Барон Робинзон - Самат Айдосович Сейтимбетов

пролаяла Пранта. - Хочу вскочить на коня и нестись туда, где небо сходится с землей!

— Однообразное зрелище, - не то сообщила, не то пожаловалась Арханна. - К счастью, нам не дают скучать и постоянно кто-то да наносит визиты.

Лошадкин только хмыкнул мысленно. Разнообразные мелкие вожди и князьки из числа тех, кто не участвовал в осаде замка, так сказать, приехал в Дружбу уже после ее постройки, отчасти досаждали и ему. Пытались втянуть в какие-то пустые разговоры, предлагали неосуществимые проекты, парочка даже заикнулась о том, что надо резать соседей и тут же отправилась под стражу.

— Распускают руки? - спросил он без всякой задней мысли.

Жены посмотрели на него ошеломленно, словно он опять прилюдно сделал нечто постыдное и порицаемое.

— Или вы уже не первые красавицы? - хмыкнул он, подвигая к себе блюдо с жареным мясом.

С едой здесь было ожидаемо плохо и готовили ее не очень, но за два месяца скитаний и поездок Лошадкин привык. Манопа уже просканировала всю еду вокруг и выдала характеристики, так что Михаил начал выбирать самые прожаренные куски, сыпанул на них солью.

Вот чего не хватает в Башне, вдруг подумал он, реализма еды.

— Первые, - ответила Пранта, - но смельчаков не нашлось, а нашлись бы, ух! Головы бы их торчали на пиках!

— Но слюни они все равно пускали, - задумчиво добавила Арханна, поглаживая пятачок носа.

Словно сама не осознавала поведения гостей. Те старались, конечно, не просто ради будущих милостей или просто знакомств, возможности попасться на глаза повелителю и его женам. После "резни на курултае" масса племен и родов оказались обезглавлены и отчасти лишились военной силы. Об этом много стенали в следующие дни курултая, но затем заткнулись, когда выступил Сардар и громко, презрительно сплюнул, сообщив, что новая армия Дружбы побьет их всех одной левой лапой и даже не вспотеет.

Была устроена демонстрация и новая армия составила ядро двигающейся к горам армии.

— А на меня нет, - выпятила губы Увиала.

— Так у вас все по-другому, - заметил Лошадкин, сражаясь с мясом. - У вас даже раскола не было.

— Это потому, что ты сразил ужас глубин! Все это видели, а кто не видел, тому рассказали! И сейчас посланцы богов разят другие ужасы, ламассы поют им хвалу и день и ночь заготавливают мясо, пилят кости и усы, хвосты, радостно устремляются на новые, безопасные отмели! - Увиала почти кричала, захлебывалась от восторга.

Жаль, что в степи не водились динозавры, с мрачной иронией подумал Лошадкин, созвал бы всех мордахов, сразил зверюгу комбайном и все, никакого раскола. Ах да, для полного сходства, динозавру следовало бы еще постоянно жрать мордахов целыми родами, вместе с баранами, ящерицами, юртами, а также прадедовскими закопченными казанами.

— Хорошо, хорошо, я понял, - повел рукой Михаил и Увиала замолчала.

Уставилась на него влюбленно влажными, огромными глазами. Не любовь и страсть к нему и его облику в плотском смысле, но желание помочь и угодить тому, кто совершил столько для ее народа.

— А земли эти гости просили? - поинтересовался он.

— Да! - опять первой ответила Пранта. - Всех отправили к вождям Сардару и Форску, как ты и говорил!

Лошадкин кивнул. Сардара подняли на белой кошме на курултае, вместо погибшего Пардора, и это было хорошо, верховный хан - союзник. Пока что они уничтожили самых активных, самых нетерпеливых заговорщиков, но вот другие могли затаиться и начать действовать из теней, терпеливо, кропотливо, годами притворяясь и втираясь в доверие.

"Освободившиеся" племена и рода, их земли и кочевья, Лошадкин громогласно объявил там же, на курултае, что Сардар и Форск будут отвечать за них, получают право раздавать земли, назначать новых вождей и так далее. В общем, подтолкнул немного в сторону объединения после феодальной вольницы и просто объединения народов, и придал силы союзникам.

— А своих дочерей они вам в фрейлины предлагали? - спросил он.

— Дочерей? - вскинулась Пранта.

— Фрейлины? - изумилась Арханна.

Пришлось рассказывать, и Лошадкин мысленно при этом иронизировал над самим собой. Дворец, власть, куча подданных, готовых бежать, сломя клыки и хвосты, выполнять его приказания, почему бы не брать еще себе полный цветник баб? Молодых и красивых баб, конечно же, которых охотно отдадут родители, желая пристроить ко двору, чтобы и самим присоседиться к власти, завести полезные знакомства. А уж если какую сам правитель встретит и перегнет в позу пьющего оленя, так вообще, жизнь удалась, милости, деньги и земли так и польются рекой!

Деньги, подумал Лошадкин, но отогнал пока что будущие проекты. Деньги тут имелись, у каждого народа свои, разумеется, но живые экспедиции, посовещавшись, пока что отложили все до дружеского завоевания краглов. В их горах имелась медная и другие руды, из которой можно было чеканить единые монеты, достаточно массово даже сейчас, если перейти к станкам, приводимым в движение водой и паром.

— По сути, эта та же свита, только женская, - рассказывал Лошадкин, помахивая вилкой.

— Повелитель, поступают сигналы, - аккуратно вклинился Картир.

— Что там?

— Распутица на берегу закончилась, воздушный разведчик с передового шара видит птерахов и отблески на солнце, словно там войско краглов, а также драка на нескольких транспортных кораблях. Племя заричей накинулось на род Серой Ящерицы.

— Гм, - издал звук Михаил, поднимаясь и утирая рот платком.

Ведь просил же развести в стороны рода и племена с кровной враждой, чтобы обвыклись поначалу! Видимо, недоглядели где-то или сами заричи, а то и серые ящерицы, подобрались ближе, чтобы подраться. Лошадкин взлетел, крикнул женам:

— Потом дорасскажу!

На кораблях уже вскинули сигнал к высадке, поднимались пары там, где надували баллоны дирижаблей и Лошадкин только покачал мысленно головой. Даже с каменным углем все это выходило... неэффективно, но не хватало тканей на оболочку баллонов, да и газа тоже, если уж на то пошло. Какой там гелий, даже об электролизе водорода оставалось только мечтать! Пар — вот основа всего в обозримом будущем, если не подхлестывать прогресс, словно загнанную лошадь.

— Прекратить!! - рявкнул Лошадкин, зависая над баржами. - Кто не остановится, будет казнен!

Несколько кораблей уже подплывали ближе, щетинились копьями и слышался скрип натягиваемой тетивы, воины готовились выполнить приказ. Дерущиеся мордахи и хрокаги то ли уже выпустили пар, то ли впечатлились приказом сверху, но толпа развалилась на две части, разделилась, словно масло с водой. Кто-то собирался уже открыть рот, но