Тёмный принц - Даниэль Зеа Рэй

в корпорации скандал, пригрозив общественным разоблачением. Дуон принял решение по-тихому избавиться от неугодной сотрудницы и нанял убийц. Я спас Одинеллу и передал собранные ей доказательства в управление безопасности. А Одинелла сделала так, что о грязных делишках корпорации узнала общественность. Нашлось множество правозащитников, которым милых «первобытных зверушек» стало жаль. Дуона обвинили в нарушении протоколов создания новых миров и назначили такие штрафы, что корпорация едва не обанкротилась. Доказать его причастность к покушению на убийство Одинеллы мы не смогли, и Дуон остался на свободе. Одинелла уволилась из корпорации, а я как агент разведки был рассекречен. Ваш проект, естественно, закрыли. И все постарались об этом мире забыть. Вычеркнуть неприятный опыт из памяти и продолжать делать деньги на создании других новых миров.

– И какие опыты на нас проводила корпорация? – спросила Теми.

– Воздействовала на ваши тела маной из открытых месторождений, – пояснил Дхар. – Вы к такому не были приспособлены. Корпорация отбирала выживших и создавала на основе их биоматериала новые тела. И снова воздействовала на них маной. Из обычных людей они пытались создать повелителей силы, – он указал на Ордериона. – В итоге им это удалось, – бог уронил руку. – Но цена открытия исчислялась миллионами жизней.

– Так наш мир по-прежнему принадлежит корпорации «Дуон»? – не поняла Теми.

– Нет, – покачал головой Луар. – Мы свободны. А то, что творит здесь владелец корпорации «Дуон», – незаконно! И ты, – он указал на Дхара, – как руководитель управления безопасности обязан остановить корпорацию и призвать ее к ответу!

– Проблемы вашего мира – это ваши проблемы. Меня заботит только жизнь жены и то, что ваш мир грозит уничтожить сотни других, включая мой! – рявкнул Дхар.

– То есть на самом деле мы Дуону не принадлежим? – уточнила Рубин.

– «Дуон» лишили права собственности на основе нарушения законов о проведении экспериментов, – терпеливо пояснил Дхар. – Ваш мир попал под протоколы защиты разумных форм жизни. Однако когда шесть недель назад границы моего мира внезапно стали разрушаться, а поиски причин привели нас к тому, что во всем виноват ваш мир и его обитатели, управление безопасности приняло решение об уничтожении мира и существ, которые угрожают существованию более сотни миров! – он повысил тон, и остальные невольно схватились за уши.

– Но ты подозреваешь, что имел место хитрый план, – расплылся в улыбке Луар. – И похоже, что не мы своими действиями нарушили границы миров.

Дхар отвернулся от Луара.

– Подозреваю. Но чтобы разобраться с Дуоном, мне нужны доказательства его преступных действий по отношению к моему миру, – он вновь посмотрел на Луара. – А их пока нет. Одни теории.

– Так, может, жена и призвала тебя сюда, чтобы ты разжился доказательствами? – засмеялся Луар. – Конечно, уничтожить всех нас, не разбираясь, проще, чем обнаружить в собственном глазу бревно!

– Моя жена, рискуя собой, отправилась сюда решать ваши проблемы, – Дхар склонился над Луаром. – Ее коллеги, заботясь о сохранности жизней разных видов существ, путешествуют по мирам и сворачивают воронки, что создаются ежечасно. А ты, вместо того чтобы целовать руки тем, кто прикрывает тебе задницу, строишь из себя независимого властителя богатых земель. Один щелчок, король, – Дхар щелкнул пальцами, – и вашего мира нет. Так что закрой свой рот, пока я тебе гортань не сломал.

– Так взрыв месторождений маны поможет устранить проблему нарушения границ миров? – спросил Ордерион.

– Я в этом уже не уверен, – покачал головой Дхар. – Нужно найти ваши оригиналы трактатов и заглянуть в них. Дуон не просто так скопировал Янтарного Сокола. Он не из его генетической линии, следовательно, Дуона интересовали воспоминания именно Верховного повелителя силы. Кто проводит меня к трактатам? – Дхар обернулся к Теми и Грониделу.

– Внутренний голос подсказывает, что тебе их лучше не показывать, – Гронидел сложил руки на груди.

– Ты жить хочешь? – спросил его Дхар.

– Хочу, но не пресмыкаясь перед лжебогами.

– Не время проявлять сложный характер, Серебряное Зеркало, – предупредил его Дхар.

Теми согласно кивнула Грониделу, и тот тяжело вздохнул.

Серебряное Зеркало вышел к мраморному белоснежному алтарю, который теперь ассоциировался со стоящим перед статуями гробом. Зодчие знатно потрудились над его созданием, выбив в мраморе цветы и листья, что оплетали основание постамента и тянулись вверх, к свету своих богов. Искусная работа мастеров, которой когда-то восхищались все обитатели замка, больше трепета не внушала. Наоборот, возникло чувство, что этот постамент заслуживает только разрушения, а не преклонения.

Гронидел прижал ладони к гладкой алтарной плите и напрягся всем телом. Секретные юни вспыхнули красным на его кистях, а плита под руками засветилась. Все услышали щелчок замков. Алтарь медленно отъехал в сторону и открыл лестницу, ведущую вниз.

Гронидел застыл перед ней, глядя на распластанное на ступеньках тело Верховного повелителя силы. Подошел к нему и, склонившись, закрыл Янтарному Соколу веки, в груди которого осталась зиять огромная оплавленная дыра.

Галлахер и Хорн подхватили Луара под руки и повели следом за всеми. Ордерион поравнялся с Рубин и сжал ее кисть.

– Мои сестры… – прошептала она.

– Мы их найдем, – пообещал Ордерион. – И вернем живыми, где бы они ни оказались.

Глава 14

Рубин

Смотреть на мертвого Янтарного Сокола было жутко, и Рубин отвернулась, сильнее сжимая руку Ордериона. Гронидел шел впереди, за ним следовали Теми и Дхар.

Оказавшись внизу, они попали в коридор, облицованный белым мрамором и хорошо освещенный лампами. Гронидел остановился у одной из деревянных дверей и открыл ее.

Там был круглый белый зал с постаментом в центре. Гронидел вступил на него, и столб света осветил его тело.

– Это же наш сканер! – не поверил глазам Дхар.

– Я не знаю, что такое «сканер», – ответил Гронидел. – Но знания открываются только тем, у кого есть «искра». – Он провел рукой по воздуху и на белых стенах вокруг зажглись голубые окна с текстом. – Открыть трактат «О мирах и времени», – приказал Гронидел.

– Загружаю данные, – ответил приятный женский голос.

– Твою мать! – закричал Дхар. – Твою ж мать!!! – сотрясался он, сжимая стальные руки и ходя кругами вокруг Гронидела.

– Эта штука не из нашего мира, – сделал вывод Ордерион. – Ее быть здесь не должно, ведь так?

– Не должно, – отрицательно покачал головой Дхар. – Это компьютер. Искусственный разум. Ваши импланты, которые вы называете «искрами», способны вступать с ним в контакт и обмениваться информацией.

– И ты, скопировав мои воспоминания, сразу догадался, что в нашем мире есть то, чего быть не должно, – закивал Ордерион. – «Искр» хранителей знаний в нем быть не должно.

– Как и знаний о пространственно-временных теориях, – Дхар указал на стену, где в окнах были изображены странные символы и рисунки.

– Мы называем это «божественный свет», – развел