Сказочный корабль - Филип Фармер

Он и так уже был достаточно расстроен в этот день, когда вечером пришло два донесения, после которых ему показалось, что земля разверзлась под его ногами. В одном говорилось, что по пути в Пароландо ночью со своей лодки исчез Одиссей. Никто не знал, что с ним случилось. Он просто пропал. Другое сообщало, что Вильям Грейвел, человек, который шпионил за Джоном, найден у подножия гор с проломленным черепом.

Каким-то образом Джон разоблачил его и убрал. Сэм был уверен, что англичанин будет долго хохотать над тем, что он, Сэм, не сможет не только доказать его причастность к этому убийству, но и признаться в том, что Грейвел работал на него.

Клеменс позвал к себе Рихтгофена, де Бержерака и еще некоторых, кому мог доверять. Конечно, у него была определенная враждебность в отношениях с Сирано из-за Ливи, но де Бержерак предпочитал Клеменса Джону, с которым он не раз обменивался крепкими словечками.

— Возможно, исчезновение Одиссея — случайность, — сказал Сэм, — но прибавившаяся к этому смерть Грейвела заставила меня задуматься над тем, а не удар ли это Джона, который хочет лишить меня настоящих друзей. Возможно, он планирует избавиться от вас поодиночке, не бросая при этом тень на себя. Он очень хитер. Возможно, теперь некоторое время он ничего не предпримет. Однако от Одиссея избавились в таком месте, где расследование, вероятнее всего, ничего не даст. И я не могу также обвинить Джона в убийстве Грейвела, не признав, что тот шпионил за ним. Поэтому будьте очень внимательны в ситуациях, когда вероятен несчастный случай. И будьте осторожны, когда остаетесь одни.

— Черт побери! — взорвался де Бержерак. — Если бы не этот пресловутый закон, запрещающий дуэли, я бы вызвал Джона на поединок и покончил бы с ним. А автор этого закона вы, сеньор Клеменс!

— Я вырос в стране, где дуэли были широко распространены, — произнес Сэм. — И сама идея вызывает у меня отвращение. Если бы вы только видели трагедии… Я полагаю, что вы их, конечно же, видели, но это, кажется, не повлияло на вас. А кроме того, вы думаете, Джон допустит, чтобы вы вызвали его на дуэль? Нет, могу побиться об заклад, вы просто исчезнете или с вами произойдет несчастный случай.

— Почему же нешчаштный шлучай не может проижойти ш Джоном? — вставил Джо Миллер.

— А как пройти через живую стену его телохранителей? — поинтересовался Клеменс. — Нет, если с Джоном и случится несчастный случай, то это будет действительно несчастный случай.

Он отпустил всех, кроме де Бержерака и Джо Миллера; впрочем, Джо и так никогда не оставлял Сэма, если только не был болен или если Сэму не нужно было уединиться.

— Незнакомец сказал, что он выбрал двенадцать человек для финального штурма Туманной Башни, — начал Клеменс. — Это Джо, вы, Ричард Френсис Бартон, Одиссей, я, итого: пятеро. Никто из нас не знает, кто остальные семь. Теперь Одиссей исчез и Бог знает, увидим ли мы его снова. Незнакомец намекнул, что все двенадцать человек должны собраться на Судне по пути к полюсу. Но если Одиссей будет воскрешен где-то к югу, ниже по Реке, так далеко, что не успеет вернуться к окончанию строительства судна, значит, ему не повезло.

Сирано пожал плечами и потер свой длинный нос.

— Зачем попусту беспокоиться? Или это в вашей натуре? Из всего, что нам известно, нельзя сказать, что Одиссей погиб. Возможно, его посетил этот ваш Таинственный Незнакомец, который, кстати, по утверждениям самого Одиссея — женщина и поэтому его посетитель не тот, кого встретили вы и я. Простите, я отклонился от темы. Как я уже сказал, возможно, Одиссей был неожиданно куда-то отозван этим Незнакомцем, и мы только со временем сможем выяснить, что же произошло на самом деле. Пусть этот призрачный ангел, или демон, сам позаботится обо всем. Мы должны сейчас сосредоточить все наши усилия на постройке этого сказочного корабля и пронзать клинком каждого, кто окажется у нас на пути.

— В этом ешть шмышл, — кивнул Джо. — Ешли бы у Шэма отраштал хотя бы один волош каждый раж, когда его что-то тревожит, то он был бы похож на дикобража.

— Устами младенца… и бесхвостой обезьяны глаголет… — сказал Клеменс. — Что ж, если все пойдет хорошо, а пока что нам в этом отношении не очень-то везло, то мы начнем клепать металлические листы обшивки корпуса через тридцать дней. Это будет самый счастливый день в моей жизни, кроме, конечно, того дня, когда мы спустим корабль на воду. Я буду даже счастливее, чем в то день, когда Ливи приняла мое…

Он мог бы и раньше прекратить свое словоизлияние, но ему хотелось хоть немного досадить Сирано. Француз, однако, не обратил на это никакого внимания. И почему он должен был обращать внимание на болтовню Сэма? Ведь Ливи принадлежала сейчас только ему. И говорила ему «да» всякий раз…

— Что касается меня, то вся эта затея не вызывает у меня особенного восторга, — сказал де Бержерак. — Ибо я мирный человек. Мне хотелось бы иметь достаточно досуга, чтобы предаваться радостям жизни, покончить со всеми войнами, но если без кровопролития все-таки не обойтись, то пусть оно будет между джентльменами, которые хорошо владеют шпагой. Однако мы не можем без помех соорудить корабль, потому что те, у кого нет железа, жаждут его и не остановятся ни перед чем, пока не получат его. Поэтому я считаю, что Джон Безземельный в одном все-таки прав. Вероятно, нам следует провести тотальную войну, как только у нас будет достаточно оружия. Тогда мы смогли бы очистить берега Реки от любых потенциальных очагов сопротивления на 30 миль с каждой стороны от Пароландо. И тогда у нас будет неограниченный доступ к древесине, бокситам, платине…

— Но если сделать так, — тут же перебил его Сэм, — если убить всех жителей, то на следующий день ваши страны опять будут заполнены людьми. Вы же знаете, как действует механизм Воскрешения. Посмотрите только, как быстро была заселена эта местность после того, как метеорит убил здесь всех прежних жителей.

Сирано поднял длинный и грязный палец. Сэм понял, что Ливи постепенно проигрывает битву за чистоту.

— Но эти люди будут неорганизованы, — произнес он. — А мы — тут как тут, организуем их, примем их гражданами расширившего свои владения государства Пароландо. Мы даже можем допустить их к жеребьевке при наборе в команду. Если смотреть с перспективой, то было бы лучше приостановить сейчас сооружение корабля и сделать так, как я предлагаю.

«И я пошлю тебя в первых рядах», — подумал Сэм.

— А я думаю иначе, — покачал головой Клеменс. — С одной стороны, наши граждане будут драться как дьяволы, чтобы защитить себя, поскольку все они связывают свои надежды с кораблем. Но с другой стороны, они вряд ли будут в восторге от завоевательной войны, особенно, когда поймут, что участие новых жителей в жеребьевке существенно уменьшит их собственные шансы. Кроме того, это несправедливо.