Аллея ангелов - Кезалия Вердаль

А ещё к тебе огромная просьба! Пожалуйста, только не злись на Виня. С ним и так несправедливо обошлись и он вдоволь настрадался. Не думай, что Винь трус и отсиживается дома. Нет: это я не пустил его. Он сильнее всех рвался в бой и был готов жертвовать собой ради спасения других, но я категорически запретил ему принимать участие в войне. Ты сама знаешь, что Винь всегда отличался безответственностью и легкомыслием, поэтому пускать его в бой — рискованное дело. Я не готов терять его, потому что он слишком дорог мне.

А ещё важнее для меня — ты. Несмотря на твою способность нейтрализовать чужие силы, я не решился оставить тебя одну. Лучшего кандидата на роль Фатума, чем Винь, и не найти. Доверяй Виню и он не подведет тебя.

Думаю, я уже дал ответы на многие вопросы, над которыми ты успела не раз поразмышлять. Как и было обещано, я признаюсь ещё в одной правде: моя интуиция подсказывает, что этот бой окажется для меня последним. Поэтому я не стану обещать, что вернусь, и в лишний раз причинять тебе боль.

Просто помни, ты нужна мне. Храни себя.

Твой Дайя».

Если бы в этот момент я не прислонилась к стене, то не сумела бы удержаться на ногах. Я медленно сползла спиной вниз и оказалась на холодном полу класса. Перед глазами появились странные чёрные круги… В ушах звенело…

В голове четко зазвучали слова Дайя, которые я уже выучила наизусть.

«Моя интуиция никогда не ошибается. Никогда».

Это была аксиома, которая не требовала никаких доказательств и подтверждений. Так было всегда, есть и будет.

«Нет, нет… Не может быть…»

Воронка в груди завибрировала и начала медленно вращаться, разрывая нити, которые я лишь вчера успела наложить на рану. Я ощутила резкую боль в сердце…

«Дышать… дышать… ты должна…»

Казалось, Чёрная дыра стала затягивать внутрь мою плоть… Сила притяжения оказалась до такой степени мощной, что каждый вдох давался с величайшим трудом. Я начала задыхаться от недостатка кислорода…

Я не хотела верить письму Дайя. Как он мог так бесчеловечно со мной поступить? Почему он думает, что правда станет для меня предпочтительней? Если я так дорога ему, то зачем постоянно причиняет боль? Почему?

Я прижала письмо к лицу… Боже, даже лист бумаги пронизан им, его сущностью… этот аромат прожигал мне горло неведомой жаждой. Я почувствовала себя десмодом, который нуждался в очередной дозе сверхспособностей.

«Мне нужно тебя увидеть… Где ты…»

Странно, но я не заплакала. Я продолжала неподвижно сидеть на блестящем полу и крепко сжимать в руках записку. Под холодной оболочкой бушевал настоящий огонь, которым с наслаждением и жадностью упивалась ненасытная пустота. Мысленно я кричала от боли, крушила, метала все вокруг, взлетала до небес и падала вниз с безумной высоты…

«Ты не только разочаровываешь меня, но и убиваешь все надежды… Ты знаешь, сколько сил мне потребовалось, чтобы решиться сжечь мосты… чтобы начать заново жить… чтобы продолжить ждать тебя! Дайя, зачем ты так жесток со мной? Разве так поступают с любимыми?»

Не знаю, сколько времени я пряталась от всех в этом кабинете, но казалось, что прошли часы до того, как прозвенел звонок на первый урок… Преодолевая тяжесть в теле, я встала и собрала вещи. Когда я вышла из класса, коридор уже опустел. Я не стала спешить и медленно поплелась на занятия.

Я робко постучалась в класс и зашла внутрь. Урок уже давно шёл, но никто особо не проявил недовольства по поводу моего опоздания.

— А, Ангелина, с выздоровлением. Садись скорей, у нас новая тема, — радостно поприветствовал меня Леон и кивнул на доску, на которой были изображены графики и линии.

— Привет, как ты себя чувствуешь? — спросил Алекс с последней парты.

— Рады тебя видеть, староста… — крикнул кто-то с места около окна.

— Какая-то ты ещё бледная… — прокомментировала мой вид Фрезия.

— Спасибо, я нормально… соскучилась очень по вам… — улыбнулась я одноклассникам и села рядом с Эни.

Я достала тетрадь и принялась со всеми записывать лекцию. Рабочая атмосфера заглушила посторонние мысли, но я не могла не думать о том, что место на последней парте сейчас пустует. Как долго это будет длиться? Сколько дней, недель, месяцев пройдет, пока пустота не заполнится его присутствием?

— Эй, Ангелин, постой! — окликнул кто-то меня на улице.

Я обернулась и увидела Виня на скутере. Парень подъехал ко мне и удивленно спросил:

— Ты чего тут бродишь? Я же вроде сказал, чтобы ты поехала домой с НАФА.

— Нет. Я решила пройтись пешком.

Я хотела изнурить себя насовсем. Хотела забыться. Хотела перестать думать.

— Садись. Подвезу.

— А где твоя подружка? Ты разве не на свидании?

— Нет, накрылось медным тазом. Давай, не тяни резину.

Я надела шлем и села за Винем. Мы опять молчали всю дорогу. Если утром я была переполнена позитивом и верой в новую жизнь, то сейчас тонула в тёмном болоте.

— Спасибо. До завтра, — поблагодарила я Смэша, когда мы доехали до дома.

— Постой, Ангелин. Ты хочешь поговорить? — внезапно меня догнал вопрос Виня.

— О чём? Я не понимаю… — я попыталась скрыть дрожь в голосе.

— О Дайя. Я уверен. Можно я войду?

— Хорошо.

Мы зашли в дом, я бросила ключи на диван и пошла на кухню заваривать чай. Винь расположился как у себя дома. Естественно, мы столько времени провели втроём в этой гостиной, что он практически стал неотъемлемой частью дома. Всю эту неделю их отсутствие делало дом другим — опустошенным и чужим.

— Я готов слушать. — Сказал Винь и сел напротив меня за кухонный стол.

— Нам не о чём говорить.

— Не ври мне, Ангелин. Раз ты разрешила мне войти, значит, у тебя есть ко мне вопросы.

Я промолчала и сделала большой глоток чая. Несмотря на жару на улице, мне было холодно. Именно поэтому и заварила для себя этот напиток, а Смэшу придвинула банку кока-колы.

— Я думала, ты мне сам всё расскажешь.

— Что Дая написал тебе в письме?

— Что постоянно обманывал меня; что его поневоле назначили главным Фатумом только потому, что он прямой потомок основателя Виртуса… — без эмоций перечислила я, словно зачитывала таблицу умножения.

За сегодняшний день я перечитывала письмо сотни раз за время уроков. Подруги заметили, что со мной что-то стряслось. Мне стоило значительных усилий, чтобы развеять их сомнения.

— Хаххаха… — горько засмеялся Винь и глотнул газировки. — Он и дальше продолжил лгать тебе, Энжи.

— В каком смысле? О чём он опять наврал?

— Ну…