Дурень. Книга первая. Сашка - Андрей Готлибович Шопперт

— Чего? — открыла рот и выпучила глаза генеральша.

— Маш, дай команду кухарке накормить работников. Агафон. Сейчас Андрюха поедет в Басково за дровами, вы с ним, возьмите по телеге. Нужно баню топить. В дом и, правда, всех вшей ваших не тащите. Сначала баню истопите, потом там сами помойтесь и налысо побрейтесь, и пацана тоже. Вещи все прожарьте, да… Там в Басково про лес узнайте. Нужно купить, да и начинать вам дома строить.

Глава 21

Событие пятьдесят седьмое

Будущее никогда не бывает случайным — его творят!

Жак Фреско

Ещё одной неожиданностью был под вечер приезд бондаря Акинфия. Сам приезд Сашка ждал. Пока самогон яблочный в бочках с дубовыми стружками дозревает, Кох решил идею с лекарственными настоями обкатать. Отправил сенных девок и ребят в лес за боярышником. Набрали они три огромные двухведёрные должно корзины. Из одной ягоды раздавили, добавили немного воды и вскипятили. Потом отфильтровали отвар и сыпанули туда ягоды из второй корзины. Получилась такая трёхвёдерная бочка этим «раствором» полностью заполненная. Её отвезли в Тулу. Там Акинфий купил пять ведер хлебного вина, очистил молоком, как ему велел Сашка, и смешал в большой бочке с привезённым отваром. И в новой своей лавке стал «лекарство» на разлив по шкалику продавать. Ягоды боярышника специально не вылавливали из водки. Лекарство же. Продавали его по цене чуть дешевле, чем в кабаках и прочих рюмочных отпускали. Если на ведро пересчитывать, то по пятнадцать рублей ведро.

Сначала торговля не пошла. Народ заходил, смотрел на компот и морщил нос. Но по чуть-чуть брали. И распробовали. Молва пошла, что лекарство вкусное и дешевле, чем в монополиях и кабаках. Потянулись завсегдатаи. Они привели друзей. Бамс и нет лекарства. Прибыли от этой операции не так и много вышло, за четыре рубля купили пять ведер хлебного вина, итого двадцать рублей на серебро, и за пятнадцать семь ведер продали лекарства в сумме получили чуть больше сотни целковых, по итогу получилось всего восемь червонцев прибыли. Из остатков отвара сделали ещё одну порцию. Эта уже махом ушла. Ещё восемьдесят рублей. Не велики деньги сто шестьдесят рублей. А если посчитать не так. Если посчитать, что две корзины боярышника продали за сто шестьдесят рублей. Тридцать кило ягод за три с половиной килограмма серебра. Весомо.

Но боярышник-то кончился. Вот Акинфий и снарядил с кучей бочек, изготовленных под самогон, караван телег в Болоховское с «требованием» срочно прислать «лекарственный» отвар. Но не утерпел и сам потом догнал караван. А неожиданностью для Сашки в этом караване стало то, что бондарь не забыл его просьбу и двух пацанов лет восьми прислал. Беспризорников. Нищих. Обоих звали Кольками. Теперь трое стало пацанов ничейных в Болоховском вместе с Ваняткой, что дембеля из Астрахани привезли.

Баню уже как раз растопили, вещи прожарили солдатские, и теперь там сами солдаты бывшие и Ванятка брились и парились. От вшей и блох избавляясь. К ним двух Колек Машка сразу и отвела. Бегом пацанчики туда не рвались, и она их схватила, как котят, за шкирки и отнесла обоих сразу. Умеют же делать женщин в русских селениях. Тут для изготовления нужен особый прибор.

Встал вопрос с расселением. Вообще, у матушки — княгини был специальный барак для дворовых. Дом, пусть будет — дом, был одновременно с теремом и флигелем сделан из тех же самых брёвен. Пятистенок — это когда для соединения срубов используется обычная стена из тех же самых брёвен. Получаются, как бы два помещения. Здесь построили не пятистенок, а восьмистенок. Не две комнаты в результате, а пять под одной крышей. Здание получилось около шести, может чуть больше, метров шириной и за тридцать метров длинною. Барак, в общем. В нём дворовые и жили. Пристроен он был почти вплотную к флигелю и получалась вся постройка вместе с теремом, флигелем, переходом и бараком огромной буквой «Г».

Дворовых было не мало. На глаза они попадались редко и ощущения многолюдности не создавали, но вот если в барак этот — людскую войти вечером, когда там все собираются, то мама не горюй, сколько народу. И каждый при деле. И что интересное — каждый в теле. Объёмные все и могутные. Как на подбор. Может и на подбор. Выбирала матушка — княгиня серьёзных людей.

В самом ближнем… В самой ближней комнате… Это всё же не комнаты. Ну ладно, пусть будет, комнате, стояла нормальная печь. Не русская, а такая плоская с чугунными конфорками в виде колечек и чугунной дверкой. И точно такая же стояла в пятой последней комнате. Не должны зимой мёрзнуть. В первой комнате жил конюх Ефим с женой и двумя маленькими мальчиками. Одному лет семь. Второму пять. Жена опять с пузом ходила. Она помогала Машке по дому, помыть полы или где пыль протереть. Во второй комнате было женское общежитие. Там обитало шесть дворовых девок, основной задачей которых было прясть… льняную пряжу. Или это как-то по-другому называется. Почему-то слово кудель Коху на ум приходило. Но девки сидели и дёргали волокна льна с лопасти (это они так эту расчёску деревянную называли) и скручивали из них нить, а потом наматывали её на веретено длинное, которое раскручивали на полу.

Как устроена ножная прялка или ножная швейная машинка Кох представлял. Ничего сложного, у его матери была ножная швейная машинка, и он сможет механизм повторить. Нужно только выкроить время и цель себе поставить. Ну и на всякий случай проверить не изобретает ли он велосипед. Стоп, а велосипед? Кажется, его изобретут именно в 1830 году. Это из-за вулкана, и наступившей зимы среди лета, в Европе передохнут все лошади и кому-то в Германии или во Франции придёт в голову придумать самобеглый экипаж. Но там он будет без цепи и звездочки, просто рама на двух колёсах, а отталкиваться нужно ногами от земли. Тоже можно попробовать изобрести. Сашка себе цель наметил, повторить или изобрести прялку с ножным приводом. Не было столяра в имении, отравился же тот неумеха у которого всё скрипело, но вот теперь Агафон привёз. Возможно, вместе и соорудят. Ну, а после прялки и на самобеглый экипаж замахнуться можно. Цепь — это вряд ли. А если ремень попробовать? Да для прикола можно и те, что с педалями на переднем колесе, сделать. Сто процентов богатая публика захочет иметь, а если ещё