Припять – Москва. Тебя здесь не ждут, сталкер! - Алексей Молокин

А вот сейчас почему-то стал сомневаться.

Насколько он понял, Кощей встречался со знакомыми ему, Валентину, сталкерами. С друзьями его отца, зачем-то пришедшими сюда из Чернобыля. Валентин не копался специально в памяти своего… опекуна, что ли? Да, именно опекуна, потому что родственниками они с Кощеем не были. Просто так, случайно коснулся краешка сознания, оно само и узналось, уж больно опекун был раздражен этими разговорами! Никакая защита не могла скрыть это раздражение, оно так и сочилось из Кощея.

Бей-Болт, Ведьмак, Берет… Валентин знал этих сталкеров. Они были друзьями его отца, Лешки Звонаря, великого музыканта Зоны. Друзьями матери, друзьями Болотного Доктора. Кощей напрасно так говорил о его родителях. Ему ни в коем случае не следовало этого делать. Ни ему и никому другому!

Кощей не понимал, что его, Валентина, родители стали частью Зоны. И пусть они никогда не возвращались в Большой Мир, они всегда были с Валентином, потому что он и сам был такой же частью.

По правде говоря, Валентин очень хотел, чтобы Зона пришла сюда, в Москву. Тогда он сможет наконец увидеться с родителями, пусть ненадолго, но все-таки… Это будет здорово!

А потом ему снова придется уйти. Ведь Большой Мир очень велик. Он действительно большой, а он, Валентин, – он не просто росток Зоны, он ее предтеча!

А судьба предтечи – путь-дорога. И здесь ничего не поделать, потому что, чтобы куда-нибудь прийти и принести с собой Зону, надо пуститься в путь.

В общем, решил он, надо обязательно встретиться со сталкерами, надо послушать, что они скажут. И почему они не хотят, чтобы Кощей управлял новой Зоной? Ведь не зря же они появились в Москве! Наверное, у них здесь тоже есть какие-то связанные с Зоной дела, а значит, им есть что сказать. Да и просто поговорить, да что там поговорить, увидеться, и то было бы неплохо. У него ведь здесь никого нет, кроме, конечно, Александра Борисовича. А ведь Александр Борисович вовсе не был другом его родителей! Странно, что он не задумывался об этом раньше.

Валентин быстро оделся – джинсы, футболка, берцы. Слабость еще чувствовалась, похоже, на этот раз Кощей взял больше, чем обычно. Сейчас Валентин был, по сути дела, обычным человеком, разве что регенерировать мог немного быстрее, и все. Неужели обычные люди всегда себя так чувствуют? Ему даже стало немного жалко обычных людей.

Он поднялся на второй этаж, в кабинет своего опекуна. Там стоял оружейный шкаф, выкрашенный шаровой краской, довольно хлипкий на вид. Оружие сейчас пригодится, просто так, голыми руками, ему в его нынешнем состоянии с охраной не справиться. Конечно, лучше бы было обойтись без стрельбы и прочих кровавых штук. Хотелось бы, да только вряд ли это получится.

Железный шкаф был заперт, ключа поблизости, к сожалению, не обнаружилось. В другое время он бы открыл этот дурацкий ящик одним касанием, но в другое время оружие ему бы и не понадобилось. Что такое для него, если он в нормальном состоянии, десяток тупых, хотя и вооруженных ложных зомби[24] да несколько кровососов, пускай и модифицированных в лабораториях Кощея?

Но сейчас он был слаб. Слаб, словно обычный человек. До чего же плохо быть обычным человеком!

Стол. Может быть, в столе тоже есть хоть какое-то оружие. В фильмах, которые он смотрел по телевизору, у главного героя в столе, как правило, лежал заряженный пистолет. В некоторых случаях пистолет был под подушкой. Но Кощей вряд ли станет держать оружие под подушкой, ему оно, когда он в силе, и так-то не особенно нужно. А в случае чего у него найдутся наемники, которые умеют стрелять.

Письменный стол у Александра Борисовича был самый обычный, купленный в «Икее», так что взломать его – плевое дело. Но даже взламывать ничего не пришлось, стол оказался не заперт.

Валентин открыл ящик. Пистолет был на месте. Старый офицерский «вальтер»[25]. Подходящий пистолет. В оружии Валентин разбирался, кто же в Чернобыльской Зоне не разбирается в оружии? Стрелять ему, впрочем, раньше не приходилось, незачем было. Но его отец, Звонарь, был неплохим стрелком, и отец Звонаря – тоже. Откуда-то Валентин знал, что его дед из всех пистолетов предпочитал именно такой вот трофейный «вальтер». Так что стрелять он умеет, и, судя по внутренней уверенности, неплохо.

Забавно все-таки, силы у него сейчас нет, а вот умения, даже не его собственные, а унаследованные от родителей, остались! И не только они, у него остались знания и навыки множества людей, когда-либо побывавших в Чернобыльской Зоне. Скорее всего эти люди давно мертвы, но то, чему они на-учились за свои недолгие жизни, досталось ему, Валентину. Когда-нибудь он с этим разберется. Но не сейчас. Сейчас ему некогда.

Он вернулся в кабинет, стал сбоку от шкафа, чтобы не задело рикошетом, и выстрелил в замок. Он точно знал, куда надо выстрелить, чтобы шкаф открылся, и попал именно куда хотел, хотя и не с первого раза. Ничего, к пистолету есть две запасные обоймы, хотя то, что он не попал с первого выстрела, его немного обескуражило. Оказывается, наследственное умение – это еще не мастерство. Для того чтобы действительно хорошо стрелять, требовалась практика, а ее-то у него как раз и не было. На будущее это следовало учесть, а сейчас придется учиться по ходу дела. И еще неизвестно, успеет он стать хорошим стрелком или нет.

В шкафу нашлось несколько подходящих стволов – укороченный автомат Калашникова калибра 5,45, девятизарядный дробовик «Mossberg 500 Bull-pup[26]» и даже старая кавалерийская сабля солдатского образца[27] без ножен.

Надо было поторапливаться. Зомби и кровососам вход в дом был запрещен, но среди охранников были и люди, наемники, бывшие сталкеры, которые скорее всего уже услышали выстрелы, а значит, скоро будут здесь.

Пистолет – он и есть пистолет, оружие последней надежды, поэтому «вальтер» остается. АКСУ против зомби и кровососов почти бесполезен, да и против людей в бронекостюмах в общем-то тоже. Особенно если эти люди – сталкеры.

Сабля… Ведьмак здорово орудовал саблей, пластал и кровососов, и бюреров, и даже псевдогигантов, так что любо-дорого было смотреть. Но он, Валентин, хотя и помнил, как надо обращаться с клинком, так, конечно же, не сумеет. Поэтому сабля останется в шкафу.

А вот дробовик берем. Дробовик для такого неумехи, каким он себя сейчас ощущал, – это самое то! И патроны подходящие имеются. Картечь, жаканы, пули. Картечь против зомби и кровососов – самое милое дело! А вот бронекостюм ни картечь, ни круглая пуля не возьмет, хотя с ног противника свалит почти наверняка. Или хотя бы остановит. Ну ладно, там видно будет. Все равно больше выбирать не из чего.

Валентин поднял оконную раму, вошел в стеллс, выбрался на подоконник, повис на руках и мягко спрыгнул на мощенную плиткой дорожку. Стеллс получился слабенький, его силуэт то и дело мерцал, словно картинка на экране древнего телевизора. Конечно же, сталкеры его заметили. Еще бы, уж чего-чего, а опыта у них хватало! Зона вышколила их по полной программе.