Конец радуг - Вернор Виндж

– Но ему придется сложить все данные вместе, – сказал Уинни. – Если Гуэртас потеряет несколько недель, найдется сотня организаций, которые решат, что с успехом подождут, пока закончится срок монополии – а тогда можно будет получить даже более полные ответы совершенно бесплатно. И хуже того. Китайская компания «Информагикал» обдирает Британский музей и Британскую библиотеку с куда лучшей аппаратурой, чем у Гуэртаса. Британцы показали больше здравого смысла, чем университет Сан-Диего, но у них оцифровка должна начаться с минуты на минуту. Если Гуэртас еще чуть-чуть задержится, ему придется вести с китайцами ценовую войну за продажу первых видов.

– Нормальная смертельная спираль!

В радостном изумлении Томми злорадства не было. Он всегда с восторгом смотрел, как что-нибудь распадается. Роберт вспомнил пожары кустарников семидесятого года. Тогда подросток Томми был в Восточном графстве, помогал налаживать связь – но при этом наслаждался каждой минутой стихийного бедствия.

– Так что же, гм…

Зачем я нужен Незнакомцу в этой заварухе?

– Недоумеваете, Роберт? – усмехнулся Блаунт.

В Стэнфорде Уинни ни за что бы не решился так открыто подкалывать Роберта – по крайней мере после первого года. Но сейчас единственное, что Роберт мог бы этому противопоставить, был подростковый сарказм. Поэтому он лаконично ответил:

– Да, я все еще не понимаю.

Блаунт подозрительно сощурился, учуяв одну из ловушек прежнего Роберта.

– Смысл наших разговоров в том, чтобы нанести Гуэртасу и проекту «Либрареом» серьезный ущерб. Легальные возможности мы исчерпали, поэтому все, что приведет к задержке противника, не может не включать элементы преступного поведения. Вам понятно?

– Да. Мы в самом деле заговорщики. Блаунт кивнул:

– И это уже само по себе правонарушение. Томми засмеялся:

– Ну и что? Я только что взломал наблюдательный уровень Департамента внутренней безопасности. Это преступление против национальной безопасности.

– Мне все равно, даже если мы готовим государственную измену! – сказал Роберт. Если только я снова смогу писать… – Я хочу сказать, что вы не меньше меня любите книги.

Остальные кивнули.

– Так в чем же ваш план?

Блаунт жестом предоставил слово Томми. Коротышка сказал:

– Помнишь наши подпольные прогулки?

– В семидесятых? Ага, весело было – хотя для мозгов вредно.

Томми улыбнулся шире.

– Ты мне хочешь сказать, что пропарочные туннели все еще используются?

– Ага. В девяностых такой вид конструкции вышел из моды. И целые участки новых домов не были соединены. Но потом в начале века народу захотелось Сверхбыстрых Коммуникаций. А ребятам из биолабораторий нужен был автоматический транспорт для образцов. У них тогда деньги были.

– А сейчас тем более, – вставил Карлос. Томми кивнул.

– Ближние инфракрасные лазеры не для них. Они хотят иметь рентгеновские или гамма-лазеры, триллионы цветов на путь и триллионы путей. Сегодня сеть пропарочных туннелей служит не для подачи энергии или тепла. У нее есть ветви, простирающиеся под Торри-Пайнз-роуд до Скриппса и Солка. Я слыхал, что можно срезать путь под океаном, хотя черт знает, зачем там нужны эти туннели. А к востоку можно проникнуть в любую из этих биотехнологических лабораторий.

Неожиданно Роберт понял, почему Таинственного Незнакомца заинтересовала «Кабала стариков». Вслух же он спросил:

– А при чем тут проект «Либрареом», Томми?

– А! Ну, ты знаешь, что Макс Гуэртас нажил состояние па биотехнологиях. Ему принадлежат самые большие лаборатории в Северной Америке – в том числе те, что в нескольких тысячах футов к северу от нас. И ему было легко приспособить свои программы разбора геномов к проекту «Либрареом». О'кей, в общем, он хранит изорванное в подвалах под северной частью кампуса.

– И?

– И он с ними еще не закончил! Измельчение дает ему достаточно изображений, но покрывает не полностью, и ему приходится сканировать и пересканировать места, где на первом проходе были проблемы. Если бы сейчас его не поджимало время, он бы предпочел подождать, пока следующая жертва-библиотека не будет порвана на клочки, и использовал бы этот материал для перекрестной проверки. Но он торопится.

– Хранилище также входит в пропаганду Гуэртаса, – сказал Уинни. – Когда они закончат пересканирование, обрывки будут «надежно сохранены в подвалах „Гуэртас“ для археологов будущих поколений». Кое-кто из наших преподавателей даже на это купился!

– Что ж, – заметил Ривера, – малая толика правды в этом есть. Бумага дольше проживет в жидком азоте, чем на полках библиотеки.

Уинни нетерпеливо отмахнулся.

– Смысл в том, что книги уже уничтожены, и Гуэртас собирается уничтожать их и дальше, если его не остановить. Наш план… – он огляделся вокруг, как будто вдруг понял, что уже стоит на пороге тюрьмы, – …наш план – проникнуть в пропарочные туннели и добраться туда, где Гуэртас хранит обрывки. Томми придумал способ сделать их нечитаемыми.

– Что? Мы протестуем против уничтожения библиотеки, уничтожая ее остатки?

– Только временно! – возразил Томми. – Я нашел потрясающий аэрозольный клей. Обрызгать им обрывки – и получится большой кусок папье-маше. А через несколько месяцев клей просто испаряется.

Ривера согласно кивнул:

– Так что мы не ухудшаем положения. Если бы мы портили то, что осталось от книг, меня бы здесь не было. В схеме Гуэртаса заложена излишняя грубость, попытка схватить все сразу, хотя более медленный подход был бы ничем не хуже. Может быть, нам удастся сбить его с пути, а тем временем старые дигитайзеры, щадящие книги, подтянутся по скорости – и больше не будут уничтожаться библиотеки.

Теперь на его футболке восхвалялась Американская библиотечная ассоциация.

Роберт отклонился назад и притворился, будто размышляет над услышанным.

– Вы говорите, китайцы собираются раздирать Британскую библиотеку?

Ривера вздохнул.

– Да, по музею они тоже пройдутся. Но Европейский Союз ищет повода им помешать. Если мы выставим Гуэртаса в невыгодном свете…

– Понимаю, – сказал Роберт рассудительно. Он старался не смотреть в глаза Уинни – Блаунт уже и так был настроен подозрительно. – О'кей. Планчик кажется хиленьким… но все-же лучше, чем ничего. Считайте, что я записался.

Томми расплылся в ухмылке:

– Ура, Роберт!

А Роберт наконец-то посмотрел на Уинстона Блаунта.

– Остался один вопрос: вам я зачем нужен?

– Лишняя пара рук, – поморщился Блаунт. – Всякие поручения…

Томми закатил глаза.

– Если честно, до твоего появления мы об этом даже мечтать не могли.