Аллергия на ложь - Рина Осинкина

Из холдера выглянул краешек паспорта, который хозяйка тут же схватила и с торжествующим видом сунула под нос соседу, раскрыв на нужной странице.

Сосед извлек из кармана очечник, из него – окуляры, водрузил их на нос и ознакомился с предложенными графами.

– Ну, я так и предполагал с самого начала. Зачем же ты, Владислава, читала мне лекцию про разницу в возрасте и вытекающие из нее жуткие последствия? Мы с тобой ровесники. Вот, гляди.

Из другого кармана штанов он достал смартфон, нашел нужную фотографию в альбоме, предъявил Владе.

Это была не фотография, а скан его паспорта, из которого следовало, что родился Артем Адамович Дубровин в городе Москве, в году одна тысяча девятьсот восемьдесят девятом, месяц – июнь, число – шестое.

– Пластика лица? – глупо спросила Влада. – Хотя, пожалуй, нет. Пожалуй, холерично-сангвиничный темперамент и подростковые манеры.

Не глядя на соседа, она вернула ему мобильник. Рука подрагивала, и Влада надеялась, что это было незаметно. Проговорила с деланым облегчением:

– Вот и разобрались. Извини, что я немного нашумела на тебя, у меня нервы за последнее время слегка…

Он уложил смартфон на стол, посмотрел внимательно на Владу. Взял ее за плечи, осторожно привлек к себе и без улыбки произнес, глядя в запрокинутое лицо:

– Не заговаривайте мне зубы, девушка. Я только что, вот сию минуту, решил взять тебя в жены сорокапятилетнюю. Реальные твои тридцать два для меня просто счастливый бонус.

– У нас нет ничего общего! – испуганно воскликнула она. – Ты айтишник, я библиотекарша. Нам даже не о чем будет поговорить друг с другом.

Ее бывший муж, будучи средне обеспеченным менеджером, вил из нее веревки, заставляя жить по своим меркам. Весьма богатый бизнесмен и программист Дубровин превратит Владу в вещь.

Он не такой?! Иллюзия, которая развеется очень быстро, а чтобы исправить все, опять придется ломать по живому.

Он не такой!

Он добрый и веселый.

И слушаться его будет приятно. Радостно будет слушаться и удовольствием.

Но она сказала, усмехнувшись и многозначительно подмигнув:

– Чтобы весело проводить время, необязательно жениться.

– Что-что?! – грозно переспросил он и даже слегка ее потряс. – Выбрось эту грязную мысль из головы, Владислава.

Она смутилась, опустила взгляд, а он сказал серьезно и печально:

– И поверь, голубка моя, делать предложение – очень непросто. Даже страшно. Если уж мужчина на это решился, то…

В этот волнительный и важный момент со двора донесся надрывный певческий альт: «Когда б имел златыя горы и реки полныя вина…»

– Снова пьет? – спросил Артем, сунув нос Владе в макушку.

– Пока держится, – пробормотала Влада ему в плечо. – А песни горланит, когда тяга к спиртному подступает, чтобы отвлечься. Но боюсь, недолго она продержится.

– Тогда слушай идею, – сказал он, прижавшись щекой к ее теплому виску. – Поищем-ка мы в Сети фотографии двух-трех феноменальных личностей, которые испытывают непреодолимое отвращение к алкоголю. Такие бывают, ты в курсе?

– Что-то слышала, – невнятно ответила она.

– И угостим Татьяну Степановну этими фотками.

– Обработанными твоим софтом?

– В точку. Как думаешь, это будет считаться нашим общим интересом?

– Ну… Это как-то притянуто за уши…

Он не дослушал, а обнял еще крепче, губами нашел ее губы и поцеловал.

И она про все забыла.

И он про все забыл.

Кот Шедулер, урча и легонько покачиваясь в такт мурлыканью, самодовольно щурился с табурета, искоса посматривая на комплект из двух своих трусохвостых и делая вид, что вовсе на них не смотрит.