Поцелуй вдовы - Джейн Фэйзер

Однако после долгих часов плавания под дождем Джиневре с трудом удавалось сохранять уверенность в правильности своего выбора. Баркас приблизился к Тауэру, огромному серому зданию. Джиневра увидела тяжелые ворота с решеткой и узкий тоннель за ними. Ворота были открыты, и баркас вплыл в них. Когда они пересекли небольшой пруд, открылись следующие ворота, и баркас пристал к причалу. Ступеньки причала покрывала зеленая слизь, со стен высившегося над ним бастиона капала вода. На причале стояли четыре лейб-гвардейца – именно они принимали узников.

«„Ворота изменников“[16]! – вдруг догадалась Джиневра. – Меня доставили в Тауэр через ворота смертников!» Недобрая слава «Ворот изменников» достигла отдаленных уголков Дербишира. Джиневру охватил ужас. Она больше никогда не увидит своих девочек!

Она ступила на скользкий причал. Капитан королевской гвардии протянул приказ хранителя печати одному из лейб-гвардейцев, отдал Джиневре честь и вернулся на баркас.

– Сюда, мадам.

Лейб-гвардейцы окружили Джиневру и повели ее по узкой лестнице в стене бастиона. Они вышли на крепостной вал – Джиневра услышала громкое карканье воронов, – затем по каменной лестнице спустились в просторный внутренний двор, заросший травой. Со всех сторон поднимались высокие стены крепости. В круглые башни вели каменные лестницы.

Джиневру повели к низкому зданию, очень похожему на обычный дом. По траве разгуливали вороны, своим карканьем навевая тоску. Лейб-гвардеец постучал, и дверь тут же открылась.

– Заключенная леди Мэллори к коменданту Тауэра, – отчеканил он.

Они прошли в небольшой холл.

– Кто это такая? Мне не говорили, что сегодня кто-то будет. – Из-за двери справа появился крупный мужчина с салфеткой, повязанной вокруг шеи. Судя по одежде, он занимал важный пост. Прочитав приказ, он внимательно оглядел Джиневру. – Итак, леди Мэллори, вы некоторое время побудете моей гостьей. – Он вежливо поклонился. – Мы сделаем все возможное, чтобы вам было удобно.

– Кто там, Оливер? – В холл вышла пухлая женщина. – О бедная госпожа, вы промерзли до костей! – воскликнула она, бросаясь к Джиневре. – Идите к огню. Вы должны поужинать с нами, а вам тем временем приготовят комнату.

Комнату? Да нет, наверное, она имела в виду камеру! Джиневра пришла в недоумение. У нее возникло впечатление, будто она оказалась в таверне с радушными хозяевами, а не в Тауэре. Она не знала, что, так как все заключенные были дворянами, комендант и его жена обращались с ними в соответствии с их статусом и оказывали должное уважение. Если, конечно, не было иных, особых, указаний.

– Я буду, счастлива, погреться у огня, мадам, – сказала Джиневра, проходя в гостиную.

– Снимите плащ, он весь промок. Какая ужасная ночь! Боюсь, надвигается зима. – Продолжая болтать, жена коменданта помогла Джиневре снять плащ и усадила ее к огню. – Как я вижу, у вас с собой ничего нет. Вам не во что переодеться.

Жене коменданта нельзя было отказать в проницательности. Она сразу догадалась, что заключение под стражу оказалось для этой дамы полной неожиданностью. В последнее время, когда хранителю печати надо было направить волю короля в нужное ему русло, такое случалось довольно часто.

– Вещи привезут, – сказала Джиневра. – Утром. – Она протянула руки к огню.

– Не знаю, найдется ли у меня что-нибудь для вас… до прибытия ваших вещей, – проговорила жена коменданта. – А вы пока поужинайте.

– Боюсь, я слишком обременяю вас, мадам. Вы очень добры.

– Ничего подобного, – бодро воскликнула та и энергично зазвонила в колокольчик. – Лиза, – обратилась она к появившейся горничной, – принеси ужин нашей гостье. Миску супа, кусок пирога с олениной и сыру.

Горничная сделала реверанс и ушла. Извинившись и предупредив, что скоро вернется, жена коменданта удалилась, и Джиневра осталась одна. Столь радушная встреча немного приглушила ее страх, однако она понимала, что дальше ситуация будет развиваться отнюдь не так гладко и приятно.

А в соседней комнате жена коменданта разговаривала со своим мужем:

– Бедняжка замерзла, Оливер. Ты должен разместить ее у огня, хотя бы на эту ночь. У нее нет ни одежды, ни вещей. Наверное, все случилось неожиданно.

– Все действия хранителя печати неожиданны, – заявил комендант. – Но, судя по документам, леди Мэллори попала сюда по приказу короля.

Его жена поежилась.

– Ну вот, еще одна несчастная оказалась под замком по приказу короля, – проговорила она. – Интересно, чем она могла оскорбить нашего монарха? Наверное, отказалась лечь с ним в постель?

– Закрой рот! – зашипел на нее муж, с опаской оглядываясь по сторонам.

– Будем надеяться, что она не разделит судьбу тех, кто здесь побывал, – покачала головой добрая женщина. – Бедная королева Анна!

– Она была прелюбодейкой, – напомнил ей муж.

– Так говорят, – хмыкнув, кивнула его жена.

– Не нам обсуждать это, – твердо заявил комендант. – Я размещу эту даму в Белой башне. Комнаты в ней довольно просторные. И разожгу там огонь – на этот счет в приказе никаких указаний не было.

– Тогда я довольна. Она поужинает здесь, а потом ее отведут. – Жена коменданта вернулась в гостиную.

Горничная принесла ужин, и Джиневра, к своему удивлению, обнаружила, что может есть. Суп согрел ее, пирог с олениной придал сил, стакан вина взбодрил. Она старалась не думать о том, как Хью объяснит ее отсутствие детям. Если она впустит в сознание эти мысли, то расплачется, а это лишь ухудшит дело.

Пока она ела, хозяйка сочувственно смотрела на нее.

– Вы недавно в Лондоне, миледи?

– Со вчерашнего дня, – ответила Джиневра, кладя ложку в пустую миску.

Было видно, что жена коменданта ждет продолжения, но Джиневра не стала вдаваться в подробности. Допив вино, она от души поблагодарила ее:

– Вы очень добры, мадам. Я крайне нуждалась в этом.

– Да, я заметила.

В комнату вошел комендант.

– Если вы поужинали, миледи, позвольте проводить вас в вашу комнату, – сказал он.

– Да, конечно. Ваша супруга была очень добра. – Встав, Джиневра взяла свой плащ.

– Я принесу вам халат, чтобы было во что переодеться, пока не доставят ваши вещи. – Жена коменданта на минуту скрылась в другой комнате и вернулась с шерстяным халатом, подбитым мехом. – Держите. В нем тепло.

– Большое спасибо. – Джиневра перебросила халат через руку.

– Если вы готовы… – Комендант направился к двери, и Джиневра с бешено бьющимся сердцем последовала за ним. Итак, странная интерлюдия закончилась.

Они пересекли двор и по каменной лестнице поднялись в одну из круглых башен. Напротив входа Джиневра увидела массивную дубовую дверь, которую комендант отпер огромным железным ключом. Дверь со скрипом распахнулась.