Багровый океан - Алеш Обровски

Хьюстон отметил, что Эдисон все это время внимательно слушал их разговор. Этот человек был ближе к Эткинсону, чем могло показаться на первый взгляд. Звание лейтенанта, скорее всего, было просто прикрытием. Оба они о чем-то напряженно думали. Конечно, к Паркеру просто так не подкопаться. С одной стороны, он спас положение, с другой, нарушил закон, продиктованный Федерацией для этой планеты.

Возможно, об этом сейчас и размышлял Джим со своим помощником, хотя трудно знать наверняка. Да и Хьюстона это никак не касалось. Месть, уготованная им для Гаррета, сейчас отошла на второй план, да и вообще перестала иметь значение. Еще одно задание и Хэнс будет свободен, либо мертв. Скоро все решится. И если решится в его пользу, то он просто оставит этот перемазанный зеленью мир и эту войну.

– Паркер должен понести ответственность за это, – пробормотал Эткинсон.

Но слова прозвучали так, словно сам он не верил в это. Вообще, здесь все так говорили. Неуверенность слышалась в голосе каждого. Как будто дело, за которое «боролся» Джим и его команда, не имело большой значимости, и любой был готов бросить все и пуститься в бега при первом же проявлении шума. Именно это и не давало Хэнсу покоя. Получалось, что Федерация скрывала собственную «подпольную» деятельность от самой себя. Неувязочка получалась. Какая-то мысль, очень короткая и простая, содержащая ответы на все вопросы, крутилась в его голове, но он не мог ее поймать.

– Что с заданием? – спросил Хьюстон, не в силах больше сомневаться и искать истину.

– Да, задание… – Эткинсон словно вышел из ступора. – Эхиры наступают. Мы почти потеряли Доле – крупнейший остров на нашем полушарии. Сейчас там идут ожесточенные бои. Есть информация, что второй флагманский корабль войдет в атмосферу именно там.

– Уничтожить «Гидору»?

– Да. Прострелишь реактор этому чудовищу и делу конец. Пользоваться «Годзиллой» ты умеешь. Напарника у тебя не будет, куда палить, ты знаешь. То, что заряд один и промахиваться нельзя, тоже в курсе.

– Мы не перегибаем палку? – засомневался Хьюстон.

– Перегибаем? – повысил голос Джим. – Лучше перегнуть, чем не догнуть. Я заставлю этих зажравшихся свиней ворочать своими толстыми задницами. Я сдеру с генералов по семь шкур за каждый потерянный корабль. Они должны испугаться. Испугаться, что проигрывают в этой войне. Испугаться, что понесут ответственность за это. Они должны забегать, засуетиться.

Джим шумно выдохнул.

– Конечно, я рискую, – продолжил тот. – Рискую всем и тобой в первую очередь. Но сейчас не время для раздумий и передышек. Иначе все напрасно. Ты сам-то как думаешь?

– Не хочу вникать во все это, – произнес Хьюстон с безразличием. – Равно как и не хочу участвовать потом в освобождении Гайгана. Не очень-то приятно разгребать собственное дерьмо. Меня не покидает мысль о том, что мы роем себе могилу.

– Мы все в таком положении, Хэнс.

– Нет не все, – отрезал он. – Я не в таком положении. И ты мне должен дать гарантию этого.

– Гарантию чего, – не понял Джим.

– Того, что я не вернусь на войну. Ты отпустишь меня и позволишь беспрепятственно убраться с этой планеты.

– Конечно, Хэнс. Ты это заслужил.

Джим настолько быстро и убедительно это произнес, что Хьюстон безусловно усомнился в его словах.

– Этого недостаточно, – сказал он.

– Слово офицера.

– Уже лучше, – Хьюстон сбавил обороты. – Но если я хоть на минуту засомневаюсь в этом, – тебе несдобровать. Ты знаешь, на что я способен.

– Разумеется, – согласился Эткинсон без всяких эмоций.

Хэнс взглянул на Эдисона. Тот, как ни в чем ни бывало, пялился в окно. Можно было упомянуть о Дарне и желании забрать ее с собой, но Хьюстон вовремя опомнился. Пусть лучше эти двое не знают об этом. Иначе у них появится сильный козырь против него.

– Что-то еще? – спросил Джим, давая понять, что разговор окончен.

– Да. Мне нужен, отдых до утра… и вытащите из меня передатчик.

– Но…

– Я не верю тебе, Джим, ты уж не обижайся. Если ты нашел меня, запеленговав сигнал, то, что тебе помешает нацелить на этот сигнал артиллерию?

– Ты ошибаешься во мне, Хэнс.

– Тем не менее, я настаиваю.

– Как же тогда держать связь?

– Никак. Подберете меня в месте высадки, после того как звездолет рухнет. Все. Я надеюсь на твою порядочность, Джим.

– Как пожелаешь. Я приготовлю оружие, – произнес Эткинсон, – и челнок.

– Мне трудно дышать, – Хьюстон попытался просунуть большие пальцы рук под повязку. – Черт…

– Так надо, Хэнс, – сказала Дарна, одергивая его. – Дыши неполной грудью.

– Но мне не хватает воздуха.

– Ты ведешь себя как ребенок, – вздохнула она. – Можешь снять бинт, но когда сломанное ребро воткнется тебе в легкое, на бегу…

– Я понял, можешь не продолжать. Просто… – он расстегнул верхнюю пуговку на ее халате, – я выступаю завтра. Может, завтра и забинтуешь.

– Еще чего не хватало, – возмутилась она. – Не терпится помереть? Ради бога. Только не на мне, и не на моих глазах.

– Вот и вся любовь, – выдохнул Хэнс, пытаясь обнять Дарну, но она вывернулась из его объятий.

– Никто не говорил о любви, если ты не помнишь.

– Но ты же скучала по мне, переживала…

– А ты?

– Я? Я только и думал о тебе, – произнес Хьюстон с пафосом. – Вспоминал твои прекрасные черты, влажные губы, набухшие…

– Перестань, – поморщилась она. – Твоя ирония сейчас неуместна.

Хьюстон замолчал. Он переживал на самом деле, думая, как отреагирует она на его предложение покинуть эту планету. Предложение, которое он так и не озвучил. Хэнс боялся ее отказа. Он непременно завалит задание, если она скажет «нет», ведь тогда весь смысл его борьбы пропадет, но отправляться в бой, так и не узнав ответа, он тоже не мог.

– Ты никогда не думала о том, чтобы вернуться на Землю? – решился он, наконец. – Завести семью, детей?

Хэнс, – сказала она тихо, – Джим не отпустит нас. Я знаю. Я знаю, что ты выполняешь его приказы и не совсем чистую работу. Он уничтожит тебя, когда ты станешь ему не нужен. Если не сам, то прикажет кому-нибудь, Эдисону, например. Или просто сдаст тебя военным, а уж они-то с радостью расправятся с тобой. Кто знает, может оно случится уже в этот раз.

– Нет, Дарна. Я все предусмотрел.

Она села на кушетку, в ее глазах были слезы. Он поцеловал ее нежно.

– Хэнс. Обещай мне, что вернешься.

– Мы выберемся. Я вытащу тебя из этого мира.

– Обещай мне, Хэнс.

– Обещаю.

– Давай, Хьюстон.

Джим хлопнул его по плечу, как бы подталкивая к челноку.

– «Гидора» вошел в атмосферу над Доле.

– Откуда у тебя такая информация, Джим, – спросил Хэнс, забрасывая «Годзиллу» в челнок, который уже почти оторвался от палубы, готовясь взлететь.

– Забыл, кто я? – крикнул Эткинсон.

Двигатели транспорта недовольно ревели. Жар, выбрасываемый с реактивной струей, отражался от взлетной площадки и делал любую задержку просто невыносимой.

– Всему есть предел. Всякой власти, – ответил Хэнс. Джим лишь усмехнулся на это.

– Отчаливай. Нужно торопиться, пока там не стало слишком жарко. Подберись как можно ближе к цели. Права на ошибку у тебя нет. Помни об этом.

Он задвинул борт и, махнув пилоту, отошел на безопасное расстояние, инстинктивно пригибаясь.

Челнок, обдав огнем из сопел взлетную площадку, быстро пошел в облака.

– Что скажешь? – спросил Эдисон, когда шум двигателей стих. Эткинсон пожал плечами.

– Пока все идет по плану. Мы выступим, когда «Гидора» будет повержен.

– С ним не будет проблем? – спросил лейтенант, имея в виду Хэнса. – Как-то он ведет себя… Слишком осторожно что ли. Что будет, если он не вернется?

– В смысле сбежит? – Да.

Джим повернулся, чтобы идти, и заметил Дарну. Она стояла на верхней палубе и провожала транспорт взглядом.

– Он вернется, – проговорил Эткинсон тихо. – Можешь не сомневаться.

Остров Доле. Самый крупный в одноименном архипелаге. Сердце федеральных сил. Здесь сосредоточены все, если не важнейшие, то одни из самых важных индустриальных и военных узлов.

Несколько шахт по добыче металла с плавильнями, литейными и прокатными цехами. Крупнейший космопорт с ремонтной верфью. Электростанции и фабрика клонирования, куда же без нее. О бесчисленном количестве складов, казарм, контор и прочей мелочи можно даже не упоминать.

Сейчас Доле был охвачен огнем. Эхирское Сообщество стягивало сюда все силы, не жалея ресурсов. Война шла на суше, в воздухе и в космосе. Флот бледнокожих отвоевывал сектор орбиты над островом, чтобы нанести решающий удар. На Доле то и дело падал какой-нибудь сбитый звездолет, неся с собой смерть и разрушения. Бесконечные обломки из космоса периодически прошивали атмосферу, заставляя солдат втягивать головы в плечи и держаться ближе к укрытиям.

Эхирский десант раз от разу высаживался на побережье с северной стороны и теснил земные войска ближе к центру острова. Вместе с пехотой бледнокожие выгружали из челноков всевозможные клетки, бочки и прочие емкости, содержимое которых представляло еще большую опасность, нежели сами эхиры. Казалось, Сообщество собрало здесь все зверье, от которого, правда, было немного толку. Твари шарахались в стороны от каждого упавшего «метеорита», независимо от его размеров, и вносили полную сумятицу в без того сумбурные и плохо спланированные атаки.