Аномальная зона - Михаил Серегин

– А все-таки я не пойму, – удивился Мачколян. – И чего это вдруг всякую шушеру в лес потянуло? Прямо натуралисты какие-то, энтузиасты родного края! Жизни тут положили! Что им здесь – медом намазано, что ли?

Ответа на свой вопрос он не получил, потому что Величко вдруг поднял руку и предостерегающе прошептал:

– Тихо! Граф что-то учуял. Человек где-то рядом!

Все замерли и осторожно выглянули из-за ветвей. Перед ними расстилался участок трясины, покрытый густой сочной травой. Ее свежий и даже преувеличенно яркий цвет невольно настораживал – уж слишком неестественно он выглядел. И хотя Грачев уверял, что высокая трава внушает надежду, желания тут же это проверить ни у кого из спасателей не возникало.

Однако теперь они воочию видели человека, который подтверждал теорию самым что ни на есть реальным делом – он уверенно и сноровисто двигался через топь, не опасаясь, что она приготовила ему смертельную ловушку. И в то же время этот человек отнюдь не казался неуязвимым.

Внешность его была внушительной – громадный, широкоплечий, с пудовыми кулачищами мужик, одетый в полувоенную плащ-палатку и здоровенные сапоги. Он казался не гостем, а хозяином этих диких мест, сильным и несгибаемым. Но в то же время его внешний вид вызывал какое-то странное беспокойство. Его лицо и голова были покрыты коркой засохшей крови, под глазами висели жуткие лиловые мешки, а кожа на фоне всего этого разноцветья казалась бледной, как у покойника. Судя по всему, крови этот человек потерял немало и держался только благодаря своим необыкновенным резервам. Грачев ни секунды не сомневался, что они видят перед собой лесника, Петра Игнатьевича Серова.

За спиной у лесника висел объемистый и, видимо, тяжелый рюкзак, а в правой руке он держал ружье. За ним след в след шел еще один человек, тоже с котомкой за плечами. Оружия при нем не было, а выглядел он тоже неважно.

Судя по свидетельству Шпагатова, этот второй был единственным оставшимся в живых бандитом. Откровенно говоря, Грачев сразу же в этом засомневался – для бандита у этого человека было чересчур интеллигентное лицо, и вообще он не производил впечатления агрессивного и двоедушного существа. Впрочем, доверять своим чувствам Грачев на этот раз не стал – слишком рискованное это было дело, а потому шепотом приказал своим товарищам не обнаруживать своего присутствия.

– Сначала прикинем, что у них на уме, и вообще, – не слишком определенно пояснил он. – Не дай бог, они с испугу оружие в ход пустят!

Леснику и его спутнику оставалось идти до твердой земли не более тридцати метров, как вдруг они остановились, и лесник начал пристально и придирчиво осматривать расстилавшийся перед ним лес. Он ощупывал взглядом каждый кустик, каждое деревце и вот-вот должен был добраться до того места, где прятались спасатели и их верный Граф.

Что его насторожило, сказать было трудно. Грачев был уверен, что листва надежно маскирует их. Но леснику явно что-то не понравилось. Он вдруг повернулся и повелительно махнул рукой своему спутнику. Тот немного замялся, хмуро взглянул леснику в лицо и что-то резко сказал. Лесник выразительно потряс ружьем. Человек с котомкой в сердцах сплюнул и повернул назад.

– Они что, уходят, что ли? – изумленно спросил Мачколян.

– Похоже на то, – сказал Величко. – Сказку про белого бычка знаешь? Кажется, мы в нее и попали.

– Оставайтесь на месте, – озабоченно произнес Грачев. – Попытаюсь их разговорить.

Он положил на траву рюкзак и ружье и вышел из-за деревьев на свободное место.

– Эй, мужики! – крикнул он. – Я здесь на Сосновку пройду? Тропинку потерял, понимаешь!

Лесник на секунду замер, а потом оглянулся через плечо и долго изучал Грачева недоверчивым взором. Его спутник тоже остановился и из-за спины лесника начал подавать какие-то знаки. Грачев колебался. Конечно, предлог можно было придумать и поумнее, но теперь уже было поздно.

И в этот момент произошло нечто странное. Второй покоритель болот одним движением сбросил со спины свою котомку, а другим что было силы пихнул лесника в грудь. Тяжелый рюкзак не дал тому устоять на ногах, и лесник грузно осел в сырую траву. Его спутник мгновенно рванулся мимо и устремился туда, где стоял Грачев.

Но он не успел сделать даже двух шагов – лесник выставил ружье и заплел ему ноги. Беглец вскрикнул, полетел носом вниз, перевернулся и упал с тропинки на пропитанную бурой влагой поверхность. Он попытался сразу же подняться, но колени его быстро погрузились в зеленую жижу, и он сразу же застыл, обратив окаменевшее лицо в ту сторону, где стоял Грачев.

Спасатели, не выдержав, выскочили из-за кустов. Лесник недобро усмехнулся, осторожно поднялся и, не обращая ни на кого внимания, размеренным шагом отправился в глубь болота.

– Держись, мужик! – не своим голосом заорал Мачколян.

Глава 21

Болото не хотело отпускать человека. Оно медленно, но неумолимо заглатывало свою жертву. Со стороны это было почти незаметно, но у спасателей не оставалось никаких сомнений – лежащему среди болотных кочек человеку приходилось туго. Это было ясно по его напряженному побелевшему лицу, по нелепой позе и по исходящей от него ауре ужаса, которая ощущалась даже на расстоянии.

– Давай, Ашот, действуй! – распорядился Грачев. – Бросай ему конец! С твоей силушкой это вполне реально. Только не перестарайся, а то звезданешь по башке...

Величко уже извлек из рюкзака моток прочной веревки с небольшой стальной кошкой на конце. Расстояние было приличное, но Мачколян действительно обладал уникальными физическими данными, а когда испытывал стресс, возможности его делались поистине неограниченными. Без лишних слов он принял от Величко веревку, по-ковбойски раскрутил над головой утяжеленный ее конец и с криком «Цепляйся!» швырнул его в направлении терпящего бедствие человека.

Стальной крюк с чавканьем врезался в поверхность болота. Но утопающий не растерялся. В считаные секунды он отцепил кошку и, соорудив петлю, обвязал себя под мышками. Его сноровка и самообладание в катастрофической ситуации навели Грачева на мысль, что они имеют дело отнюдь не с новичком. Жизненный опыт у этого человека имелся. Криминальный ли это опыт или еще какой, решить было трудно, да и не так это было сейчас важно. Первый раунд был выигран, но спасенного еще нужно было вытащить на сушу.

Мачколян зафиксировал другой конец веревки на стволе дерева. Затем, обвязавшись страховочными концами, они стали искать проход к тому месту, где силился выбраться из трясины незнакомец. Вытянуть его, оставаясь на берегу, они не могли. Тем более не мог он проделать этого самостоятельно. Было необходимо подойти ближе. Но эти тридцать метров представляли собой сплошную загадку. Однако ответ у этой загадки, несомненно, был – лесник его знал, и, следовательно, назвать ее безнадежной было нельзя.

Ответ отправились искать двое – Грачев и Мачколян. Величко с Графом остались дожидаться «на суше». С нарастающим волнением следил Величко, как нащупывают невидимую тропу его товарищи. Тревожился он не только за них – положение человека, попавшего в плен Черной Топи, вызывало все большее опасение. Несмотря на спасительную веревку, он продолжал медленно проваливаться в сырую пучину. Кратковременная активность помогла ему, но одновременно помогла и ненасытной трясине еще больше втянуть в себя добычу.

Когда Грачев с Мачколяном все же сумели отыскать проходимое место и приблизились к утопающему, он погрузился в болото уже по пояс.

– Держись, дорогой! – ласково сказал ему Мачколян. – Один раз мы тебя заарканили, можно сказать, на крючке держим, а на второй раз точно вытащим! Держи конец!

Вторая веревка полетела в руки утопающего. Трясина держала его прочно, наверняка уже торжествуя победу, но тут в дело вступил Мачколян. Точно мощная машина, он принялся вытягивать на себя натянувшуюся, как струна, веревку. При этом он еще умудрялся вести с незнакомцем светскую беседу, делая вид, что вытягивать людей из болота вещь почти такая же обычная, как снимать с дерева заигравшегося котенка.

– Расслабься, дорогой! – добродушно посоветовал он для начала. – Ничего страшного не случилось. Доктора говорят, что ванны с грязью даже полезны. Сам бы с радостью понырял, да начальник у меня строгий. В рабочее время отвлекаться не велит. А ты здесь на отдыхе?

– Почти, – с натугой ответил утопающий. Лицо его побелело, пальцы, перехваченные веревкой, налились багровой кровью. – Я здесь вроде как в экспедиции. Одного чокнутого профессора сопровождаю...

– Это Хамлясова, что ли? – обрадовался Мачколян. – Наш хороший знакомый! Только теперь мы его сопровождаем, так что тебе беспокоиться не о чем.

Трясина долго сопротивлялась, но в конце концов с жалобным всхлипом отпустила своего пленника. Измученный и грязный, выбрался он на твердую полосу и невольно ухватился за твердокаменное плечо Мачколяна.