Тайны Морлескина - Наталия Викторовна Шитова

отломанная ветка фиолетовой орхидеи. Нижние цветки были кое-где продырявлены кошачьими зубами.

Глава 21

Когда я проснулась, спальню заливало утреннее солнце.

Кресло, в котором Ольгер намеревался думать всю ночь, пустовало. А на соседнем, куда я бросила одежду, поверх саги лежала ветка орхидеи.

Я ещё повалялась в постели, но Ольгер не возвращался. А мне очень не помешало бы его присутствие, потому что без его невозмутимой помощи надеть самостоятельно я могла только брюки. Но время шло, а никто не приходил.

Смирившись с тем, что неприятности – моё второе имя, я встала, умылась и, собравшись с силами, занялась одеванием сама.

Худо-бедно завязать сагу у меня получилось только тогда, когда я отошла от зеркала и, зажмурившись, попыталась вспомнить, что я чувствовала, когда мне помогал Ольгер. Начинать с левого плеча… перекрутить… правое плечо… перекрутить… Результат оказался, конечно, так себе, но отдалённо напоминал то, как оно должно быть.

Сандалии мне дались легче, хотя мой вариант шнурования ремешков точно был уникальным.

Причесаться толком мне было нечем, поэтому я закрутила волосы в мягкий жгут, кое-как свернула его на затылке и закрепила веточкой орхидеи, благо её длина и гибкость прекрасно для этого подошли. Выглядело это всё неаккуратно, отовсюду выбивались тонкие прядки… Ну, извините, как смогла.

А когда я со всем этим закончила, в дверь деликатно постучали, и вошла Сильяна с глиняным стаканчиком на подносе.

Она с улыбкой произнесла короткую фразу.

Разумеется, это было «доброе утро» или «привет». Поэтому я попыталась фразу повторить. Сильяна одобрительно кивнула и ещё что-то сказала, протягивая мне поднос.

Я взяла его. Чёрное вино.

Что ж, видимо, от этого зелья пока никуда не деться. Я выпила его небольшими глотками, стараясь не обращать внимание на гадкий вкус.

После этого мы с Сильяной несколько минут молча стояли и с натянутыми улыбками смотрели друг на друга. Наконец, она встрепенулась:

– Ну, как?

– Подействовало.

– Хорошо, – кивнула Сильяна и протянула руку за пустым стаканом. – Давай сюда. Пойдём со мной, попробую тебя накормить. Хотя завтрак ты уже проспала.

Я послушно пошла за ней по коридору, который сейчас был освещён и напоминал тенистый полог очень густого леса: где-то под потолком сплетались ветки деревьев и то здесь, то там чирикали птички.

На этот раз мы шли недолго. Сильяна куда-то резко свернула, и мы вошли в небольшую светлую столовую.

Тут тоже из стен росли какие-то можжевельники, стулья вокруг деревянного некрашеного стола были сплетены из волокнистой коры. В углу на столике росла какая-то травка и вересковые кустики, а в них без всякой клетки сидел белый зайчишка, возможно, мой старый знакомый.

Сильяна вынула из шкафа, который, скорее всего, был холодильником, блюдо со стандартным набором для завтрака. Похоже, всё съедобное предлагалось заворачивать в тонкие лепёшки. Я вообще-то ничего никуда обычно не заворачиваю, но ковыряться в еде и что-то изобретать было лень, поэтому я порвала лепёшку пополам и завернула в неё кусочек ветчины.

Чашку мне Сильяна наполнила удивительно пахнущим кофе. В него точно добавили немало специй и, возможно, мятный ликёр.

– Это точно кофе, а не одно из зелий? – уточнила я на всякий случай.

– Это не совсем тот кофе, что у тебя дома, но это точно не вино, – улыбнулась Сильяна.

Я попробовала запивать хлеб с ветчиной, и это оказалось невероятно вкусно.

– А где Ольгер?

– Пошёл выяснять отношения с матерью, – пояснила Сильяна и безнадёжно отмахнулась. – С ним часто так бывало: заварит кашу и ждёт, что из этого получится. А когда выясняется, что получилось не очень, идёт разгребать последствия. Так и тут. Нет бы сначала предупредить княгиню Лайлу о своих намерениях, договориться, а потом уже…

– О чём можно договариваться с женщиной, которая своего пасынка в кота превратила? – проворчала я.

Сильяна резко обернулась ко мне.

– Повтори! – приказала она.

Я перепугалась. А ну как я сейчас ляпнула и нарушила какие-то планы Ольгера, и теперь всё будет ещё хуже?

Повторить я не успела.

– Значит, вчерашний беглец… – начала Сильяна.

– … это Дайра, – закончила я с опаской.

Красивые глаза Сильяны гневно сузились.

– Ольгер, мерзавец… Заклятье я сразу определила, а изначальный объект в таком состоянии никто не может разглядеть, даже я. Когда, интересно, Ольгер собирался мне обо всём сказать? Или вообще не собирался?

– Он сказал бы, обязательно! Ведь ты – единственная, кто может вернуть Дайру!..

– Я-то единственная, да, – согласилась Сильяна. – Но для меня совершенно не очевидно, что Ольгеру вообще нужна моя помощь. Раз он не рассказал всё сразу, он не хочет снимать заклятье.

– Этого не может