Короткая память - Вера Александровна Колочкова

ней. Я же все время в больнице был, рядом с тобой… Домой приезжал для того только, чтобы душ принять и переодеться.

– Бедная Алиска, как она без меня… Совсем потерялась, наверное. Ты дай ей ключи от дома, пусть приезжает. Что она там, в своей коммуналке? Опять, наверное, с соседями переругалась. Ты знаешь, я вот о чем думаю… Надо нам ей квартиру купить. Хорошую однушку в приличном доме. Может, хоть свою личную жизнь устроит, что ли?

– Ну не знаю, где такой смельчак отыщется, Оль…

– Паш, перестань! Она хорошая, правда. Просто несчастная очень. Кто о ней еще позаботится, если не мы с тобой, скажи?

Павел снова хотел что-то возразить, но не успел. Дверь палаты открылась, вошел врач, встал у кровати Ольги, улыбнулся приветливо:

– Доброе утро, красавица! О, вижу, что тебе лучше… Глазки уже заблестели…

– Да, мне лучше. Капельницу можно убрать. Да я бы и встала уже…

– Ишь, какая шустрая! Лежи давай! Не командуй, в этом отделении я хозяин! А ты в своем хирургическом будешь командовать, когда на ноги встанешь, поняла?

– Да поняла, поняла… – вяло махнула ладонью Оля, улыбнувшись. – Иди давай, мне с мужем поговорить надо!

– Слушай, Оль… – вдруг серьезно заговорил врач. – Тут к тебе следователь пришел… Я пущу его, ладно? Я не хотел, но он настаивает…

– Следователь? Зачем следователь? Не понимаю…

– Да он сам тебе все объяснит, не волнуйся!

– Да, Оль… – быстро проговорил Павел, беря ее за руку. – Я не хотел тебе говорить, но приходится, что ж поделаешь. Нас всех уже допросили, так что…

– О чем допросили? Зачем?

– Сейчас все и узнаешь, а мы с Павлом выйдем пока. Идем… – мотнул головой врач, приглашая с собой Павла. – Только ты не нервничай, Оль, ладно? Я ему сказал, чтобы не больше пяти минут у тебя был.

Ольга смотрела на вошедшего в палату мужчину, удивлялась тихо – надо же, следователь… Зачем? И вовсе не похож он на следователя. Лицо невразумительное, глаза добрые, улыбчивые. И голос такой спокойный:

– Здравствуйте, Ольга! Меня зовут Иван Александрович Исаев, разрешите с вами немного поговорить? Как вы себя чувствуете, кстати?

– Да нормально я себя чувствую… Только пока вставать мне не разрешают. Но скоро уже встану… А зачем вы ко мне пришли? Что-то случилось такое, о чем я не знаю?

– Да, случилось. Исходя из материалов дела, которым я занимаюсь, на вас было совершено покушение. В бутылке, что стояла около вашего прикроватного столика, обнаружена синильная кислота. Вас кто-то пытался отравить, Ольга.

– Ах вот оно в чем дело… Значит, я все же отравилась, понятно… Но почему синильная кислота? Откуда? Нет, нет, ерунда какая-то… Не может быть…

– Это установленный факт, Ольга. Вы можете пояснить, как могла попасть в бутылку с водой синильная кислота?

– Да ничего я не могу пояснить! Я ж говорю, ерунда какая-то! Не может быть… Это ошибка, уверяю вас!

– К сожалению, это не ошибка. Вас действительно кто-то хотел отравить. Не сами же вы себе кислоту в бутылку налили? Вам очень повезло, что ваш муж проснулся и увидел, в каком вы находитесь состоянии. Он вовремя вызвал скорую. И повезло, что вас в больницу доставили быстро, что пробок в городе еще не было. Иначе все могло быть гораздо хуже. Вы же сами медик, должны понимать.

– Нет, нет, тут что-то не так, правда… Какая синильная кислота, откуда? Да вы спросите у врачей, наверняка у меня что-то другое, не отравление! Может, это всего лишь острый панкреатит… Да я и сама чувствовала, что поджелудка в последнее время капризничает, просто руки не доходили обследоваться! У врачей часто так бывает – сапожник без сапог…

– К сожалению, это не так, Ольга. На вас действительно было совершено покушение. Примите это как факт.

– Да какой факт… И кто мог это покушение совершить… Да просто некому, что вы! Не мог же кто-то посторонний проникнуть в дом! Да и откуда бы он взялся, интересно? У нас же камеры на входе есть…

– Да, я уже все просмотрел. Никто из посторонних не входил. В доме в это время находились ваш муж, ваша подруга и дочь вашего мужа. Как вы думаете, кто…

– Не надо, не договаривайте! Я сразу вам говорю – никто из них не мог! Никто, понимаете? Даже и предполагать что-то глупо! Нет, нет… И вообще, я устала, мне плохо… Позовите врача, пожалуйста! Я не буду больше отвечать на ваши вопросы, я вам не верю! Позовите врача! И мужа моего позовите!

Когда следователь ушел, Павел попытался хоть как-то успокоить Ольгу. Но она еще долго не могла прийти в себя, спрашивала возмущенно:

– Нет, как это можно вообще? Что он говорит такое? Ну согласись, полная же ерунда!

– Тихо, Оль, тихо… Конечно же, ерунда. Разберемся, Оль… Главное – ты жива, а все остальное, конечно же, ерунда… Все будет хорошо, Оль. Все будет хорошо. Тебе успокоительное дали, сейчас ты уснешь…

Когда Ольга уснула, Павел вышел в коридор, встал у окна. Подумал – черт бы побрал этого следователя! Не мог подождать, когда Оля на ноги встанет…

В кармане зазвонил телефон, и он очень удивился, когда увидел на дисплее имя дочери. Да неужели? Взяла и сама позвонила?

– Да, Нина… Как ты? Все хорошо? Скажи, тебя тоже к следователю вызывали, наверное?

– Нет, он сам к нам домой приходил… Но я не поэтому звоню, пап. Я хотела спросить, как там тетя Оля…

– Тетя Оля? Ты разве так ее называешь?

– А как надо?

– Да не знаю… Я думал, просто Оля…

– Я тоже не знаю, как ее называть. Я ведь вообще никак к ней не обращалась. Так само получалось. А ей уже лучше, пап?

– Да. Ей лучше. Она сейчас спит.

– А можно, я к ней приду? Прямо сегодня? Она долго спать будет?

– Не знаю… А ты лучше завтра приходи. Утром. Мне завтра как раз на работу надо утром заехать, и ты приходи… Она рада будет.

– Хорошо, пап. Договорились. Тогда пока?

– Пока, Ниночка. Спасибо, что позвонила.

Он сунул телефон в карман и тут же поймал себя на мысли – как странно… Впервые с дочерью говорил по телефону. И голос у нее был такой… Виноватый и очень подавленный. Надо было спросить, отчего у нее такой голос. Может, из-за того, что ей тоже пришлось идти на допрос к следователю? Да, надо было обо всем ее спросить. Как-то растерялся и не спросил… А перезванивать неудобно. Страшно спугнуть навязчивостью…

* * *

Нина вошла