Ловушка для демона - Роберт Джордан

- Ты не узнал меня, - сказала она с улыбкой, и внезапно он понял, кто стоит перед ним.

- Кай-Ше, - широко раскрыл от изумления рот Конан. - Я не мог поверить, что ты могла так полностью... - Он нетерпеливо оборвал свою фразу на середине. - Что ты разузнала?

- Очень много и очень мало. Караван оставался в городе всего несколько часов, так как купеческие рынки находятся в Айдохье, а знать и придворные также горят желанием присоединиться ко двору царя. Карим Сингх, однако, добавила она, и он мгновенно вскочил на ноги, - все еще находится в Гвандиакане, хотя я и не узнала, где именно.

- Он не улизнет от меня, - зарычал Конан. - И этот Найпал тоже, хотя он и колдун. Но почему вазам остался здесь, вместо того чтобы отправиться к царю вместе с придворными?

- Возможно, потому, что, судя по слухам, Найпал уже два дня как прибыл в Гвандиакан. Однако так как его лицо известно очень немногим, подтвердить этот слух невозможно.

Конан ударил кулаком по своему бедру.

- Кром, это не может быть ничем, как судьбой и хорошим предзнаменованием. Они оба теперь в моих руках. Я покончу с ними сегодня же ночью.

Женщина-кхитаянка схватила его за руку, когда он уже собирался выбежать из комнаты.

- Если ты хочешь идти в Гвандиакан, то будь осторожен, так как в городе очень неспокойно. Солдаты арестовывают детей-бродяг и беспризорных на улицах, как говорят, по приказу самого вазама. Многие очень озлоблены этим, а самые бедные районы города сидят как на вулкане, ожидая только искры, чтобы взорваться пламенем. Улицы Гвандиакана могут быть залиты кровью из-за этого.

- Я видел кровь и раньше, - сказал он мрачно и побежал по увешанному гобеленами коридору. - Панджар! Мне нужна моя лошадь и немедленно!

Наполовину проснувшись, Виндра потянулась на подушках, заметив лениво, что лампы уже зажжены и что становилось темно. Она внезапно нахмурилась. Кто-то покрыл ее тонким шелковым покрывалом. Она изумленно открыла рот и плотнее завернулась в покрывало, увидев приближающуюся к ней Чин-Коу. Кхитаянка держала в руках стопку разноцветного шелка.

- Я принесла вам одежду,- сказала Чин-Коу.

Виндра надела длинную рубашку через голову.

- А что заставило тебя подумать, что мне нужна одежда? - надменно и требовательно спросила она.

- Прошу прощения, - сказала Чин-Коу и встала, чтобы уйти. - Без сомнения, когда вы захотите одеться, вы сможете позвать своих слуг. Я оставляю вам шелковую рубашку, так как похоже, что вы именно это хотите сделать.

- Подожди! - Виндра, покраснев, схватила рубашку и нервно смяла мягкую материю. - Я не знала этого. Поскольку ты принесла мне одежду, ты вполне можешь оставить ее здесь.

Чин-Коу приподняла бровь.

- Вам совсем ни к чему говорить со мной таким тоном. Я очень хорошо знаю, чем вы занимались с ченг-ли, который зовет себя Патилом.

Виндра простонала, и краска смущения еще больше залила ее лицо. Через секунду дочь купца смягчилась.

- Я занималась тем же с ченг-ли, который зовет себя Хасаном. Теперь я знаю твой секрет, а ты знаешь мой. Ты боишься только позора, который будет известен твоим слугам. Плетка моего дяди наказывает гораздо больше и сильнее, чем просто стыд.

Виндра уставилась на кхитаянку, как будто увидела ее в первый раз. И не то что она совершенно не замечала раньше Чин-Коу, но она была племянницей торговца, а племянницы купцов, конечно же, не могли чувствовать так же, как женщина, в жилах которой течет кровь Кшатриев. Или она чувствовала то же самое?

- Ты любишь его? - спросила она. - Я имею в виду Хасана.

- Да, - сказала горячо Чин-Коу. - Хотя я не знаю, чувствует ли он такую же любовь ко мне. Ты любишь человека, которого зовут Патил?

Виндра отрицательно покачала головой.

- С таким же успехом можно любить и тигра. Но, - добавила она с лукавством, которого не смогла скрыть, - когда тигр занимается любовью с тобой - это очень приятная вещь.

- Хасан, - сказала серьезно Чин-Коу, - также очень сильный и пылкий.

Внезапно обе женщины захихикали, и вскоре их хихиканье перешло в веселый громкий смех.

- Спасибо за одежду, - сказала Виндра, когда они снова были в состоянии говорить. Отбросив в сторону покрывало, она поднялась с постели. Чин-Коу помогла ей одеться, хотя она и не просила ее об этом, и, когда Виндра оделась, она сказала:

- Пойдем. Мы выпьем бокал вина и поговорим о мужчинах, тиграх и других странных животных.

Когда кхитаянка открыла рот, чтобы что-то сказать, дикий крик пронесся эхом по дворцу, перекрытый криками людей и звоном стали, ударяющейся о сталь. Чин-Коу схватила Виндру за локоть.

- Нам надо скорее спрятаться.

- Спрятаться? - возмущенно воскликнула Виндра. - Это мой дворец, и я не буду забиваться в нору, как заяц.

- В тебе говорит глупая гордыня, - сказала маленькая девушка. - Подумай о том, какого рода бандиты атакуют твой дворец. Неужели ты думаешь, что твоя защитит тебя от них?

- Да, ты права. И ты тоже подвергаешься опасности. Даже бандиты знают, что за тебя (и за твою сестру тоже) может быть получен выкуп, как только они узнают, кто я такая.

- Узнают, кто ты такая, а? - раздался голос от двери комнаты, и Виндра подскочила от ужаса.

- Кандар! - выдохнула она. Гордость помогла ей стоять прямо и с вызовом, но она не смогла удержаться от того, чтобы не отступить на шаг в сторону, когда князь, с жестокими, холодными глазами, ввалился в комнату, сжимая в руке окровавленную саблю. Позади него в коридоре теснились солдаты в шлемах и тюрбанах, держа в руках окровавленное оружие.

Он наклонился и поднял с пола вуаль, которую она надевала во время танца, и задумчиво помял ее в руках.

- Возможно, ты считаешь себя знатной женщиной, - сказал он. - Возможно, что ты даже являешься знаменитой леди Виндрой, хорошо известной за свой острый ум и блистательное общество знаменитых поэтов, художников, философов и знати, которые собираются в ее дворцах? Ну что ж, всем уже давно известно, что леди Виндра пала жертвой в Гимелеях, когда дикий варвар украл ее, возможно, навстречу ее гибели или рабству.

- Что ты можешь получить от этого фарса? - требовательно спросила Виндра, но ее слова оборвались, когда она увидела, что шестеро покрытых вуалью женщин, одетых в плотные сари из шелка, вошли в комнату. И вместе с ними в комнату вошел Пританис. Ухмыльнувшись, немедиец облокотился спиной к стене и скрестил руки на груди.

- Боги добры сегодня ко мне, девка, - сказал он, - так как я нашел в Гвандиакане никого другого, как самого князя Кандара, которому было весьма приятно узнать о местонахождении некоей женщины недалеко от него. За безымянную шлюху был предложен целый увесистый кошелек с золотом - со ста золотыми! - и я мог только согласиться и принять его щедрость.