Повелитель тьмы: Возвышение Дарта Вейдера - Джеймс Лучено

Заметив, как погружён в себя Органа, Мон Мотма вернулась в кресло, и её лицо заметно помрачнело.

— Надеюсь, ты понимаешь, почему я не могла вверить этот разговор обычным средствам связи, Бейл? — произнесла она. — Надеюсь, мы здесь в безопасности?

— Конечно же я понимаю. И ты можешь говорить здесь вполне свободно.

Прикрыв на мгновение глаза, Мон Мотма покачала головой.

— Большая часть Сената и в самом деле готова поверить, что Фэнг Зар занимался на Корусканте подстрекательством к мятежу и что он явился на Алдераан устраивать антиимперские демонстрации.

Бейл кивнул.

— Я читал отчёты. Ни в одном из них нет и доли истины. Зар пытался спасти свою жизнь и поэтому бежал.

— А как Палпатин отнёсся к тому факту, что ты предоставил ему убежище?

— Я честно не знал, что его допрашивали в Бюро Внутренней Безопасности и что ему приказали не покидать Корускант. Когда… агенты Палпатина сообщили мне об этом, я сказал им, что готов предоставить Зару дипломатическую неприкосновенность в случае, если он того попросит — хотя я сильно сомневался в реальности этой просьбы, ведь Зар прекрасно сознавал, какие последствия могли бы ждать Алдераан в этом случае.

— Тем не менее молчание Палпатина вызывает вопросы. — Мон Мотма жёстко посмотрела на Бейла. — Возможно, он полагает, что ты не захочешь придать огласке всю правду о том, что здесь произошло.

Бейл согласно кивнул.

— Похоже на то. С другой стороны, это может сыграть нам только на руку, если Император будет верить, что я готов поддерживать его, даже когда он открыто лжёт.

Мон Мотма сжала губы, с сомнением покачав головой.

— Возможно, это так. Но я беспокоюсь о том, какую реакцию твоё молчание вызовет у наших сторонников в Сенате. Уже сейчас Серн Прайм грозит акциями неповиновения. Избранный президент готов отозвать с Корусканта всю делегацию. Вполне возможно, это даст тот самый импульс, которого нам не хватало.

Поднявшись с кресла, Бейл сделал несколько шагов по комнате.

— Палпатин хотел представить дело с Фэнгом Заром как наглядный пример. И он не колеблясь превратит в наглядный пример весь Серн Прайм, если избранный президент не проявит осмотрительность.

— Как погиб Фэнг Зар? — спросила Мон Мотма, не сводя с собеседника глаз.

— Вейдер, — коротко бросил Бейл.

Мон Мотма непонимающе покачала головой.

— Кто этот Вейдер? Один из агентов Арманда Айсарда?

Бейл наконец сел, уткнув локти в колени.

— Хуже, много хуже. Он — правая рука Палпатина.

Неуверенность, сквозившая во взгляде Мотмы, стала заметнее.

— Ближе, чем Пестаж?

Бейл кивнул.

— Он ближе к Палпатину, чем кто-либо.

— Вот те на! То есть, я хотела спросить, как же так получилось, что никто из нас не встречался с этим Вейдером раньше?

Мгновение Бейл подбирал слова, которые бы в точности отражали ситуацию, но не раскрывали бы самого главного.

— Он… возвысился во время войны. У него есть световой меч.

Глаза Мон Мотмы полезли на лоб от удивления.

— Нет, он не джедай, — добавил Бейл, предвосхищая её вопрос. — Его клинок — красный.

— А причём здесь цвет клинка?

— Он — сит. Адепт того самого древнего ордена, приверженцем которого был Дуку.

Мон Мотма тяжело вздохнула.

— Я никогда не понимала всего этого — ну, каким образом война была завязана с ситами.

— Тебе нужно понять лишь одно: Вейдер — личный императорский палач. И его могущество не знает границ. — Бейл уткнулся лицом в ладони. — Фэнг Зар был не первым, кто испытал на себе ярость Вейдера.

— Тогда этот Вейдер — ещё одна причина начать действовать прямо сейчас, пока у нас ещё есть время, — решительно произнесла Мон Мотма. — «Убей нескольких, и ты до смерти напугаешь остальных» — этот план Палпатина уже в действии. Половина подписавшихся под Петицией Двух Тысяч чуть ли не отрекается от своих заявлений. Я понимаю, ты пытаешься чтить память Падме Амидалы, которая советовала подождать. Но что она в действительности знала? Она чуть ли не до последнего поддерживала Палпатина.

— Бейл, он уже наращивает флот. Половина госбюджета утекает на производство этих чудовищных звёздных разрушителей. И он растит новых штурмовиков. И это ещё не самое худшее. Некоторые траты не может объяснить даже Финансовый комитет. Ходят слухи, что в производстве у Палпатина находится какой-то секретный проект.

Сделав паузу, она продолжила уже более спокойным тоном: — Вспомни, что произошло три года назад. Если бы не тайная армия, которую создали джедаи, Республика не продержалась бы против сепаратистов Дуку и часа. Допускаю, Палпатин воспользовался удачно сложившейся обстановкой, чтобы наречь себя Императором. Но посмотри, что происходит сейчас. Нет больше армии мятежников, которая только и ждёт, когда можно будет выйти на сцену, и этой армии не возникнет, если мы продолжим сидеть сложа руки. Военный режим Палпатина будет править огнём и мечом. Император будет поступать так, как захочет, и делать, что захочет, во имя сохранения мира и стабильности в Империи. Разве ты этого не видишь?

Её вопрос повис в воздухе, но лишь на мгновение.

В дверном проёме возник силуэт Реймуса Антиллеса: — Сенаторы, мне кажется, вы должны это видеть.

Антиллес подскочил к приёмнику трансляций ГолоСети и включил его.

— … к настоящему моменту мы получаем лишь обрывочные сведения, — звучал голос одного из известных дикторов, — но, по сообщениям из самых надёжных источников, вуки предоставили на Кашиике убежище банде джедаев-предателей, которые планировали использовать планету как базу для организации мятежей против Империи. Требования представителей властей выдать бунтовщиков вызвали у вуки неспровоцированную агрессию, которая вылилась в гибель десятков тысяч живых существ, в том числе и мятежников-джедаев. Ещё несколько сотен тысяч аборигенов заключены под стражу.

Бейл и Мон Мотма обменялись изумлёнными взглядами.

— На Корусканте, — продолжил диктор, — сенатор от Кашиика Яруа и члены его делегации были помещены под домашний арест до проведения разбирательств. Но в настоящий момент умы миллионов занимает лишь один вопрос: кто он, этот человек в маске, которого голокамеры запечатлели на личной императорской посадочной платформе?

— Вейдер, — бросил Бейл, глядя на высокую фигуру в чёрном, возглавлявшую парад штурмовиков к башне Императора.

— По сведениям Новостей ГолоСети, он известен в высших кругах как лорд Вейдер, — произнёс диктор. — Помимо этого, о нём не известно ровным счётом ничего, за исключением того, что именно он руководил операцией на Кашиике.

— Кто он — человек? Клон? Личный императорский «генерал Гривус»? Этого, похоже, не знает никто, но все жаждут знать…

— Выключи, — попросил Бейл Реймуса.

— Кашиик, — в неверии промолвила Мон Мотма. Проведя ладонями по лицу, она посмотрела на Бейла. — Мы опоздали. Тёмные времена уже пришли.

Бейл ответил не сразу. В повисшей тишине в комнату вошла Брея, прижимавшую Лею к груди, и в голову Бейла полезли путаные мысли о Йоде, ОбиВане и Люке, Леином брате-близнеце.

— Ещё одна причина для нас затаить надежду, — мягко сказал он.

Глава 52

«Пьяный танцор» снова был дома, висел в холодном мраке космоса на расстоянии многих световых лет от какой-либо населённой системы. В столь далёкие от галактического ядра области космоса новости ГолоСети приходили с опозданием в несколько дней, иногда недель, и всегда с ухудшенным качеством записи; но даже этого хватило, чтобы Старстоун, Джула и остальные — как джедаи, так и члены экипажа — смогли опознать тела Айво Кулки и Сайдема Форта.

— … все джедаи, принимавшие участие в сражении, уничтожены, — вещал корреспондент. Это были его последние слова перед тем, как Старстоун попросила Филли приглушить звук голозаписи. Все и так уже видели изначальные сводки о тех событиях, которые с той поры лишь обрастали преувеличениями и неприкрытой ложью.

Глядя на сидевших напротив неё Джемба, Нама, Деран Налуал и Клосси Энно, Старстоун не могла избавиться от мысли, что они все впятером представляют собой сейчас последнюю и окончательную вариацию Совета джедаев. И это новое заседание «Совета» собрала она, его главный церемониймейстер, который не то что не был посвящён в рыцари, но даже не прошёл финальное испытание.

Но она помнила слова, которые Шрайн сказал ей на Мурхане, что война — УЖЕ САМА ПО СЕБЕ ИСПЫТАНИЕ.

— Всё, что я хочу сейчас вам сказать, уже звучало из уст мастера Шрайна, — заговорила Оли наконец. — Он предупреждал, что, собираясь вместе, мы становимся слишком лёгкой мишенью для Империи и сами навлекаем на себя неприятности. То, что произошло на Кашиике, не должно повториться. Впредь Империи придётся придумывать оправдания, которые никак не связаны с джедаями.

— Потому что джедаев больше нет.