Завещание великого шамана - Колупаев Александр Алексеевич

«Ай да Филиппок! Вот молодчага!» – я вспомнил, что вместе с обучением местному языку он получил и знания о местной армии. Почти сплошь наемники, за малейшую провинность карались они штрафами. Денежки, исправно поступавшие из королевской казны, штрафами этими оседали в карманах их военноначальников. А кто особо возмущался, быстро и бесследно исчезал в мутно-зеленых волнах крокодиловой реки.

В рядах солдат произошло некоторое движение, а затем пятеро решительно двинулись к Филиппову и встали возле него. Небольшая пауза – и еще группа красно-зеленых мундиров добавилась на нашей поляне.

– Остановитесь, неразумные! – взвыл главный монах. – Подумайте о бессмертной душе своей! Не прельщайтесь посулами дьявольскими! – он затряс пред оставшимися солдатами своим треугольником.

– Гвардейцы! – срываясь на фальцет, завопил генерал. – В казармы, шагом марш!

Под хохот и улюлюканье толпы остальные гвардейцы уныло построились в колонну и понуро побрели к городу.

– Граждане города! – я обратился к оставшимся, – мы нуждаемся в крепких рабочих руках! Сейчас просим вас остаться несколько человек для того, чтобы обсудить условия вашего труда. Вас ждет достойная оплата и хорошие условия работы.

Вперед вышел уже знакомый гончар:

– Великий Ксанд! Многие из нас опасаются мести монахов ордена. Да и гвардейцы, прельщенные вашим богатством, могут напасть на ваш лагерь. Дозволь нам быть рядом с вами, только пошли своих верных людей в город: мы заберем свои семьи.

– Хорошо! Только сделаем немного по-другому. Сергей Филиппович, ты назначь из гвардейцев командира, мы выплатим им жалование за полгода, думаю, хватит?

– Вполне хватило бы и за месяц! – недовольно пробурчал «Филиппок».

– Не жадничай! А ты сам с людьми возьми в блокаду казармы гвардейцев и монахов в монастыре. Срочно наведайся в тюрьму, выпусти всех оттуда – и к нам. Мы организуем малый лагерь, поставим защиту. Нескольким гвардейцам дадим ключи от защитного поля. Пусть наведаются в казармы. Думаю, король к утру ни один десяток гвардейцев недосчитается.

– Петрович, а ну как эти монахи или гвардейцы попрут напролом? Тогда как?

– Возьми парочку гранатометов. Там, возле ворот, на стенах, есть башни, снесите одну. А если и после этого полезут, стреляйте на поражение.

– Вот те раз! Сам же говорил – без крови, без крови!

– Без нашей крови! Ты видишь, орден без боя не сдастся. А нам бы месяц простоять да неделю продержаться… Кстати, где Артём? Обучающая машина – вот что сейчас страшнее гранатометов и огнеметных пушек! Два десятка умных, знающих и независимых людей – вот наше главное оружие! Два десятка в сутки, мало, конечно. Но вторая обучающая машина начнет работать только через полгода. А это срок!

– Понятно! Значит как у Ленина – почту, телеграф, что там ещё захватить?

– Ладно, Сергей Филиппович, не ерничай, давай зажми там особенно этих, монахов.

– Не беспокойся, Петрович, сделаем! Кстати, парочку монахов обучить и забросить в этот монастырский гадюшник не помешало бы… Мы прихватим их с собой поутру?

– Поутру мы к тебе человек двадцать гвардейцев пришлем. Думаю, с десяток успеют пройти обучение, а через неделю в городе наша гвардия будет везде.

– Я пошел?

– Давай, с богом!

– Слушаю и повинуюсь, о великий Ксанд!

– В компании был один юморист, Алексей Никифоров, а теперь – двое!

– Так и компания расширяется – для целого государства одного мало! – начальник охраны поправил личное оружие, махнув мне рукой, стал по рации отдавать приказы.

Глава тридцать вторая

Место под поселок было выбрано давно. Ещё дома мы внимательно изучили снимки воздушной разведки. Это была небольшая возвышенность к востоку от скал. Местным и в голову бы не пришло поселиться здесь. Во-первых; нет пресной воды, во-вторых – почва не пригодна к обработке. Все эти проблемы мы легко разрешали. Горная гряда отделяла нас от широкой и многоводной реки, пробей туннель и получишь вволю пресной поды. Что касается земли, то роботы взяли образцы грунта, и оказалось, что это отличная платформа для любой растительности! Много минеральных солей, вулканические породы, в большинстве своем пористые. Завези необходимое количество гумуса – и прекрасные поля будут снабжать нас своей продукцией. Уже к вечеру, два мощных бульдозера выгладили центральную улицу и красновато – фиолетовая почва была уплотнена под пять сборных домиков. Луна заглядывала в их окна, когда строители, поужинав, ложились спать. Вот тут-то нас поджидал первый сюрприз: лун оказалось две! Одна почти точная копия нашей, а вторая, выглянувшая следом за ней через четыре часа, была поменьше и светила каким-то красноватым светом. Бригадир строителей зашел в нашу палатку за объяснениями, бригада была в недоумении – откуда вторая луна?!

Пришлось пуститься на всякого рода хитроумную ложь – мол, это космическая станция с гигантским отражателем, она видна только в тропиках. Поверил. Ладно, вот как заведем своих астрономов, пусть тогда и объяснят, где мы и что это за луны. Охрана лагеря была небольшой, основной состав остался у скалы. Туда прибывали материалы и люди. Наши грузовозы за ночь успели сделать несколько рейсов. Так что с рассветом на поляне громоздилась солидная куча всяких вещей. Однако, я поторопился с событиями. Начиная с вечера, их, случилось немало, и все, в основном, с людьми, как с нашими, так и с местными.

Сергей Филиппович, отобрав с десяток своих бойцов и соблазнив несколько мушкетеров, отправился в город, имея на руках лишь одну карту, составленную опять же по фотографиям воздушной разведки. Здание тюрьмы ничем не отличалось от здания торгового дома. Представьте изумление торговцев, которые после ужина собрались в дворике, чтобы обсудить свои дела, а тут врываются куча людей в странной одежде, говорящих на непонятном языке, и быстренько выстраивают их лицом к стене.

Слабые аргументы – вроде кинжала, выхваченного из-под полы, не произвели на пришельцев ни малейшего впечатления. Погорячившиеся таким образом торговые люди мгновенно были уложены на пол и в качестве контраргумента получили по ребрам несколько внушительных ударов отлично сработанными ботинками.

Эти ни слова не понимающие люди расступились, пропуская вперед коренастого человека с коротким ежиком волос на голове. Впору было рассмеется в лицо этому человеку – такую прическу носят только цирковые шуты!

Да не до смеха: изнеженные седалища степенных торговцев отлично помнили подкованые рубчатые армейские ботинки. Случилось чудо – этот шут заговорил на местном языке!

– Почтенная публика! Прошу отдать мне ключи от камер, в которых содержатся заключенные!

– Господин! У нас нет ключей от камер, как и среди нас нет заключенных под стражу! Мы честные торговцы!

– А кто среди вас начальник тюрьмы? – «Филиппок» все ещё пытался прояснить ситуацию.

– Среди нас нет начальника тюрьмы! И мы даже не имеем чести быть представлены этому господину!

– Так что это за здание? Разве не тюрьма?! – рявкнул коротко стриженный «шут».

– Осмелимся возразить достопочтенному господину – это торговый дом, и мы все торговцы, честно оплатившие патенты…

– Прошу прощения! Ошибочка вышла! Тюрьма – второе такое же здание! Уходим!

И эти, без сомнения, прекрасные войны, быстро вышли на улицу, на прощание бросив под ноги отобранные ножи.

Торговцы пошумели и сели писать жалобу губернатору. А как же? Незаконное притеснение и побои. Правда, побои потом исключили, учитывая, что их нанесли в неприличные и обидные места.

Тем временем в местной тюрьме раздавали ужин. Это была миска похлебки из широких листьев салата, для вкуса сдобренная ложкой оливкового масла, кусочек хлеба, шириной с ладонь, жаль, что тонкий, три зеленых пера горького лука и глиняная кружка воды. Что – то я ещё пропустил? Ах да! Вот – пара зеленых маслин! Щедро кормил губернатор заключенных. Приговоренным к смертной казне еда не полагалась – незачем добро переводить! Только вода. Таковых было двое: местная знахарка, которая лечила травами, чего тут сомневаться – ведьма! И второй заключенный, плотник, видите ли, он придумал инструмент, который делал доску изумительно гладкой – конечно, не обошлось без подсказки дьявола.