Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ) - Симада Содзи

– Ничего, разберусь. Не беспокойся. К вечеру я его найду.

– К вечеру?! Ты вообще понимаешь, кого ищешь? Это же не зонтик какой-нибудь. А как же Сюсай Ёсида? Нам же надо его увидеть!

– Ёсида? Какой еще Ёсида? А-а! Это про которого ты рассказывал? Нет, он нам не нужен.

– Как же так?

– Зачем? Он же не преступник.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что я знаю, кто преступник.

– Постой! Как же…

Договорить я не успел – Митараи уже скрылся за углом.

Я чувствовал страшную усталость, хотя прошло всего часа два-три, как я нашел Митараи. За что судьба послала мне полусумасшедшего друга? Если это действительно судьба, значит, в прошлой жизни я сделал что-то очень плохое.

Теперь, оставшись один, я должен был принять важное решение. Что делать с Ёсидой? Митараи сказал, что ехать к нему незачем. Но насколько можно верить словам такого человека?

Простейшая задача, сказал он? Ничего себе простейшая! По силам любому ребенку? Любому ребенку ясно, что он сумасшедший.

Что же такое обнаружил Митараи? Если он в самом деле что-то обнаружил. Ведь что ни говори, а с ним случился настоящий припадок. Бегал, выл, кричал… Нормальный человек так себя не ведет.

Даже если ему удалось что-то разузнать, отыскать преступника до вечера совершенно невозможно. Люди сорок лет бились над этой загадкой, но так и не сумели ее разгадать. И вдруг за какие-то несколько часов преступник находится. Как зонтик, позабытый в телефонной будке… Если это произойдет, я готов на руках пройтись по всему Киото. Говорить такое может только тот, кто не в своем уме. Это можно утверждать с полной уверенностью. Не будете же вы отрицать, что у человека, сомневающегося в том, что почтовые ящики в Японии выкрашены в красный цвет, не все дома. Это вам каждый подтвердит.

Начнем с того, что Митараи знает об этом деле столько же, сколько и я. Не больше. Впрочем, нет! Гораздо меньше. Ведь ему ничего не известно ни о Сюсай Ёсиде, ни о Хатиро Умэде. И несмотря на это, он заявляет, что знает, кто преступник…

Митараи сказал, чтобы я сидел у Эмото и ждал его звонка. Послушаю его – получится, что я поверил в его бред и готов сидеть и ждать, пока он найдет убийцу.

Поверить в это решительно невозможно. Но вдруг Митараи понадобится моя помощь? Вот ради этого надо, наверное, вернуться в квартиру Эмото.

Итак, сегодня последний день. Что делать, если Митараи в конце концов все-таки проколется? Разве я смогу справиться с этим делом, что-то изменить?

Митараи убежал, ничего толком не объяснив. Оно и понятно – времени не осталось совсем. И потом – его осенила какая-то мысль. Получается, мне надо тихо сидеть и дожидаться, когда он позвонит? Смотреть на небо и ни о чем не думать? А небо между тем заволокло плотными облаками. И в голове у меня тоже сплошной туман.

Существует ли хотя бы небольшая вероятность того, что Митараи удалось раскрыть дело, над которым мы бьемся? Когда с ним случился припадок и он заорал как резаный? Есть! Когда я показал ему склеенную тысячу. Может, здесь кроется подсказка?

Я быстро достал кошелек и посмотрел на купюру. С виду ничего особенного. Обыкновенный прозрачный скотч. Что из этого можно извлечь? Я перевернул купюру. Такой же скотч. Митараи на оборотную сторону даже не взглянул.

Что же он увидел на лицевой? Я внимательно рассмотрел ее, но ничего не обнаружил. С цветом всё в порядке… Хиробуми Ито что-то подсказал? Вряд ли. А может, дело в цифре? Тысяча… Нет, ничего в голову не приходит.

Попробуем еще раз. Купюра, то есть деньги. Какая-то связь с деньгами? Убийства связаны с деньгами? Но это и так ясно. Ничего нового.

Ага! Как он сказал?.. Фальшивые деньги! Фальшивка, подделка… Подделка денег? Под видом «убийств по Зодиаку» скрывается преступление, связанное с изготовлением фальшивых денег? Ведь Хэйкити Умэдзава был художником. Или…

Но как связать эту версию со всем, что нам известно о деле семьи Умэдзава? До сих пор не было никаких признаков или намеков, что оно как-то связано с фальшивомонетничеством.

Хотя я не думаю, что между шумным спектаклем, который устроил Митараи, и словами «фальшивые деньги» совсем нет никакой связи. Это определенно намек на что-то. Но на что именно?

Еще Митараи сказал, что при подделке денег используют матовый скотч. Причем не для тысяч, а для десятитысячных. Почему? У десяток бумага, что ли, лучше?

Ну да! Как я сразу не догадался?! Какой смысл подделывать тысячи? Большой прибыли не получишь. То ли дело десятка. Навар в десять раз больше. Были бы стотысячные купюры, наверняка занялись бы ими. Это понятно.

Но какое отношение к этому делу может иметь скотч? И почему он должен быть матовым? Ведь фальшивые деньги печатают и скотч тут не нужен… Нет, определенно Митараи говорит загадками.

В конце концов я решил ехать к Эмото и дожидаться новостей там. Митараи обещал позвонить к вечеру. Если выяснится, что он провалился, мне останется лишь вскочить и мчаться к Ёсиде. Грань между безумием и гениальностью очень тонкая. И мне не хочется, чтобы она была размыта.

Антракт

От автора

Дорогой читатель!

Возможно, мне надо было обратиться к тебе раньше, но лучше поздно, чем никогда. Не дело автора вмешиваться в ход расследования, но я все-таки хочу сказать несколько слов.

Сейчас ты обладаешь всей необходимой информацией, чтобы раскрыть это запутанное дело. В твоих руках решающий ключ, который позволяет это сделать. Мне хотелось бы, чтобы наше повествование строилось на принципах справедливой игры и ты сам разгадал эту загадку.

Набравшись смелости, бросаю тебе вызов, читатель: отгадка у тебя перед носом. Найдешь ли ты ее?

Акт IV

Весенняя гроза

Сцена 1

Чайный домик

Я решил пока выбросить все из головы, потому что как только я начинал думать о деле Умэдзава, сразу появлялось желание немедленно мчаться к Ёсиде.

Пододвинув поближе телефон, я попробовал прилечь на пол, но никак не мог найти себе места. Хотя следовало радоваться, что мой друг в конце концов пришел в себя и снова полон сил и энергии.

Всю дорогу до квартиры Эмото я ломал голову над тем, как убить время до вечера, до звонка Митараи. Для обеда было еще рано, но я все-таки решил пообедать и старался растянуть трапезу как можно дольше. Однако долго ждать не пришлось. Не успел я как следует устроиться рядом с телефоном – и двадцати минут не прошло, – как раздался звонок. Вряд ли это Митараи, слишком рано, подумал я, но трубку снял:

– Алло! Эмото слушает.

– Кадзуми! Ты? – послышался насмешливый голос Митараи.

– Ты чего так рано? Забыл что-нибудь?

– Я сейчас в Арасияме.

– А-а! Неплохое местечко… Мне там понравилось. Уж больно хороша там твоя «любимая» сакура. Ну как голова? Работает?

– Как никогда! Слушай, ты знаешь мост Тогэцукё? В Арасияме? Как перейдешь его, тут же стоит телефонная будка. Храмик такой, маленький. Помнишь?

– Да, знаю.

– Я как раз из нее звоню. Напротив, через улицу, чайный домик. «Котогики» называется. Здесь такие сакурамоти[66] подают… М-м! Никакой сладкой начинки. Объедение! Давай приезжай сюда. Хочу, чтобы ты кое с кем повидался.

– О'кей. С кем же?

– Приезжай – увидишь.

В такие минуты у Митараи все равно ничего не выпытаешь. Бесполезно.

– Ты очень хотел бы встретиться с этим человеком. Думаю, ты меня не простишь, если я тебя не позову. Только торопись. Человек это известный, занятой. Может уйти, если не поспешишь.

– Уж не кинозвезда ли?

– Хм-м… Пожалуй, так и есть. Человек с большой буквы. И еще. Тут у нас тучи собираются, ветер поднялся… Того и гляди дождь пойдет. Привези зонтик, будь другом. У Эмото в прихожей должна быть пара клеенчатых зонтов. Белые такие, дешевые. Я их купил в прошлый приезд. Захвати, ладно? И быстро сюда, а то поздно будет!