Обретая лучшее - Alex Bird

сегодня мы не вернемся домой целыми, с утра Джил отнесет документы, которые я подготовил. Ты навсегда засядешь в лечебнице, и никакие деньги тебе не помогут. А тебя Кевин, — посмотрел он на отца, — будет ждать тюрьма.

— Ты врешь.

— Нет. Я бы не стал врать, когда на кону моя и Нэйта жизнь.

По щекам матери пообещали слезы, ее пистолет был готов вывалиться из ее рук. Ее ноги начало трясти и казалось, что она вот-вот рухнет на пол. Отец со страхом в глазах смотрел на Мэтта, не отпуская Еву из рук. За все время нахождения в комнате, она ни разу не подняла голову, похоже, она была без сознания. Они не доживут до суда, я сам лично разберусь с ними, как только буду знать, что с Евой все в порядке.

— Ты…ты не можешь так поступить с родной сестрой

— Моя сестра была самой доброй девушкой на свете, самой заботливой, для которой семья была самым главным на свете. Она не боялась трудностей и помогала тем, кто нуждается в помощи. Ты не она, больше нет.

— Я все еще та же, твоя старшая сестра, посмотри Мэтт, это я. — Кричала она, на него глотая слезы.

— Нет, Сара, ты перестала ею быть, когда готова была засадить в присушку собственного сына. Ты готова была лишить его нормальной жизни и все это из — за денег. Ты похитила самое дорогое, что у него есть. Ты наставила на него пистолет, готовясь выстрелить. Ты просто сумасшедшая, которой нужна помощь.

— Ты не сделаешь этого, — уже серьезным тоном сказала она.

Боже, вот что значит биполярное расстройство. Она только что плакала и каялась, а через минуту, снова взяла пистолет.

— Почему нет? У меня есть куча доказательств, что бы твой муж сел в тюрьму, а ты назад в лечебницу.

— Нет, ты не посмеешь, или я…,-она приложила пистолет к голове Евы.

Отец попытался закрыть ее собой, но поймав злобный взгляд матери, остановился. У меня сбилось дыхание, ноги начало трясти от страха, по коже прошел холод. Я не знал, что мне делать. Твою мать, я чёртов ублюдок, не способный защитить самое дорогое. Как я мог позволить этому случиться? Она не должна проходить через этот ад. Никогда не прощу себя. Я чувствовал, что во мне что-то ломается. Я не мог потерять, то, ради чего жил.

— Или ты что?? Продолжи, давай Сара…ты снова будешь угрожать? — Мэтт сделал шаг в перед, — Сара опусти пистолет. Мы можем, договорится, и никто не пострадает. Ты же знаешь, если ты выстрелишь, тебе не сбежать. Через несколько месяцев Нэйту исполниться восемнадцать и у тебя ничего не останется. Если ты выстрелишь, Нэйту уже нечего будет терять. — он подошел еще ближе, — Мы можем договориться, он даст вам столько денег — сколько нужно. Пожалуйста, опусти пистолет. Давай просто сядем и все обсудим.

— Пожалуйста, мам, — сквозь слезы я молил, — убери пистолет.

Я чувствовал себя таким сломленным, таким разбитым, чертовым сопляком.

Она увидела мои глаза и пошатнулась, она никогда не видела моих слез. Ее пистолет выпал у нее из рук, и она скатилась по стене, закрывая глаза ладонями. Мэтт отшвырнул выпавший пистолет в конец комнаты.

— О боже! Божеее, прости меня, — рыдала она.

Я бегом преодолел комнату, оттолкнул отца, беря Еву на руки. Она была холодная как ледышка, я снял с себя куртку, накидывая на нее. Схватил ее в охапку, согревая. Она уткнулась носом мне в шею, и тихонько всхлипывала, пока я тихонько раскачивая ее в стороны, шепча ей на ухо, как сильно я ее люблю, целуя покрасневшую кожу от веревок.

— Ты же простишь меня? Я…я ведь твоя мать, — от ее слов мой живот скрутило.

Я скривился.

— Ты мне не мать, — рявкнул я, — Ты гребанная сумасшедшая, которая родила меня. Это разные вещи. Тебя никогда не было рядом пока я рос. Так что единственную женщину, которой я могу назвать мамой- это моя няня, которая воспитала меня таким, какой я есть сейчас. Я бы ни за что на свете не хотел быть похожим на вас. — я скривился от злости, — После стольких лет отсутствия, у вас была отличная возможность наладить со мной отношения, даже ради наследства, но вы же выбрали другой путь. Вы решили, что будет лучше угрожать мне чертовой психушкой. Если бы вы хотя бы выслушали меня, то поняли, что деньги меня не интересуют, я отдал бы все, что у меня есть, только чтобы вы оставили меня в покое. Но вы сделали все только хуже, когда сделали больно самому дорогому для меня человеку, — я поцеловал Еву в макушку, — Это я вам блядь, никогда не прощу.

Мэтт вынул платок из кармана, и схватит им пистолет. Через мгновенье, мы услышали звук сирены. Я посмотрел на Мэтта, который еле заметно кивнул мне, давая знать, что это он позаботился о том, что бы нас нашли власти и все, что произошло в этом здании, не останется безнаказанным. Что он не собирался, так просто опускать их.

Ева громко всхлипнула и сильнее уткнулась в меня. Она тихонько плакала то ли от облегчения, что все наконец закончилось, то ли от воспоминания о том, чему ее подвергли мои родители.

— Тише малышка, все закончилось, они больше не причинят тебе боль.

Она подняла на меня глаза и весь мир вокруг меня рухнул. Я смотрел в ее глаза, пытаясь отыскать хоть что-то, страх, злость, но в них не было ничего, в них была пустота. Как будто она уже была готова к самому страшному, к смерти.

Чувство вины сжирало, меня изнутри. Я виноват в том, что случилось с Евой. Если б я не приехал в тот город, не встретил ее, она не прошла бы через весь этот ужас из-за меня. Мысленно, я корил себя за то, что она стала моей слабостью, тогда, когда мне нельзя было привязываться к людям. Корил себя за то, что не смог быть рядом с ней и защитить ее. Я уткнулся Еве в волосы и вдохнул родной запах, который меня успокаивал.

— Прости меня, моя маленькая. Я так боялся тебя потерять, — шептал я ей, прижимая ее к себе. — Все будет хорошо, я больше никогда тебя не оставлю.

— Отвези меня домой, — прохрипела она, смотря мне в глаза своими красными, опухшими от слез глазами. В них уже не было того блеска которого я любил, в них было столько боли. В то момент я возненавидел себя за