Темное наследие (ЛП) - Лоррейн Трейси

Через несколько дней я стану взрослой, и я полностью готова столкнуться с последствиями этого решения… Я думаю.

— Каллиста, что ты тут… это приятный сюрприз, — говорит она, быстро меняя тему.

— Да, я уверена, что это так, — бормочу я себе под нос, изучая ее.

На ней темно-красный шелковый халат, ее прическа и макияж, как всегда, на высоте, и нет абсолютно никаких признаков того, что она страдает, скучает по моему отцу ни в малейшей степени. Она выглядит так же, как и каждый день. Как будто потеря мужа, любви всей ее жизни, отца ее детей, никак не изменила ее жизнь.

— Ты могла бы приодеться, если собиралась путешествовать через весь город, — отчитывает она, с отвращением разглядывая мою комбинацию из толстовки и леггинсов.

— Я в порядке, спасибо. Последние две недели были… адом. Я действительно не в настроении приводить себя в порядок.

— Хорошо, хорошо. Ты хотела сказать что-то важное? Мне нужно в спа. Я нанимаю нового менеджера.

— Почему? Что случилось с—

— Это не твоя забота, Каллиста. — Она отмахивается от меня, фактически прекращая разговор.

— Но она была в твоем лондонском спа-салоне с тех пор, как ты его открыла.

— Да, хорошо. Не все получается совсем так, как ты планируешь, не так ли?

Я хватаюсь за свои отсканированные фотографии в кармане толстовки. — Н-нет. Думаю, что нет. Говоря о планах, я пришла сказать тебе, что я внесла некоторые существенные изменения в свои в свете того, что недавно произошло.

Теперь это привлекает ее интерес, и она, наконец, оглядывается на меня, вместо того чтобы рыться в бесконечных вешалках с одеждой в своей гардеробной. — О?

— Я съезжаю, — выпаливаю я, прежде чем струсить.

Мамины брови взлетают вверх, но благодаря количеству ботокса, который ей вкололи в лицо, ее бровь даже не дергается. — Т-ты съезжаешь?

— Да. На самом деле, я съехала. Подвал уже пуст, и мои вещи на пути в их новый дом.

Ее губы сжимаются в тонкую линию, но я отказываюсь съеживаться. Это мое решение, правильное решение, и я буду придерживаться его, независимо от ее реакции.

— И куда именно ты направляешься?

— Буду жить в квартире Деймона.

Горький смех срывается с ее губ. Он полон неверия и отвращения.

— Твой отец сказал тебе, что ты не можешь переехать в это здание.

— Моего отца здесь больше нет, если ты не заметила. И мне через несколько дней исполнится восемнадцать. С этого момента я могу принимать собственные решения. И раз уж мы об этом заговорили, это включает в себя то, что я не собираюсь поступать в университет по твоему выбору, чтобы пройти курс, который, по твоему мнению, подошел бы для меня.

Платье, которое она держит в руке, падает на пол при этом признании, и она устремляется ко мне, ее глаза полны огня.

— Теперь подождите минутку, юная леди.

— Нет, я ничего не жду. Ты годами ни о чем не заботилась, кроме себя и своей репутации. Твой эгоизм — единственная причина, по которой папы здесь больше нет. Если бы тебе не нужно было устраивать ту дурацкую вечеринку, когда угроза со стороны итальянцев была такой сильной, то ничего бы этого не произошло. Не то чтобы тебя, кажется, волновало, что это произошло.

— Как поживает твой сын, мама? Нико смотрел на папу так, словно тот подвесил луну в небе, но ты даже не попыталась позвонить ему, чтобы узнать, как он справляется, не так ли? Ты вообще заметила, что меня не было здесь почти две недели?

— Конечно, я заметила, — выплевывает она.

— И не только потому, что у тебя не было никого, кроме Джослин, чтобы командовать, пытаться контролировать? С меня хватит, мам. Если я тебе понадоблюсь, то ты знаешь, где меня найти. У тебя есть номер моего телефона, если когда-нибудь захочешь поговорить.

И с этими словами я ухожу, даже не потрудившись оглянуться, когда она выкрикивает мое имя, как будто я не более чем ее комнатная собачка, которой она интересуется, только когда ей одиноко.

Мои шаги несутся вниз по лестнице, моя потребность выбраться из этого дома и подальше от нее.

Джослин прямо там, у подножия лестницы, ждет меня. Я наполовину ожидала, что Алекс и Деймон будут рядом с ней, но Джослин — это сила, с которой нужно считаться, когда она этого хочет, так что, возможно, мне не стоит удивляться, что она добилась своего.

— Калли? — спрашивает она, когда я ничего не отвечаю.

— Дело сделано. Я рассказала ей, что я делаю, и дала понять, что ее мнение по этому поводу ничего не значит.

— Я так горжусь тобой, Калли. — Она раскрывает руки, чтобы обнять меня, но, как бы мне ни было больно это делать, я поднимаю руки, чтобы остановить ее. Если она обнимет меня, то я сломаюсь, а я не хочу делать этого здесь.

Она понимающе кивает и делает шаг назад.

— Мы рады вам в любое время.

— Сосредоточься на том, чтобы сделать своего мужчину лучше и сдать экзамены. И тогда я приму твое предложение.

— Договорились, — говорю я с мягкой улыбкой, в миллионный раз желая, чтобы она была моей матерью, а не бессердечная сука наверху, которая даже не пыталась догнать меня, чтобы поспорить со мной. — Спасибо тебе за все, Джослин.

— Не за что, моя милая девочка. А теперь иди и начни свою новую жизнь со своим сексуальным мужчиной.

— Нам нужно найти тебе парня, Джей, ты тоже заслуживаешь немного повеселиться.

— Как скажешь. А теперь иди. И развлекайся. Знаешь, тебе всего восемнадцать.

— Спасибо, — кричу я, выбегая из дома и направляясь к машине, которая, я знаю, скрывает от меня моих мальчиков. — Я сделала это, — кричу я, как только запрыгиваю внутрь. — Я сделала это, и я ушла, и все кончено.

Деймон смотрит на меня с благоговением, запечатленным на каждом дюйме его лица. — Да?

— Да. Сказала ей, что я уже ушла и что универа не будет. Я свободна.

Он изучает меня так, как будто не может поверить в то, что я ему говорю, или он ожидал, что я сломаюсь. Честно говоря, я могла бы. Но прямо сейчас я на пике своего успеха.

— Отвези меня домой. Я готова начать нашу новую совместную жизнь, — требую я.

— Черт возьми, да, — соглашается Деймон, прежде чем потянуться ко мне и не оставить мне выбора, кроме как сесть к нему на колени. — Веди машину осторожно, да, братан? У нас на борту драгоценный груз.

— Деймон, даже не думай о—

Его губы заявляют права на мои, и все, кроме нас двоих, перестает существовать. Все, что я могу сделать, это надеяться, что Алекс серьезно отнесся к требованию Деймона, потому что я слишком потеряна, чтобы заботиться о чем-либо, кроме мужчины между моих бедер прямо сейчас.

25

ДЕЙМОН

— После всего, что я для тебя сделал, — ворчит Алекс, распахивая дверь в ту же секунду, как останавливает машину, и запирая ее.

Как только он оказывается достаточно далеко, чтобы не слышать нас, мы с Калли оба разражаемся хохотом.

— Это было подло, — выдыхает она сквозь радость.

— Он может это вынести, он большой мальчик.

Мои руки сжимаются на ее заднице, покачивая ее над моим стояком.

Возможно, мы с удовольствием дразнили Алекса своими поцелуями и громкими стонами, но на этом все закончилось. Хотя у меня может быть ноль проблем с тем, чтобы заявить о своих правах на Калли при каждом удобном случае, я знаю, что с Алексом в этом нет необходимости. Я также не хотел, блядь, умирать. Я знаю, каков он за рулем, когда отвлекается, и я хотел, чтобы все мы дожили до следующего дня, спасибо вам чертовски большое.

— Ммм… Я тоже могу это вынести, — рычит она мне на ухо.

— Ты, Каллиста Чирилло, плохая, очень плохая девочка.

— Вот что происходит, когда тебя забирает дьявол, — стонет она, заставляя мой член изнывать от желания к ней.

— Я должен отвести тебя наверх, — признаюсь я. Она слишком хороша для этого. Трахаться в машине посреди подземного гаража.

— Не относись ко мне как к той девушке, Деймон. Не тогда, когда ты знаешь, что она так далека от истины, — предупреждает она.