Попирая волю Небес (СИ) - "Avadhuta"

Поезд до Свинопрыща был… длинным. Когда я вышел на перрон, то мне показалось, что вагоны идут до самого горизонта. Ближайший ко мне вагон имел сороковой номер. Стоило появиться на платформе, как ко мне подошёл мрачного вида мужик. Он проверил билет и заявил, что ехать я могу только в том вагоне и купе, которые указаны в билете. А там у меня значился почётный первый вагон и первое купе. Появился я у последнего вагона, так что направление движения было только одно. Про направление я подумал, потому что второй вагон, мимо которого я прошёл, имел номер 7. А третий красовался гордой цифрой 29. Ну, это же не могло быть так просто, чтобы все вагоны шли по порядку? А когда я увидел вагон номер 184, то совсем приуныл.

Чем дальше я шёл, тем более мрачной становилась атмосфера. С каждым вагоном пассажиров становилось всё меньше, а вот всякого рода охранников и надсмотрщиков больше. Вначале это были просто хмурые типы с палочками в руках. Потом появились хмыри с собаками. Потом, собак сменили твари похожие на адских гончих. Следом, вылезли дементоры. Эти твари так и норовили подлететь и высосать душу, и отпугнуть их мог только золотистый свет, исходящий от билета.

Наконец, я добрёл до последнего вагона и с некоторым сомнение посмотрел на цифру 1 в его единственном окне. Этот вагон находился сразу за паровозом и перевозил уголь. С дальней от паровоза стороны угольный вагон заканчивался пассажирским отсеком. Видимо, раньше он предназначался для обслуживающего персонала паровоза, но потом там решили возить учеников. Забравшись в вагон, я с удивлением обнаружил, что внутри выглядит всё не так уж плохо. Помещение единственного купе было отделано красным деревом и позолотой, диваны были широкими и мягкими, а освещение шло не только из окна, но и от вычурных фонарей, вделанных в потолок и стены.

Я оказался не первым пассажиром в купе. Стоило мне зайти, как я встретился с удивлённым взглядом Дракусика Малфусика. Более того, я отлично ощутил сигнал от мозгового червя, обосновавшегося в его черепе.

— Привет, раб. — Приветливо кивнул я. — Ну что, рассказывай, как ты докатился до жизни такой. А хотя нет, лучше помолчи. Всё что надо я сам из твоих мозгов вытащу.

Дракусик надулся и отвернулся к окну, строя из себя обиженного аристократа. Я же залевитировал сундук на верхнюю полку, завалился на диван и растянулся во весь рост. Класс! Это вам не чулан под лестницей. Но долго лежать нам не дали, потому что минут через пять в дверь стал долбиться ещё один пассажир. Я поднялся в сидячее положение и смог лицезреть момент его появления.

— Что за хрень тут творится? Сначала школу называют Свинопрыщ вместо Хогвартса. Потом дементоры на вокзале. А что дальше? Тёмный лорд в качестве директора?

Во время этой прочувствованной речи рыжий пацан моего возраста боролся со своим сундуком, пытаясь втащить тот в купе. Наконец, ему это удалось, и он с некоторым удивлением посмотрел на нас.

— Дракусик Малфусик? — Спросил он, глядя на царственного Малфоя.

— А сам то! — Фыркнул тот. — Рон Слизли. Сразу видно род предателей крови.

— Ах, ты! — Взвился рыжий, забыв о сундуке и выхватывая потёртую палочку. — Сынок пожирателя! Гарри, скажи ему. — Уставился он на меня с некоторым сомнением во взгляде.

— Дракусик… закрой глаза. Ты не захочешь этого видеть. — Сказал я, поднимаясь на ноги.

— Чего? — Удивился Рон.

Дракусик же понятливо закрыл глаза и поджал ноги к груди. А спустя секунду я взорвался потоками слизи и тентаклей, спеленав не ожидавшего такой подставы рыжего.

— Сейчас ты узнаешь, почему у меня в имени стоит приставка двадцать один плюс. — Многообещающе проклокотал я.

Рон Слизли в ужасе закричал и потерял сознание. Это только облегчило мне задачу по установке подчиняющего червя в его мозг. И как раз на середине этого процесса дверь в купе открылась, и за ней показалась девочка с пушистыми русыми волосами.

— А что это вы тут делаете, а? — Удивилась она, осмотрев опутанное тентаклями тело Слизли.

Тот был с ног до головы покрыт слизью, подозрительно напоминающей по внешнему виду сперму, а мои тентакли активно шуровали в обоих главных отверстиях его тела. После этого до мозга девочки дошло, что она видит тут тентаклевого монстра во время процесса размножения, и она закричала во всю силу своих лёгких, за одно вкладывая в крик и всю свою магию. Эта магия не имела отношения к волшебным палочкам, а потому иммунитета к ней у меня не было.

Заполошный визг откинул меня прямо на Дракусика, и я рефлекторно схватил его тентаклями, срывая одежду. После этого тентакли потянулись уже к девочке. Та попыталась сбежать, но я ловко подхватил её за левую ногу, поднял вверх и потащил в купе. Та с безумной надеждой протягивала руки к входной двери в вагон, но помощь к ней так и не пришла.

Спустя пятнадцать минут, когда поезд уже отправился в путь, мы сидели в купе и пили чай с валерьянкой. Напротив меня сидели Дракусик Малфусик и Рон Слизли, а я сидел в обнимку с мелко дрожащей девочкой по имени Гермиона Грыжер. Та всё никак не могла сделать глоток чая, потому что её зубы постоянно стучали по фарфору, так и норовя откусить кусочек от неплохого сервиза.

— Расслабься, Гермиона. — Похлопал я её по плечу. — Тебе всего одиннадцать лет. Ты ещё мелкая девочка. Мне такие не интересны.

— Я уже не девочка. — Расплакалась та, роняя слёзы в кружку.

— Ну-ну, извини. Это у меня рефлексы шалят. Давайте, отвлечёмся и сменим тему для разговора. Например, расскажите, как вы вообще сюда попали.

На несколько секунд в помещении наступила тишина, после чего взгляды всех присутствующих скрестились на Роне Слизли.

— А что сразу я? — Переполошился тот.

— Ты крайний. — Объяснил я.

— Ну… ладно. В общем, это… я шёл в магазин. Переходил дорогу на зелёный свет. А потом меня сбил грузовик. Ну, и это… меня откинуло в сторону. А я как раз был возле эстакады, так что я перелетел через ограждение, пролетел десять метров вниз и упал на асфальт. А потом по мне проехал танк. Реально! Меня буквально в лепёшку раскатало. Вот. А потом, я попал сюда.

— Душещипательная история. — Оценил я этот опус изящной словесности. — А кем ты был до того, как тебя переехал танк?

— Ну… это… в школе учился. — Рон шмыгнул носом и скромно потупился. — А потом я очнулся в Норе у Слизлей. И у меня игровой интерфейс появился. Я прошёл квест по знакомству со своими родичами, а потом… всё погасло, и я оказался сразу в дне отправления в Хогвартс. Ой! Ну, то есть в Свинопрыщ этот. Вот. Мы приехали на вокзал всей семьёй. Мои братья сразу залезли в поезд, а мне сказали идти искать первый вагон. Ну, я и пошёл. И нашёл, на свою голову.

Последнюю фразу Рон прошептал себе под нос.

— Гермиона, твоя очередь.

— Я в той жизни была дояркой. Работала в колхозе. Всё мечтала, что однажды произойдёт чудо, и мне не нужно будет больше возиться с этими коровами. А потом… на меня упал рояль. В нашу сельскую школу отдали пианино для уроков музыки. И когда его через окно загружали в класс на втором этаже, я проходила внизу. Думала, проскочу. И проскочила. Сразу на тот свет. Очнулась в семье магглов. Ну, то есть я только потом догадалась, что они магглы, а вначале я подумала, что они люди. Я несколько дней понять не могла, что происходит, а потом пришло письмо из школы магии, и всё встало на свои места. Я вместе с МакГонагал съездила в Косой переулок и купила книги по магии. Мне даже досталась редкая книга о том, как стать девочкой-волшебницей, но теперь… теперь… — Гермиона опять расплакалась. — Теперь я больше не девочка, и вся моя магия исчезла.

— Ну-ну, не-девочка-волшебница. — Провёл я тентаклей у неё по спине, от чего истерика немедленно прекратилась, а лицо Гермионы подозрительно покраснело. — Твоя волшебная сила никуда не делась. Просто теперь ты самая обычная волшебница.

— Но я хотела стать именно девочкой-волшебницей! Как профессор МакГонагал. Она мне показывала свою трансформацию, во время которой её мантия трансфигурировалась в короткую юбочку и красивый обтягивающий пиджачок.