Обманы - Джудит Майкл

«Кто это со мной? — подумала она и улыбнулась в темноту вечера. — Сколько я еще пробуду с ним?»

— Папа сказал, что даст свое «добро», если ты согласишься, — сообщила ей субботним утром Пенни. — Велосипедная прогулка и пикник… Что может быть лучше? Поедем, а? Я соберу гербарий, а Клифф хочет поймать жабу.

— Почему бы и нет? Велосипедная прогулка и пикник! Звучит неплохо.

«Сколько, лет я не садилась на велосипед? — подумала Сабрина. — Ничего, этот навык никогда не забывается».

Вскоре они уже складывали в сумки хлеб, холодное мясо, сыр, яблоки и охлажденное имбирное пиво в банках.

— А как насчет десерта? — спросила Пенни.

— Шоколад с орехами купим по дороге.

— О, ты не забыла! Клифф говорил, что ты ничего не помнишь, а ты не забыла!

«Забыла?»

— А почему я должна была об этом забыть?

— Потому, что в последнее время ты многое забываешь. Вот Клифф и сказал, что ты забудешь о том, что на пикники мы всегда берем шоколад с орехами. А я сказала, что ты не забудешь, и оказалась права. Ну что, поехали?

— Да, — ответила Сабрина и передала ей сумки. — Помоги отцу прицепить их на велосипеды.

— А ты идешь?

— Приберусь только.

Убирая со стола, Сабрина думала о шоколаде с орехами. Говорила ли ей об этом Стефания? Или это еще одна загадка, которой она не сможет найти объяснения?

— Мам! — донесся снаружи голос Клиффа.

Через минуту она уже присоединилась к семье, чтобы впервые за последние пятнадцать лет сесть на велосипед.

А она и вправду не забыла, как крутить педали! Ноги у нее были сильными: спасибо регулярным занятиям теннисом. Проехав несколько кварталов, она окончательно уверилась в своих силах и решила, что может ехать с семьей хоть за тридевять земель. Она подставила лицо мягкому солнечному свету, любуясь голубым с золотинками небом и позволяя своему телу найти собственный спокойный ритм. Мышцы сокращались в строгой очередности, дыхание было ровным и глубоким, чего нельзя было сказать о мыслях, которые суетливо роились в ее голове.

Конечно же, никто не предупреждал ее о шоколаде с орехами. Никто не предупреждал ее и о ночной сорочке, и о купальном костюме. Равно как и о привычке хозяйки этого дома читать, сидя в кресле в спальне. Интересные совпадения. Наверно, все это оттого, что они близнецы… Она и Стефания следили за новыми научными разработками проблемы близнецов, над некоторыми посмеивались ввиду их очевидной глупости, в некоторых отмечали признаки истины. Однако до сих пор никем не проводилось эксперимента, аналогичного их нынешнему. Да и мыслимо ли это вообще? Ведь это не просто поменяться местожительством… Сабрина вынуждена была теперь жить, постоянно сравнивая свое поведение с возможным поведением Стефании и думая за двоих.

Интересно, а каково Стефании сейчас в Лондоне? Испытывает ли она похожие чувства? «Поговорим об этом, — подумала она, — когда встретимся в понедельник в аэропорту».

Понедельник. Послезавтра. Неделя истекала. Срок, конечно, недостаточный. Она еще не успела до конца сойтись с Пенни и Клиффом, почувствовать себя настоящим членом семьи. Так же как она не успела взглянуть со стороны на свою лондонскую жизнь, оценить ее, разложить по полочкам. А ведь, если уж честно, разве не по этой причине она вообще согласилась на этот бредовый эксперимент? Но много ли можно успеть за какую-то одну неде…

— Стефания! Берегись!

— Мама!!!

— Мамочка!!!

Сабрина сквозь какую-то ватную муть еле расслышала крики. Потом раздался скрип покрышек. Повернув голову направо, Сабрина увидела несущийся на нее пикап. Резко повернув руль влево, она дико вильнула и стала терять равновесие. Заднее колесо занесло на сухой пыльной дороге. Сабрина все-таки сделала отчаянную попытку удержаться, но тут пикап ударил по колесам, и велосипед швырнуло на тротуар. Она с силой ударилась о придорожное дерево, в самый последний момент чисто инстинктивно успев выставить перед собой руку. Что-то гулко треснуло…

Последнее, что Сабрина слышала, прежде чем потерять сознание, был взволнованный крик Гарта, называвшего ее по имени…

Перед глазами зависла неподвижная влажная пелена. В голове все смешалось от шока и боли. Сабрина услышала произнесенное кем-то короткое слово… Вопрос… Крик… Она захотела остановить этот вихрь, попросить их говорить и двигаться помедленнее, но у нее из этого ничего не вышло. Рядом находился Гарт, и все обращался к ней по имени… Но она не слышала своего имени, только имя сестры. Она вся мелко дрожала и не могла указать Гарту на его ошибку. Какие-то незнакомые люди просили Гарта подождать в соседней комнате, но она нуждалась в нем. Разве им это было не понятно? Она, очевидно, лежала на кушетке, которую везли куда-то по гладкому полу. Кто-то коснулся ее левой руки, и тут же дикий болевой спазм пронзил все ее тело.

— Не надо! — вскрикнула она.

— Потерпи минутку, Стефания. Всего одну минуту! Этот голос определенно принадлежал Нату Голднеру. Ага!

А вот и его улыбающееся лицо. Слепящий свет. Она поняла, что ее рука зажата в узкой нише какой-то черной коробки. Рентген! Но Нат, как и Гарт, называл ее именем сестры!

— Подождите… — Она не расслышала своего голоса, чувствовала только, что он дрожит. — Я должна сказать вам…

— Тихо, тихо, тихо, — умоляюще запричитал Нат. — Тебе лучше ничего не говорить пока. Расслабься. Сабрина почувствовала, как в руку впивается игла шприца. Через минуту ей стало лучше. Мелкое подрагивание прекратилось. Мышцы расслабились. Сознание вновь затуманилось, и ей уже стало все равно, как ее называют.

— Небольшое сотрясение, — говорил Нат Гарту, когда Сабрина вновь очнулась. Она лежала на кушетке в маленькой комнатке со светло-зелеными занавесками. Дотронувшись до своей больной Руки, она наткнулась на гипсовую повязку.

— Проснулась? — спросил Нат.

Они с Гартом смотрели на нее сверху вниз. Нат улыбался. Глаза Гарта потемнели от тревоги. А где же дети?

— Пенни… Клифф… — шевельнула она пересохшими губами. На этот раз до ее слуха донесся шелестящий шепот собственного голоса.

— Они в соседней комнате. Сидят. Ждут, — ответил Нат. — Я сказал им, что с тобой все в порядке. Сейчас с ними увидишься. Если будешь меня слушаться, очень скоро отправишься домой. Ну-ка выпей для начала…

Он сунул ей за спину руку и чуть приподнял, чтобы она не захлебнулась. Только сейчас, когда ее сдвинули с места, Сабрина поняла, что у нее раскалывается голова.

— Слушай, Стефания, я уже проинструктировал Гарта насчет того, что тебе сейчас нужно…

— Стойте, — слабо перебила она. «Почему они продолжают называть ее именем сестры?»