Цифровая пропасть. Шаг первый - Алексей Абвов

Глава двенадцатая

НЕПРОСТОЙ ВЫБОР

— Это совершенно ничего не меняет! — твердо заявила Лиява, крепко прижавшись ко мне всем телом, после того как я рассказал ей о себе и о том, кто она такая на самом деле.

Вначале подумывал скрывать эту информацию до того момента, пока она сама не начнет что-то вспоминать. Потом возникла слабая надежда, что, узнав правду о себе, она перестанет регулярно требовать от меня исполнения «священного долга хозяина перед своей наложницей», ибо негоже Богине общаться с каким-то смертным, причем дефектным. Но не тут-то было…

— Теперь нам никто не сможет помешать! — сказала она своим чарующим голосом, впиваясь в мои губы страстным поцелуем.

А от сильнейшего порыва страсти, легко опрокинувшего мою ментальную защиту, я чуть не потерял сознание. Впрочем, как-либо стесняться происшедшего с нами после тоже не стану, как и описывать, ибо это просто непередаваемо. И совершенно не жалко той пары часов, которые теперь ежедневно и еженощно у нас непременно уходили на кое-какое «общение». Однако наши личные отношения сложно было назвать полностью безоблачными. Лиява, как и многие женщины, попыталась проверить своего мужчину на прочность, выяснить на практике, кто в паре первый, а кто второй. А как она красиво обижалась и надувала губки, когда все ее попытки прогнуть меня под свои мелкие капризы терпели крах. Особенно когда я ей подробно объяснял, что она делает, а главное — зачем. Но и отходила от своих обид Богиня очень быстро, постепенно привыкая к моему характеру, который только снаружи выглядит очень мягким и податливым, совершенно не являясь таковым внутри. Со своей стороны я не давил на нее, лишь предлагая, но ничего не требуя. Потому от моего предложения включиться в разработку более общей модели интегральной магии она отказалась со словами: «Это совершенно не женское занятие, Вад, от которого сильно веет смертью и разрушениями», — но при этом активно помогала в практике магии жизни. Мы часами пропадали в саду и занимались там изменением растений, улучшая изящество их цветов и полезность плодов. Богиня оказалась настоящей маньячкой красоты. Если не получалось ее найти, она решительно бралась за ее наведение, не принимая никаких компромиссов. Даже мне не удалось отвертеться от очередного вмешательства озабоченной женщины в свой внешний вид и внутреннее обустройство тела. Хорошо хоть посчастливилось предварительно согласовать конечный результат и отговорить ее подходить с подобными предложениями к Харлу, с которым я тоже проводил немало времени.

Вот его идея создания метамодели интегральной магии, совершенно не зависящей от личных матриц ауры, меня серьезно заинтересовала. Даже самые первые шаги в этом направлении внушали большой оптимизм. Разработанное совместными усилиями за пару месяцев принципиально новое плетение аурного насоса оказалось полностью универсальным и чрезвычайно эффективным. С такого насоса и начинается вся прочая интегральная магия. Однако новый насос оказался принципиально непригоден для стыковки с имеющимися разработками магических плетений — как по принципам управления, так и по совместимости выдаваемой энергии. Потому их тоже пришлось конструировать заново, благо основные ошибки, которые можно совершить на этом пути, были хорошо известны. И все равно каждая новая магема требовала минимум месяца времени только на одни расчеты, даже такие простые, как неуправляемый огненный шар и молния. Понимая, сколько потребуется времени на перевод основных магем на новые принципы построения, я серьезно озадачился созданием портативного вычислителя, своеобразного компьютера на магической основе. Кстати, Первомаг и сам некогда задумывался на эту тему, разработав набор плетений, серьезно помогавших в расчетах, но до идеи программного управления и универсального вычислителя так и не добрался. Первый работающий прототип мы создали только через полгода после начала работ, задействовав в качестве главного носителя информации великий Камень Крови, ибо ни один другой не мог вместить в себя необходимых для работы магем и данных, столь много их было. А в пару к нему пришелся самый крупный в моем запасе истинный алмаз в качестве процессора. В сравнении с рубинами алмазы отличались существенно большей скоростью протекания энергетических потоков внутри себя. И если для хранения магем и информации рубины подходили лучше, то обработку потребовалось выкладывать в более подходящий носитель. В качестве источника энергии, которой магическому процессору требовалось просто немереное количество из-за несовершенства применяемых плетений, пришлось пожертвовать великим Камнем Ауры, полученным из обычного благодаря касанию Богини. Изначально вычислитель работал крайне нестабильно, приходилось по несколько раз запускать один и тот же процесс пересчета, чтобы получить готовый результат, — так много возникало ошибок в его работе. Тут сильно помогло мое прошлое, непосредственно связанное с вычислительной техникой. Работы над совершенствованием магического вычислителя продолжались вплоть до нашего расставания, после чего осуществлялись мной уже в одиночку. Поначалу все осложнялось еще тем, что практически работать с магемами мог только Первомаг, для меня они были недоступны. Серия неприятных экспериментов наглядно показала все мои слабости. Те самые иммунитеты оказались классической палкой о двух концах.

— Вот посмотри, как действует твоя защита от огня. — Он показал мне записанную на кристалл проекцию энергетических полей при воздействии на меня потока огня. — Видишь, как происходит трансформация твоего духа через ауру и жизненную силу, формируя многослойный поверхностный барьер? В такой момент твой дух приобретает качества животного-симбионта, которое и подарило тебе эту защиту. Но это не твое личное качество, ты не управляешь им, оно действует само по себе в зависимости от внешних условий. Наблюдаемые тобой сбои в действии иммунитета обусловлены наличием сразу нескольких негативных факторов воздействия одновременно — тогда твой дух не знает, куда трансформироваться, и защита отказывает. И с этим ничего нельзя поделать, если оставить как есть. Больше того, с таким «засоренным» посторонними вкраплениями духом ты не сможешь выделять энергию из себя с помощью аурного насоса. Соответственно интегральная магия тебе будет недоступна.

— Значит, мне больше нет смысла продолжать расчеты и пользоваться только теми естественными способностями, которые уже приобрел? — Первомаг уже хорошо знал о моих возможностях, потому я говорил с ним открыто.

— Наоборот, — ухмыльнулся он. — Твои способности, конечно, впечатляют даже меня, но они же тебя и ограничивают. Тот же Император, как и ты, имел заемные иммунитеты практически от всего — и на этом успокоился, отказавшись от сложного пути постижения силы разумом. Чем это закончилось, ты уже хорошо знаешь. Если не хочешь повторить его путь с тем же результатом, тебе придется начинать путь сначала.

— Как? — Мне было ничего не понятно.

— У меня есть идея, как можно очистить твой дух от внешних вкраплений. — Первомаг почесал затылок, задумавшись. — Возможно даже частичное сохранение имеющейся у тебя защиты, — продолжил он после обдумывания своих мыслей. — Когда ты освоишь интегральную магию, тебе она все равно особо не пригодится, так как ты будешь использовать щиты силы.

— Все равно ничего не понимаю, — помотал я головой, прогоняя легкое наваждение, возникшее от такого «интересного» предложения.

— Смотри сам. — Харл вновь запустил трансляцию записи моего обследования. — Ты все равно не выдержишь удара, состоящего, к примеру, сразу из трех стихий, вот как здесь, только большей силы, — он выделил участок, где в меня уткнулось сразу три луча. — Даже две стихии одновременно имеют весьма хорошие шансы пробить твою защиту. Да, подобную магию практически не используют из-за ее сложности, но существуют боевые амулеты, созданные специально против таких, как ты, абсолютов. Император не просто так последнюю тысячу лет своей жизни практически не высовывал носа из своего дворца: он прекрасно знал о своей уязвимости. А тебя недруги достанут куда раньше, чем его, едва узнав о твоих талантах. Потому соглашайся, Вад, Первомаг тебе ничего плохого не посоветует… — широко улыбнулся он, глядя в мою сторону.

Я пару дней подумал и согласился. Выбора действительно не было. Без практики «интегральной магии» я не был способен видеть ее плетения, мог лишь чувствовать заключенную в них силу, чего было решительно недостаточно. Мои «естественные» способности, обретенные через души великих камней, можно было сравнить с обычным хорошим зрением там, где требовался микроскоп. Более того, без серьезного магического инструментария для тонкой работы дальнейшее развитие практически невозможно, я уже достиг практического предела по грубой силе. И имеющиеся иммунитеты теперь стоят стеной между мной и моим дальнейшим путем, не позволяя сделать шаг вперед. Но не все было так уж плохо…