Маленький кусочек рая - Тревор А. Уильямс

внешности, какая-нибудь актриса или манекенщица; один ее воздыхатель был торговцем автомобилями, а другой – продуктами из свинины.

В течение вечера Софи пришла в голову любопытная мысль: ведь всех этих людей можно использовать в качестве персонажей ее романа. И вот торговец автомобилями и поставщик ветчины, колбасы и сосисок в ее воображении превратились в двух рыцарей, соперничающих между собой за обладание рукой и сердцем одной, а то и обеих принцесс, героинь будущей книги. Фернандо-юрист преобразился в придворного камергера, а бородатый Фернандо-врач в придворного аптекаря. А Хуан у нее будет, конечно, королевским чемпионом[22], которого в этой стране все боялись за его силу, подвиги и искусное владение оружием. Она вошла во вкус и стала думать, что можно сделать с Лолитой: может быть, стоит слепить из нее одну из принцесс, а потом превратить в женщину-людоеда? Когда пришло время идти с Дживсом на вечернюю прогулку, она не только перезнакомилась со всеми, но могла совершенно искренне заявить, что общение с ними доставило ей истинное удовольствие.

На следующий день было пятнадцатое августа, праздник Феррагосто, и Софи вспомнила слова парикмахера Ромео: на берегу должна состояться грандиозная вечеринка. Она заглянула на местный сайт Санта-Риты и увидела, что весь день в городе будут проводиться самые разные мероприятия: для детишек, например, конкурс по раскраске лица, потом еще парусные гонки и соревнования по виндсерфингу и так далее. Она подумала и решила, что лучше всего поехать туда вечерком. Днем они отдыхали главным образом возле бассейна, а в шесть вечера отправились. В последнюю минуту Софи решила Дживса на целый вечер дома одного не оставлять, поэтому села в собственную машину. Если мероприятие будет противопоказано для собак, всегда можно будет взять Дживса и уехать домой раньше других.

Главная проблема – негде было приткнуть машину; пришлось оставить ее на окраине города и до пляжа минут пятнадцать топать пешком. Чем ближе Софи подходила, тем громче слышался шум, и она еще раз мысленно поблагодарила дядюшку за то, что он купил себе дом подальше от всего этого. Ясно было, что живущие в домах первых трех или четырех рядов вдоль берега нынче ночью вряд ли уснут.

На берегу оказалось очень весело, всюду продавали хот-доги и бургеры, жарили на раскаленных углях мясо, было полно детей, которые вечно что-нибудь роняли, так что Дживс наелся от пуза, и Софи боялась, как бы ему не поплохело, поскольку еда, что ему доставалась, была в песке. Но скоро Софи успокоилась, понадеявшись, что пищеварительная система собаки справится с этим вызовом. Они пили холодное пиво из картонных стаканчиков, танцевали на песке, как и обещал Ромео-парикмахер, по очереди приглядывая за Дживсом, которому, вообще-то, находиться на пляже было не положено. Танцы на пляже – совсем не то, что на паркете, когда топчешься босиком по рыхлому песку, испытываешь совершенно другие ощущения, да и трудиться приходится. Протанцевав со всеми своими испанцами по очереди, а потом еще и с самим Ромео, Софи прилично устала. Парикмахер вырядился в костюм, сшитый из тонких золотых пластинок, под расстегнутым пиджаком была надета черная рубашка, на которой красовался толстый медальон, который, как ей казалось, давно, еще в восьмидесятые годы, вышел из моды. Ему, наверное, было страшно жарко, но бедняга не снимал своего наряда, и столь преданное отношение к стилю растрогало Софи, даже несмотря на то, что вкуса его в одежде она не разделяла. Сославшись наконец на страшную усталость, она нашла пристанище на скамейке променада и уже оттуда наблюдала за происходящим вместе со своим столь же усталым, распростершимся у ее ног псом. Оркестр был на высоте, музыка тоже, хотя и несколько громковата, да и исполняемые музыкальные композиции вряд ли попали бы в британские плейлисты. Тем не менее публика, от детишек до пенсионеров, веселилась от души.

Софи сидела на скамейке, попивала себе из бутылки водичку, как вдруг кто-то похлопал ее по плечу. Она повернулась, увидела Дэна и заулыбалась.

– Извини, я очень устала, ноги не держат. Если хочешь меня поцеловать, сам садись.

Он наклонился, поцеловал ее в обе щеки и только потом сел рядом; лабрадор тоже принял сидячее положение и положил ему голову на голые колени. Он погладил пса и заглянул Софи в глаза.

– Ну что, натанцевалась? – спросил он.

– У меня такое чувство, будто я протанцевала со всем пляжем. Со всеми подряд и без перерыва. Надо будет познакомить тебя с испанскими друзьями Рэйчел, они приехали к нам погостить. Энергия у них бьет через край.

– А как вообще дела?

– Прекрасно… сначала я очень боялась их приезда, но они оказались неплохие ребята. А как ты? С кем-нибудь танцевал?

– Нет еще, но с тобой с удовольствием станцевал бы, если ты не против.

– Дай отдохну хотя бы еще минут пять, хорошо? А потом надо будет кого-то найти, чтобы присмотрел за Дживсом. А то он тоже пустится в пляс, и тут уж нам точно не поздоровится.

Она поймала его взгляд.

– Ну как, позвонил своей Дженнифер? Признался в своих чувствах?

Он грустно покачал головой.

– Я так и знала, что струсишь, – не удержавшись, усмехнулась она.

– Да нет, позвонить-то я ей позвонил, как тебе обещал, но мне показалось, как-то уж очень дико говорить такие важные слова по телефону. Но в Италию приехать я ее все-таки пригласил и надеюсь, в конце сентября она будет здесь. Впрочем, может быть, мне самому лучше уехать пораньше…

Голос его неуверенно оборвался, он помолчал и потом обратился к ней с тем же вопросом:

– А как у тебя с Крисом? Есть какие-то вести от него с тех пор, как он во Франции?

– Нет, но я особенно и не ждала. Мы с ним, конечно, близкие друзья, но не так, чтобы каждый день перезваниваться. Впрочем, думаю, надо бы уже ему позвонить.

– Так звони, чего же сидишь?

Она на секунду задумалась, но тут вдруг появилась Лолита, такая же разгоряченная и уставшая. На ней были совсем коротенькие шортики, полностью открывающие ноги, выгодно подчеркивающие достоинства попки, и можно было не сомневаться, что время она провела весело, осаждаемая вниманием своих двух ухажеров-испанцев, да и кучи местных мужчин тоже. Она улыбнулась Софи и указала на скамейку рядом с Дэном.

– Я присяду? Очень жарко.

Она уселась, и Софи представила ее Дэну, который сразу перешел на вполне сносный испанский, чем произвел на нее неотразимое впечатление. Пока они разговаривали, Софи достала мобильник. «И правда, позвоню-ка я Крису, – решила она под хитрым предлогом посоветоваться, какую назначить на