Секреты внешников (СИ) - Куликов Даниил

Виктор слушал.

— В этом случае болезнь не развивается. — продолжил майор. — Но и не исчезает. Поэтому жить придется в изоляции, в специальных помещениях, или во внешних не герметизированных помещениях экспедиционного корпуса. И ещё — выход из Улья в этом случае невозможен.

Виктор почувствовал, как участилось сердцебиение. Вот почему столько человек не вернулись из Улья.

— А как протекает болезнь? — спросил он

— Просто. — ответил майор. — боль животе, голове, слабость, тошнота, а потом человек теряет рассудок и становится прямоходячим животным и пытается сожрать всех кто рядом. Если успел сожрать белую жемчужину, или оказался из группы способной пережить болезнь, то остаётся в рассудке, но умирает от вышеперечисленных симптомов.

Виктор почувствовал липкий страх. Перед глазами возник один символ. Биологическая инфекция.

— Если все понятно, то распишитесь здесь. Тут все тоже самое, но длиннее и казённым языком. — майор протянул ему бумагу. — После росписи будет перелет к Лифту, вы покинетке нашу страну и окажетесь в Улье.

Виктор сглотнул.

Дальше был перелет в самолёте с группой других наемных рабочих и военных. Перелет занял шесть часов и к военчасти совмещённой с экспедиционным корпусом S-Т-I-К-Sa прибыть получилось лишь в темноте.

— Проснись. — толкнул его сосед представившийся Вовой. — Мы прилетели. Дальше прослушает ещё один инструктаж, и дальше лифт доставит тебя в Улей.

Снова инструктаж. У Грина возникла мысль, что всё, что он узнал до этого — лишь верхушка айсберга.

После всего грузовик доставил их к какому-то огромному подобию электростанции похожему на огромный бублик. В ночи было темно, но свет прожекторов давал понять, что это явно энергетическая станция диаметром несколько километров.

— Добро пожаловать на Бублик. — хлопнул его по плечу Вова. — Хотя кто-то говорит Нолик. Ещё полчаса и мы доберёмся до его центра, а оттуда отправимся прямиком в Улей.

А в центре что? — не удержался Виктор. — Портал?

— Ахаха! — зашелся в хохоте Вова. — Ты что, сказок начитался? Порталы, путешествия во времени это все полный бред. У нас все по науке… Нет, не портал… Тоже скажешь… Ещё бы сказал к эльфам с орками…

Отсмеявшись Вова ещё добавил:

— Ну отжег… Как погрузимся в капсуле распакуй химскафандр. Сигнал будет его одеть и дыхалку включить.

В "лифт", который он заполз уже сонным вместилось всего пятьдесят человек, остальное место заняли полезные грузы. Честно говоря, на лифт это походило меньше всего.

«На лифт это не похоже». — подумал Виктор и отключился мельком глянув на помещение, которое было похоже на дорогую футуристическую больницу с хромом, никелем, капсульными спальнями, и кучей электроники.

Глава 52. Машина

Грин пришёл в себя в каком-то сарае, сидя у стены и глядя в одну точку. Так вот значит как всё было? Вот так он и спустился в Улей. Иуда продал Иисуса за тридцать сребреников, а он продал род людской за сто тысяч в месяц. И даже подписал контракт…

Рита говорила что он не смог резать людей. Вот только правду ли она сказала? Слишком противоречивая и эмоциональная девушка, которая запуталась в себе могла и солгать ему. По тем же причинам, по которым передумала мстить ему. Грин вспомнил Риту и на его душе снова заскребли кошки. В том безумии наполненным дурманом маркиз де Сад правильно сказал — Грин не далеко ушёл от него. Грин безумно ухмыльнулся — теперь он не просто предатель — он дважды предатель. Или трижды? Предал людей устроившись работать в S-T-I-K-S, а потом предал и S-T-I-K-S, став дизертиром, а потом предал Нину, которая о нём заботилась позволив ей умереть, Гробовщика и Роя, когда сбежал из стаба помочь ей, и тех, кто помог сбежать ему от внешников, просто не оставшись с ними, а сделав как они говорят.

Грин откинулся на стену и захохотал ненормальным безумным смехом. Куда там Иуде! Тот хотя бы одно предательство совершил! Хотя нет, Иуда всё же по своей подлости будет на первом месте. Но серебряное место получает Грин.

Грин вдруг резко оборвал смех — обрубок руки выстрелил болью. Смех сменился кашлем. Грин хихикнул ещё пару раз и замолчал — не нужно было привлекать внимания хищников. Вяло достав компас он глянул направление. Нужно всё-таки дойти. Не зря ведь для этого погибло столько человек. Усилием воли Грин заставил себя встать и выйти на улицу. Он снова тихо засмеялся — хищники ему не грозили — рядом стоял мощный джип-кросовер обвешанный металлом, а рядом валялся мёртвый кусач. Ударом бампера его отбросило прямо на криво торчащие куски арматуры из асфальта. Затылок пробило сразу мгновенно убив. Мелкие твари не должны были прийти сюда из-за его запаха.

Грин глянул на гиганта и прекратил смеяться. Он смутно помнил как добрался сюда. Смутно помнил как открыл гараж, стал бессмысленно разглядывать его содержимое, а потом завёл автомобиль и поехал. И совсем смутно помнил какую-то мелькнувшую тень. Как он сбил кусача он не помнил. Как вышел из автомобиля не помнил. Как забрался в сарай и зачем, тоже не помнил. Просто чудо, что до сих пор он не умер. Грин подошёл к трупу кусача и попробовал поковыряться у того в затылке. Бесполезно — а арматурой всё сдавило в кашу и протолкнуло внутрь головы, что-то частично выпало на асфальт вместе с серым веществом. Буднично пожав плечами Грин подошёл к автомобилю и только потом вспомнил, что не помнит, где ключи. Похлопав себя по карманам не нашёл их.

Подошёл к машине. Дверь была открыта. Ключи нашлись тут же — в замке зажигания. Не поворачивались. Аккумулятор ещё не сел, но бак был пуст. Автомобиль так и стоял с работающим двигателем, пока не сжёг весь бензин, а Грин был всё это время в прострации. Грин поймал себя на том, что стоит и смотрит на автомобиль уже несколько минут. Выйдя из ступора он начал в первую очередь сверился с компасом, а потом бездумно и механически начал обшаривать машину. Бардачок подарил флягу полную живца. Под сидениями нашлась ракетница и пара зарядов. Грин отпер багажник. Багажник порадовал полиэтиленовым пакетом с едой, бутылкой водки. Ещё один непрозрачный пакет. Открыв его Грин рефлекторно сунул туда руки и тут же отдёрнул — руки были в крови и сукровице. Грин трясущимися руками уронил пакет, который глухо шлёпнулся на землю. Из лопнувшего пакета потекла кровь. Пакет был полон человеческих внутренностей.

Грин как ошалелый размахивал руками пытаясь стряхнуть кровь и ту липкую субстанцию, которая выделяется при разделке мяса. Затем как безумный стал вытирать руки о чехлы в машине, тут же выбросил их наружу и упав на колени стал расцарапывать один руками пытаясь очистить их. Через несколько минут он понял что катается по земле. А ещё через несколько минут подумал — как его руки могут быть в крови? У него теперь только одна рука. Зачем же он сунул обе руки в пакет? Грин не смог ответить на этот вопрос и снова захохотал.

Через пять минут Грин оттирал оставшуюся кисть и культю водкой. Водкой он же и умылся, и чуть подумав выпил всё той же водки, которая показалась ему совершенно безвкусной.

Водка скользнула в горло и обожгла его, а после жарким пламенем ухнула в желудок. Грин вскочил и побежал прочь от ненавистной машины. Прочь от крови, прочь от убийств, прочь от всей этой дряни.

Сначала он бежал быстро, не экономя сил, до боли в боку и потемнения в глазах. Потом пришлось сделать паузу и бежать экономично — трусцой, не тратя попусту силы, и ритмично двигая руками и ногами. Потом и вовсе перешёл на шаг, а потом медленно побрёл. Грин постоянно сверялся с компасом, чтобы не сбиться с пути. Главное теперь было успеть, добежать, доползти, но успеть. Сделав паузу он съел глазированный сырок и запил его живцом. Физическая нагрузка занимала много сил.

«А хватит ли живца, чтобы дойти?» — подумал он. — «И куда делись все переродки?»

Сев и поразмыслив он пришёл к выводу, что все заражённый должны были стянуться на ту канонаду, которая случилась у экспедиционного куорпуса внешников.