Полночный путь - Сергей Лексутов

— То-то я удивился, что ты в щиты не стреляешь. А ведь их стрела из твоего лука запросто пробьет. Ты знатный стрелок, Серик! Я таких еще не встречал… Хотя, говорят, британцы — великие стрелки, но я не видел.

После обеда Рене скинул с себя пропитанную кровью рубаху и плащ, и пошел к запруде, видимо стирать. Горчак сказал:

— Рене, а я думал, что рыцарь без слуги не путешествует?..

Полуобернувшись, Рене сказал:

— Так ведь, слугу кормить надо, а я пока самого себя еле-еле прокармливаю…

Серик разглядывал его доспех. Оказывается, у него только рукава были кольчужные, сам доспех — целиком железный, на ногах еще и железные сапоги, до самой железной юбки. Хороший доспех для здешних мест — подкольчужная рубаха не нужна, так что под жарким солнцем путешествовать не шибко тягостно. Да еще белую рубаху поверх доспеха носит — умно…

Дальше путешествие проходило без приключений. На третий день прямо с ладьи Серику удалось подстрелить чудного козла с длинным носом, так что знатно попировали, и вечером пятого дня завиднелись валы и стены Белой Вежи. Крепостца мало чем отличалась от донской; такие же широкие, приземистые стрельницы, невысокие бревенчатые стены, только над стенами возвышалась еще и белокаменная башня.

Глава 7

После того, как спустили ладью на воду, Горчак сказал:

— Ну, што, пора задание Реута исполнять… Вчетвером пойдем, кормчий за ладьей присмотрит.

Шарап проговорил:

— Надо найти матерого воина, и поспрошать как следует…

Звяга проворчал:

— Каленым железом в задницу… А потом бегать, как зайцы…

Шарап ухмыльнулся:

— Што еще лучше, чем каленое железо, языки развязывает?

Горчак задумчиво пробормотал:

— Правильно мыслишь, Шарап… — и решительно добавил: — Пошли в корчму!

Они шли мимо пустынной деревянной пристани. Караваны с верховьев давно прошли, а с низовьев должны вот-вот пойти. Серик спросил:

— Горчак, а откуда они лес берут? Пять дней ехали, я ни единого дерева, кроме ив на берегу, не заметил?

— Дак с верховьев плоты гонят. Прибыльное дело, сказывают. Здесь не купят, можно до Асторокани гнать; там персы каждый сучок купят… Слыхал я от одного ученого человека из половцев, будто раньше Асторокань Тмутороканью называлась, и вокруг лежали земли русского, Тмутороканского княжества. Но когда пришли половцы, отобрали они Тмуторокань, потому как в ней целый пучок торговых путей сходятся. Обратно отобрать, и отстаивать — у русичей силенок не хватает…

Горчак уверенно повел их по пыльным, узким улочкам, и вскоре они подошли к заведению, каких и в Киеве полно было. Горчак проговорил задумчиво:

— Я тут последний раз годов шесть назад был; тут тогда любили пировать половецкие воины…

Они вошли в горницу, Горчак окинул взором помещение; время было еще раннее, столы были заняты на треть. Что-то углядев, Горчак направился в дальний конец горницы, остальные потянулись за ним. Там сидел в одиночестве могучий человек, лет сорока, и грустно смотрел перед собой на девственно чистый, недавно выскобленный стол.

Горчак вежливо спросил по-половецки:

— Не побрезгует ли достопочтенный воин великого дуче недостойной компанией русского купца и его караванной стражи?

Воин поднял голову, оглядел всех цепким взглядом, буркнул по-русски:

— Не побрезгует…

Корчмарь уже бежал с кувшином и глиняными кружками.

— Наливая вино в кружки, Горчак спросил, по-русски:

— А чего это воин так безобразно трезв?

Воин поглядел на Горчака, и в глазах его зажглась надежда. Он осторожно сказал:

— Да вот, корчмарь в долг не верит…

— А почему ж он не верит в долг столь благородному человеку?! — с неподдельным изумлением воскликнул Горчак, и тут же заорал: — Корчмарь! Еще одну кружку!

Пока Горчак наливал вино, воин проговорил:

— Скоро в степь за Итиль уходим, так корчмарь боится, что не вернусь из степи…

Горчак изумился:

— Как я помню, вам жалованье по весне выдают, на полгода вперед?..

Воин вздохнул:

— Проигрался в пух и пропился… Где ж в степи жалованье тратить?

Горчак покачал головой осуждающе, но, тем не менее, сочувственно обронил:

— Эк, тебя угораздило… Ну, давай, за встречу…

Еще на крыльце уговорились, чтоб пить не по полной, а лишь отпивать, а потом Горчак будет доливать до полной, чтобы воин думал, будто все пьют наравне. Серик отпил из кружки душистого фряжского вина, с любопытством повнимательнее оглядел воина; с виду сильный мужик, лицо загорелое до черноты, подстриженная борода с проседью, взгляд твердый, спокойный. Не раз, видать, в лицо смерти смотрел.

Разливая, Горчак сказал:

— А теперь за знакомство; меня Горчаком кличут, а это вот — зна-атные воины, у князя Романа в старшей дружине служили; Шарап, Звяга и Серик.

Поднимая кружку, воин сказал:

— За знакомство! Меня Георгом зовут.

Снова выпили; друзья лишь отпили, а новый знакомец до дна осушил свою кружку, но хмель его все не разбирал. Однако Горчак осторожно спросил:

— А что, и правда, из-за Итили можно не вернуться? Мы вот, когда шли, от восьми десятков касогов отбились, хоть нас всего пятнадцать было, притом, что настоящих воинов всего четверо…

Георг пренебрежительно махнул рукой:

— Что местные касоги… Им тут разгуляться негде. Дуче, поди, уже донесли, что они на волоке шалят. Скоро из Азова прибудут корабли с войском, прошерстят все кочевья, заодно и ушкуйникам новгородским хвосты прищемят. Тутошних касогов мало, тех, которые кочуют; остальные на земле сидят, южнее, перед горами живут. А вот касоги из-за Итили — эт посерьезнее. Им есть куда откочевывать. Так что, никак не удается им хвосты прищемить; вот и ездим в дальние дозоры аж на тридцать дней пути на восход… В позапрошлом году проморгали трехсотенную касожскую ватагу, они два больших каравана ограбили, так купцы сговорились — целый год пошлину не платили! А что, резонно; берешь пошлину — обеспечь безопасность и удобство пути!

После двух кружек язык Георга уже заметно развязался. Горчак налил третью, отпил сам, подождал, пока выпьет воин, спросил, как бы равнодушно:

— А на полуночь далеко ходите? До Урал-камня доходили?

Половец вдруг резко вскинул голову, глянул на Горчака трезвым взглядом, и спросил медленно:

— А чего это ты интересуешься? Это тайна великая есть, куда и докуда мы дозорами ходим… И какие там земли лежат, и какие люди живут…

Горчак равнодушно пожал плечами:

— Да просто, интересно… Сам я много стран повидал, бывал и в Индии, и в стране серов… — и принялся невозмутимо наливать вино в кружки, украдкой мигнул Шарапу со Звягой.