Эвермит: Остров Эльфов (ЛП) - Каннингем Элейн

Последней ее мыслью перед тем, как тьма поглотила ее, было то, что она выбрала чертовски удачный мир, чтобы оказаться на нем.

* * * * *

Следующее, что узнала Капитан Мариона Лиственная Куща, был мягкий, тягучий звук эльфийских голосов, возносящихся в песне. В музыке чувствовалась целительная сила, которая, казалось, вытягивала боль из ее головы и ноющую вялость из конечностей.

С опаской Мариона открыла глаза. Ей было тепло и сухо, она была одета в шелковый халат и лежала на кровати, которая, если судить по тому, что было рядом с ней, парила над полом в едва заметном волнообразном движении.

"Капитан Лиственная Куща".

Мариона знала этот голос. С болью она повернула голову и посмотрела в улыбающееся лицо молодого золотого эльфа. Ей было не настолько плохо, чтобы не обратить внимания на то, что он, вероятно, был самым красивым эльфом, которого она когда-либо видела. Тем не менее, у нее на уме были более важные дела.

"Шлем...", - начала она.

"Не беспокойся", - сказал Вури Дуротиль. "Морские эльфы уже нашли большинство частей. Со временем мы восстановим его".

"Этого нельзя сделать. У вас нет технологии", - сказала она голосом, притупленным отчаянием.

"Мне кажется, что ты уже говорила нечто подобное", - ответил эльф с легким юмором. "И все же ты здесь".

Мариона пожала плечами в подобии недоумения. "Согласна, твоя магия впечатляет. Возможно, мы сможем кое-чему научиться друг у друга".

"На это я и надеюсь". Вури сделав паузу, взглянул на эльфов, которые стояли у ее кровати. Они незаметно растворились в воздухе. Когда они с Марионой остались одни, он сказал: "Ты хочешь покинуть этот мир. Ты говорила об этом неоднократно в те дни, когда лежала в целительном покое".

"Дни?" - недоверчиво спросила она.

"Даже так. Большинство членов вашего экипажа уже на ногах. К сожалению, я должен сообщить вам, что один эльф погиб во время высадки".

"Пассилоррис", - сказала она сразу, без малейшего сомнения. "Я не была уверена, что он выживет, несмотря на легкость приземления". Она бросила свирепый взгляд на мага, словно осмеливаясь обвинить рулевого в слабости. "Он был героем. Без его усилий все бы погибли!"

"Он прошел путь героя, - заверил ее Вури, - и занял почетное место в истории Эвермита. Я глубоко сожалею о потере. Я бы многое хотел узнать от него о магии звездных путешествий".

Мариона фыркнула. Они с Пассилоррисом не так давно были любовниками, поэтому она полагала, что ей не нужно сочувствовать Вури Дуротилу в связи с потерей потенциального учителя.

Она сглотнула неожиданный комок в горле и окинула комнату пытливым взглядом. Это была большая, идеально круглая комната со стенами, которые, казалось, были сделаны из одного камня. Большие арочные окна выходили на сверкающее море.

"Где я, черт возьми, нахожусь?" - спросила она.

"Это остров, известный как Сумбрар. Этот дом - мой, а эльфы, которые лечили тебя песней-заклинанием, входят в мой Круг. Однако магия, связавшаяся с твоим кораблем, была полностью моей собственной". Он сделал паузу. "Возможно, будет лучше, если этот факт не покинет Сумбрар, по крайней мере, на время".

"Почему?"

Вури достал скипетр из складок своей мантии и показал его ей. "Вот уже много лет я храню магическую силу в этом устройстве. Я израсходовал большую часть ее силы, чтобы доставить тебя в Эвермит".

"И что?"

Эльф колебался, его зеленые глаза изучали ее лицо, словно оценивая ее. "Мои коллеги по магии не знают об этом устройстве. Они понятия не имеют, что я могу творить столь мощную магию в одиночку. Я бы не хотел, чтобы они узнали об этом раньше, чем я смогу восстановить Накопитель до прежнего уровня".

Усмешка Марионы была начисто лишена юмора. "Не дай боги, чтобы старейшины отобрали у тебя игрушку. Кстати, сколько тебе лет? Девяносто? Сто?"

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

"Я видел более двухсот весен", - с достоинством сказал эльф. "И уверяю тебя, твое молчание так же полезно для тебя, как и для меня".

Капитан осторожно кивнула. Она не была дурой и знала, что любой эльф, владеющий такой магией, какой владел этот, - это сила, с которой нужно считаться. Если у Вури Дуротила есть к ней предложение, она, по крайней мере, выслушает его.

"Каждый эльф на этом острове видел, как ваш корабль упал с неба. У них будут вопросы. Расскажи им все, что хочешь, но не упоминай о моей роли в этом деле. По крайней мере, пока".

Глаза звездного странника подозрительно сузились. "Что ты собираешься делать? Ты же не планируешь нападение на главный остров? Потому что если да, то можешь считать, что меня уже нет. Я никогда не сражалась с эльфами, и не собираюсь".

"И не будешь".

Слабый шорох у открытой двери привлек внимание Вури. Он поспешно спрятал Накопитель с глаз долой и с плохо скрываемым нетерпением посмотрел на молодую женщину, прижавшуюся к дверной перемычке. "В чем дело, Эстер?"

"Есть сообщение из Аривандаара, лорд Дуротиль", - сказала она. "Ты нужен в Круге".

Вури нахмурился. "Игринн может действовать как Центр вместо меня. Принеси мне весточку, если сообщение срочное".

Эльфийка поклонилась и поспешила из комнаты.

"Аривандаар", - сказала Мариона с вопросом в голосе.

"Великое и древнее королевство, находящееся в нескольких днях пути по морю от этого острова", - пояснил он. "Многие из наших предков пришли из этих земель".

"Расскажи мне", - попросила она. Ее веки начали тяжелеть, и в данный момент она была рада успокаивающему, мелодичному звучанию голоса молодого эльфа. Она расслабленно откинулась на подушки, пока Вури рассказывал истории о чудесах и войнах, о стране, прекрасной и опасной, как ни одна из тех, что она видела или представляла. Пока он говорил, она снова погрузилась в сон, погрузилась в редкое для ее беспокойного духа состояние довольства и была уверена, что сны, которые ее ждут, будут приятными.

Внезапный, ужасный взрыв вырвал Мариону из ее комфортного состояния. Она сидела прямо, ошеломленная силой, которая совершенно не уступала разрушению корпуса "Зеленого монарха". Как ни странно, никаких следов разрушения не было. Роскошная обстановка комнаты была нетронута, пение птиц за окнами не прекращалось. Не было ни звуков битвы, ни запаха дыма или смерти. Только на лице Вури Дуротила было написано разрушение; лицо молодого мага было бледным, как пергамент, и искажено безымянной мукой.

"Что это было, девять чертей?" потребовала Мариона.

Прежде чем Вури успел ответить, в комнату вбежал эльфийский воин, его льняные волосы беспорядочно развевались, а черные глаза были дикими. "Вури, Круг разрушен! Все эльфы, бросившие Высших Магов, исчезли! Полностью исчезли. Я бы не поверил, если бы не был в заклинательной комнате и не видел это своими глазами!"

"Ты слышал послание от Аривандаара?" сухим шепотом спросил Вури.

"Слышал", - мрачно ответил воин. "Это был призыв о помощи из башни в Шарларионе - они хотели, чтобы мы немедленно послали воинов и магов через Врата. Затем последовал взрыв, который едва не свел меня с ума, а потом - ничего. Буквально ничего. Я был единственным эльфом, оставшимся в зале. Что это значит?"

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вури резко отвернулся от ошеломленного и бормочущего эльфа и подошел к окну. Долгое время он молчал, глядя на воду в сторону Эвермита глазами, в которых уже который раз не было видно красоты его родины. Красота, которая сейчас была тем более пикантной, что события этого дня придали эльфийскому острову еще большее значение.