Жрица Анубиса - Жанна Хохлова

— Разумеется, но, поднявшись сейчас наверх, ты подпишешь соглашение о неразглашении и пройдёшь необходимый инструктаж.

— И всё? — саркастично переспросила она.

Фон Бинц нахально ухмыльнулся.

— Остальное по моему желанию, — бас барона неприятно осел где-то в районе живота, и Линда предпочла сделать вид, что пропустила его слова мимо ушей.

Поняла, что не хочет тратить время на бессмысленные препирательства и пустой флирт, исследовательница на секунду задумалась, глазами шаря по помещению, что-то ища. Несколько решительных шагов к груде наваленного друг на друга мягкого инвентаря, и она извлекла перчатки.

Перед тем, как притронуться к телу «странного» мужчины, Линда мысленно собралась с духом. Почти благоговейно притронулась к его руке.

— Он же… — шёпотом, почти неслышно, однако он отразился от стен храма, аукнувшись где-то в сердце, многочисленные мурашки побежали по коже.

— Тёплый, — послышался приближающийся к ней голос биолога, он несколько оторопело осмотрел её тонкую фигурку в длинной футболке, но ничего не спросил из-за деликатности, не желая смущать коллегу.

Линда слегка вздрогнула и повернулась к Кассилю. Тот не был удивлён настолько сильно, насколько она, значит, он уже видел находку и успел свыкнуться с мыслью о её чудесности, о её инаковости, о ней, не укладывающейся ни в одну картину мира. Мужчины обменялись странными взглядами. Было видно, что оба на дух друг друга не переваривают, но поскольку Кассиль по складу характера спокойный и рассудительный, а барон высокомерный и не желал вступать в конфронтацию с подчинёнными, считая это ниже своего достоинства, зная, что те всё равно так или иначе выполнят его поручение, задание, миссию, то ссоры за этим не последовало.

— Что предполагаете, коллега? — по-деловому спросила Линда, понимая, что терять время на излишние эмоции было очень глупо.

— Предстоят исследования, завтра храм оборудуют под лабораторию, и мы сможем спокойно заняться исследованиями, а пока, моя уважаемая коллега, мы можем только любоваться тем, что нам подарила матушка-природа, — он слабо усмехнулся, но его оптимизм никак не откликнулся в душе Линды.

— Это, скорее, показатель исключительности, что только подтверждает правило, — попробовала вернуться к научным истокам Линда.

Кассиль по-доброму улыбнулся и близоруко скосил глаза на девушку.

— Эта находка опровергает всё, что мы когда-либо знали, например, возможно, Христос существовал на самом деле и никогда не умирал, — скептический взгляд девушки немного отрезвил биолога. — Вы же должны понимать её значение для мира и его устройства?

— Вполне, лекарство для всех, в том числе неизлечимо больных, в особенности детей, — Линда растерянно трогала руки и ноги найденного мужчины, надавливала на мягкий живот, заглядывала в глаза, зрачки которых не реагировали на свет.

— Вы — чудесная мечтательница, — ответил Кассиль, оглянувшись на Фредерика, сложившего руки на груди крестообразно, стоявшего с каменным лицом.

Линда тоже коротко повернула голову, а потом вновь обратилась к биологу:

— Пробовали зеркало?

— Он не дышит, в остальном же… — испугавшись того, что только что мог сказать, Кассиль примолк.

— Живой? — довершила фразу за него девушка, приоткрывая рот чудесно найденному посланцу далёких от современности времён, когда знание человечества об окружающем его мире сводилось к магии, к тому, что миром управляли персонализированные под капризных богов, от воли которых зависела судьба всего человечества, стихии или явления природы.

— Я не знаю, что это, Портер, — проговорил тот. — Но это опасно, — остаток фразы был сказан как-то смято, напряжённо — так, словно бы он не хотел говорить, словно бы она у него вырвалась, как птичка из клетки, как мысли вслух.

Девушка поняла, что биолог осторожничал, Фредерик только крепче сомкнул челюсти, обозначив и без того острые скулы.

— Нам лучше подняться наверх, — предложил барон, прикрывая лежащего мужчину белой простыней, и уже было повернулся к Линде, как та, ловко увернувшись, встала позади Кассиля как защитного буфера, одновременно снимая с ладоней перчатки и бросая их на край саркофага. Барон усмехнулся уголками губ, воспринимая это как игру со стороны девушки, чувствуя, как в крови забурлило яркое желание, отозвавшись тяжестью внизу живота.

— Вполне могу передвигаться сама, — сказала та серьёзно, подбирая одеяло и укутываясь в него.

Фредерик взглянул на неё, затем перевёл взгляд на ничего не понимающего биолога и согласно кивнул головой, будто бы смирившись.

«По-моему, он как-то легко сдался», — подумалось ей.

Рико медленно выдохнул, и они поспешили к выходу. Линда шла осторожнее и медленнее остальных, опасаясь повредить нежную кожу стоп, а перед выходом из залы что-то заставило её обернуться, и ей показалось, что чёрные тени метнулись от «трупа» к стенам, растворяясь в темноте, там, куда не попадал свет. Девушка содрогнулась и поспешила наверх за мужчинами.

Придя в палатку к барону, учёные уселись в походные стулья, барон же расположился за столом напротив и уставился на них тяжёлым немигающим взглядом, молча выдвигая вперёд два документа. Учёные молчали.

— Вот соглашения о неразглашении, подписывая которые вы принимаете на себя всю тяжесть последствий, если находку обнародует журналистское отродье, охочее до досужих сенсаций.

— А инженеры? — вопрос резонный, который висел в воздухе. — Охрана, обслуживающий персонал?

Кассиль тонко улыбнулся, согласно кивнул, поддерживая Линду.

— Труп был в саркофаге, его открыл лично я, — возразил он девушке. — Охрана и инженеры также подписали необходимые бумаги, остальные не в курсе, они заняты мелкими поручениями и ничего не значащими для исследования делами, для отвода глаз, вам же поручено самое главное…

— Теперь я понимаю, для чего здесь я, — вклинился в монолог барона Кассиль.

— Да вы умница… — съязвил барон, краснея от гнева, на что мужчина только отмахнулся.

— Вам поручено самое главное: изучить, рассмотреть, извлечь практическую пользу, — он немного помолчал, ловя на себе красноречивые взгляды исследователей, — без результата пустыня нас не отпустит.

«Хозяева тебе шею намылят без результата, — озлобленно подумала про себя Линда, — хотят жить вечно, — тут же пронеслось в голове, — и ведь никуда не денешься… Но вопрос только в том, оставят ли нас в живых? И почему только мы посвящены в эту тайну? Хотят обойтись малой кровью, убить, сказав, что нас поглотили пески Сахары, к примеру; будет странно, если погибнет вся экспедиция, слишком много, а смерть двух человек — самое то для отвода глаз, разумеется, назначат расследование, но я уверена, что его спустят на тормозах, для влиятельных людей из комитета это не составит труда, и козырей у меня нет, кроме зыбкой привязанности барона, который доверяет мне».

Мрачные мысли в голове роились беспорядочной кутерьмой. Кассиль, похоже, думал о том же. У них не было выбора, или он был и крылся где-то рядом, в том, что они пока не могли уловить сознанием,