Гимн шута 3 - Антон Сергеевич Федотов

— Добрый день, Виктория Львовна, — вздохнул клановец.

Ну не вырывать же руку, в самом деле посреди коридора? Да еще и при свидетелях! Поймут же неправильно. Попробуй потом разубеди! Слухов про них и так ходит немало. Не стоит добавлять новых. Впрочем, возможно, Павел и попытался бы избавиться от нежеланной ныне собеседницы. Только вот цепкость пальчиков Юсуповой поражала… попробуй еще вырвись!

— Мне показалось, или вы не рады меня видеть, Павел Анатольевич? — коротко поинтересовалась «уральская принцесса».

От холодной улыбки девушки у человека неподготовленного могли мурашки по спине побежать. Чуть более впечатлительные зрители и слабость организма вполне могли продемонстрировать. Однако нынешнему собеседнику было на все это глубоко плевать. «Кажется, замечательным словом „отморозок“ совсем скоро можно будет величать не только Кроля, но и меня самого» — решил он.

— Ну, знаешь, есть такие люди, которых лучше сто раз не видеть, чем один раз услышать… — обтекаемо протянул молодой человек, шага при том не замедлив и направления не сменив. Все-таки он еще надеялся немного передохнуть в тишине.

— Грубо… — констатировала девица без особого сожаления в голосе.

— Но справедливо.

Этой только дай волю. Тут же на шею сядет. Впрочем, сколько «отлуп» не давай, а пытаться она будет в любом случае. Павел лишь надеялся объяснить ей, что сесть ему на шею не раздвинув ноги будет тяжеловато.

Удивительно, но в ответ Вика лишь промолчала.

— Доходчиво объяснил? — вновь взял слово Волконский.

И имел он ввиду в этот раз вовсе не саму девушку, а ее родичей.

— Угу, — буркнула та. — Очень доходчиво.

— Но не результативно, да? — поинтересовался парень, тоном постаравшись намекнуть, что каждое слово клещами из девушки тянуть ему не нравится.

— До некоторой степени, — вздохнула та, но тут же поправилась и принялась рассказывать обстоятельно. — Время ты выиграл. Пару месяцев, как минимум. Так что сражение за тобой. С войной сложнее. Глава заинтересовался тобой. Так что…

«Да чтоб вас всех с вашими традициями и правилами!» — вздохнул Волконский мысленно. То ли Демид Николаевич «удила закусил», то ли, напротив, строптивость Павла ему по вкусу пришлась, но, кажется, идея свадьбы ему все еще излишней не казалась.

— Сам виноват, — коротко пожала плечами все еще обхватившая руку клановца Юсупова.

Это движение задумавшийся парень скорее почувствовал, чем увидел.

— Ты на приеме Горюновых что устроил?

Теперь настала очередь и Павлу пожать плечами. Мол, так было нужно.

— Вот и заинтересовал ты моих родичей.

Ну да. Не просто муж для дочки, которую нужно «выключить» из игр в престолонаследие, но и самостоятельный союзник, способный самостоятельно решать задачи довольно высокого уровня. Да уже тот факт, что клановец явился по личному приглашению, многое сказал не только его врагам, но и потенциальным союзникам. А так же различным… персонам с матримониальными планами.

«Как хорошо, что у меня нет постоянного канала связи со внешним миром и официального адреса!» — порадовался сам за себя молодой человек. Иначе пришлось бы нанимать еще пару спецов и… заводить их под начало Катерины. Иначе с валом корреспонденции ему точно не справиться. А так пусть «официальные» Волконские отдуваются!

— Мда, — коротко прокомментировал молодой человек. — Плохо.

— Каждый видит то, что хочет видеть…

— Тогда почему я вижу тебя? — поинтересовался молодой человек с любопытством.

— Так что ты подумай… — коротко хмыкнула девушка, ешив проигнорировать хамский даже по меркам ее собеседника вопрос.

Павел на миг удивленно вскинул брови и… кааааак понял. «Вот ведь стерва!» — хмыкнул он про себя. Почувствовав, что с таким женихом и содержание даже в родном клане неплохим будет, и «золотая клетка» отменяется, «уральская принцесса» воспряла духом. И, вроде как, даже уже и против такого исхода особо не выступала.

Волконский остановился столь резко, что вцепившуюся в его руку Юсуповы неплохо так мотануло. На губах парня играла злая предвкушающая улыбка.

— Вот теперь мне не по себе, — как-то неуверенно протянула Вика.

— Милая моя, — прошипел негромко Павел столь «добро», что девушка действительно напряглась. — Кажется, у нас проблемы с мотивацией. Но это ничего. Случается. Сейчас я тебе помогу. Слушай меня внимательно, Виктория Львовна, ты у меня в четырес стенах сидеть будешь, поняла? Напомню, что содержание нашей гипотетической семьи будет идти через мои счета. Так что даже чтобы новые колготки купить тебе прошение за месяц подавать придется, все ясно⁈

Тихий спокойный голос звучал столь уверенно, что девушка как-то очень явно представила себе картины своего возможного безрадостного будущего.

— Ой… — негромко вырвалось из ее груди.

— Так, может быть, все же постараемся решить ситуацию к общему удовлетворению? — продемонстрировал собеседнице свою фирменную чуть безумную ухмылку клановец.

— Поняла. Осознала. Раскаялась.

Голос девушки звучал твердо и искренне. Павел даже гордиться собой начал.

— Хм, а я спец в мотивации! — хмыкнул он. — Может быть, курсы какие вести начать?..

Юсупва веселья не поддержала. Отчего-то она совершенно справедливо была уверена, что тот насчет ее будущего не шутит совершенно. Ей предстояло многое обдумать. А потому она была даже рада, когда собеседник оборвал сам себя на полуслове и поспешил прочь со словами:

— Прошу простить, Вика, дела.

Девушка спорить не стала. ей необходимо было побыть одной.

* * *

Моторика человека — очень индивидуальна. Поэтому Павел, стоило ему краем глаза «зацепить» знакомую походку, мгновенно «взял след».

Его цель двигалась сосредоточенно и целеустремленно, а потому Волконский без труда определил конечную точку маршрута Матвея. Естественно, вместе с приятелем в кабинку клановец ломиться не стал. Вместо этого он занял выжидательную позицию рядом с умывальниками. Как человек воспитанный, Воронцов ни за что мимо них не пройдет.

— Матвей Александрович, приветствую, — хмыкнул негромко молодой человек, едва его собеседник выключил воду.

Воронцов на миг замялся с сомнением скосив взгляд на свою еще влажную руку.

— Бойся человека, покидающего туалет с сухими руками, — искренне рассмеялся Павел.

Его приятель от такой простоты душевной на миг завис. Но руку таки пожал и даже усмехнулся негромко:

— Вот чего я точно не ожидал услышать в стенах Классов, так это туалетной мудрости!

— Вот такой он, сортирный юмор, — еще шире растянул губы в ухмылке Павел. — Нужно поговорить.

Такая прямолинейность в клановой среде была не в почете. Однако Матвей уже привык к выходкам «этого сумасшедшего Волконского», как про него шептали