незначительный факт, что мэр, возможно, не смогла бы найти посланника, который был бы более оскорбительным для предрассудков Трайсу. Что, как Лиана подозревала раз или два, вполне могло быть еще одной причиной, по которой ее продолжали выбирать для этих небольших визитов.

Я действительно хотела бы, чтобы мэр нашла другой способ ущипнуть Трайсу за нос, угрюмо подумала она, ее рука ритмично двигалась, пока она продолжала растирать Бутса. Не то чтобы я ей не сочувствовала. И не то чтобы она не высказывала веской точки зрения, если уж на то пошло. Девы войны не должны потакать предрассудкам наших "лучших" мужчин, и посылать кого-то, с кем Трайсу должен быть вежлив, несмотря ни на что, - это один из способов подчеркнуть это для него. К сожалению, понимание того, что она делает, не делает более приятным быть ее подсказкой.

- Я поговорю с ним об этом завтра, - сказала она вслух.

- Постарайся не делать этого до окончания завтрака, - посоветовала Гарлана. - Знаешь, это самый важный прием пищи за день. Мне бы не хотелось, чтобы ты так рано потеряла аппетит.

***

- Добро пожаловать, Рука Шэйхана, - сказал Трайсу Пикэкс, когда Уорблейд лично проводил Шэйхану в его спартанский, побеленный офис высоко в центральной башне крепости Тэйлар.

- Спасибо, милорд, - ответила она. Как бы сильно они с Трайсу ни действовали друг другу на нервы, он всегда был педантично вежлив, когда бы они ни встречались. И он, по-видимому, был единственным человеком во всем Лорхэме, который мог вспомнить правильную форму обращения к одной из защитниц Лиллинары.

- Могу я предложить вам что-нибудь освежающее? - продолжил Трайсу, махнув рукой в сторону маленького бокового столика, где бутылка дварвенхеймского виски и два хрустальных бокала составляли компанию кувшину с пивом, покрытому бисером, и гораздо большей пивной кружке. По крайней мере, он узнал о ней так много, подумала она.

- Это было бы весьма кстати, милорд, - ответила она с легкой улыбкой, и он лично и умело налил пиво в кружку и протянул ее ей. Она потягивала с неподдельным удовольствием, поскольку у Трайсу был один из лучших пивоваров, с которыми она когда-либо сталкивалась.

- Это хорошо, милорд, - признала она.

- Рад, что вам это нравится, - ответил он с искренней улыбкой. Затем он жестом пригласил ее сесть в кресло напротив его стола и подождал, пока она сядет, прежде чем снова сесть сам. - Могу я спросить, чему обязан удовольствием вашего визита?

- Ничего потрясающего... на этот раз, милорд. - Шэйхана тонко улыбнулась. - Голос знала, что у меня были дела в Кэйлате, и попросила меня зайти и навестить вас, пока я буду поблизости. Она хотела, чтобы я выразила ее почтение и передала вам, что Куэйсар ожидает очень хорошего урожая в этом году, если погода будет подходящей. Она надеется, что сможет выплатить налоги, которые вы так любезно отложили прошлой осенью.

- Хорошо, что она взяла на себя труд известить меня об этом, - ответил Трайсу.

Он сделал глоток из своего стакана виски, и Шэйхана подумала, не для того ли, чтобы стереть вкус этого вежливого ответа с его губ. Потом она отругала себя. Нет, ему не нравились "девы войны", и он был бы гораздо счастливее, если бы Куэйсар находился под чьей-то опекой, но она никогда не слышала от него ни одного откровенно невежливого слова. Прямота, иногда граничащая с грубостью, потому что он был прямолинейным, почти болезненно честным человеком, который гордился тем, что был таким, но никогда не проявлял намеренной невежливости.

- Пожалуйста, сообщите Голосу, что нет никакой срочности в восполнении прошлогодней недостачи, - продолжил он через мгновение. - Плохие урожаи могут случиться с каждым, но, похоже, в этом году почти у всех будет хороший урожай, если, как вы говорите, погода сохранится. Во всяком случае, это то, что я слышу от своих управляющих, а это значит, что мы ожидаем значительного притока доходов, и я понимаю, что Храм еще не полностью восстановился. - Он тонко улыбнулся. - Учитывая то, как развивались события, я полностью понимаю, что ее казначейство все еще находится под значительным давлением.

- Благодарю вас, милорд.

Шэйхане было немного трудно произнести эти слова нормальным тоном, поскольку Трайсу напомнил ей о том, как близко храм Лиллинары в Куэйсаре подошел к полной катастрофе. Он был прав насчет напряжения, в котором с тех пор находилась сокровищница храма, хотя это давление, наконец, начало ослабевать, слава Богине! Но после разрушительной атаки Шигу последние несколько лет были тяжелыми.

И настоящая причина, по которой тебя бесит "понимающий тон" Трайсу, заключается не только в том, что он был прав с самого начала, когда утверждал, что в Куэйсаре что-то серьезно не так. Это потому, что даме Керите сообщили, чтобы она уладила весь этот бардак вместо тебя, не так ли?

Ей не очень хотелось признавать это. На самом деле, она была достаточно честна с собой, чтобы знать, что тратит столько своего времени, сколько может, не признаваясь в этом. Это, к сожалению, не делало это неправдивым.

Нет, это не так. Но, черт возьми, мы должны были видеть, что происходит, и Мать должна была послать одну из своих Рук, чтобы справиться с этим!

Эта мысль мелькнула у нее в голове, и она подняла свою кружку, сделав еще один большой глоток чистого, насыщенного на вкус пива, чтобы скрыть выражение своего лица, пока расправлялась с ним.

Правда заключалась в том, что оружие Лиллинары было бы и отдаленно не так хорошо подходящим, как у дамы Кериты, чтобы справиться с нападением на храм Куэйсар, и Шэйхана знала это. Руки Матери, как и сама Шэйхана, были обученными воинами, но в этом отношении Шэйхана даже отдаленно не была равной Керите Селдан. Отчасти, конечно, это было из-за разницы в божествах, которым они служили; в конце концов, Томанак был Богом Войны! Его защитники были в первую очередь воинами, но для большинства Рук эта функция была второстепенной.

Многие Руки, как