Школа на Роковой Горе - Яна Никитина

В замке хозяйничал Алан. Он кормил кота. Я грохнулась на пол посреди кухни, вышибив окно при неудачном планировании Летуча. Про ремни безопасности я, конечно, забыла. Заклинание телепортации меня окончательно вымотало. Кот выгнул спину и зашипел. Алан прекратил помешивать уху из кильки и бросился ко мне на подмогу. Я обняла его и немедленно отключилась.

Очнулась я в собственной спальне минут через десять. На мне оказался огромный махровый халат. Алан успел залечить мои раны. Теперь он внимательно рассматривал ссадины от верёвки на моей руке.

– Где ты была? - поинтересовался он.

– Добрый день, Алан.

– Я склонен полагать, что ты гостила у моего хорошего друга Джеймса, которого теперь, впрочем, чаще называют просто Пиратом.

Я изумилась. Так у этого разбойника все-таки есть имя?!

– Откуда ты знаешь?

– Только Пират пользуется такими верёвками. Импорт из его родных краев. У нас в Средиземьи другая структура нитей.

– Нет, откуда ты знаешь этого Джеймса?!

– О, мы с ним в былые времена часто скрещивали шпаги. Замечательный малый. Сильный маг, прекрасный фехтовальщик. Вот только промышляет нелегальной магией. Объясни мне, пожалуйста, чем ты ему не угодила?

Я вкратце обрисовала ситуацию. Алан изумлённо приподнял брови.

– Вот уж не ожидал, что он на тебя клюнет, - сказал он.

Я в свою очередь возмутилась:

– Я не зерно, а он не курица, чтобы на меня клевать.

– Хмм, в таком случае половина мужского населения Секторов кудахчет зря, - задумчиво произнёс Алан.

Я расхохоталась и свалила Алана на кровать, использовав хитрый приёмчик. Алан отчаянно отбивался половником. Я же лихо избивала его пуховой подушкой. За этим увлекательным занятием нас застал посланник Магистрата, возникший в дверях. Он деликатно прокашлялся. Алан, занявший в этот момент позицию сверху, слез с меня, деловито поправил фартук и удалился на кухню. Я лихорадочно поправила волосы, вскочила и сбивчиво сообщила:

– Вы не то подумали…

Посланник смущённо откашлялся и объяснил:

– Ничего, сударыня. За время своей службы в Магистрате я видал сцены более душераздирающие, нежели чем дуэль на половниках и подушках. Вы должны простить меня за столь неожиданное вторжение, но я стучал. Однако, Вы, будучи заняты сражением, очевидно, не услышали мой стук.

Прикинув, что, если бы пахло жареным, то навряд ли передо мной бы извинялись за вторжение, я озадаченно спросила:

– А в чем, собственно, дело?

– Дело в том, сударыня, что господин седьмой Магистр просил Вас найти время и посетить Магистрат. Это не срочно, у них сейчас других дел по горло, однако не стоит и слишком откладывать.

– А на кой я ему сдалась? - не очень почтительно отозвалась я.

Посланец пожал плечами, поклонился и исчез. Я в свою очередь хмыкнула. Найду время. Но не сейчас. Тем более, что у них сейчас других дел по горло. С кухни вернулся Алан, сменив фартук и половник на плащ и шпагу. Он умел выглядеть чрезвычайно элегантно, не прилагая к этому, казалось бы, совершенно никаких усилий.

– Алан! - воскликнула я, - Меня просили прибыть в Магистрат.

– Просили? - удивлённо повёл бровью Алан. - Тогда можешь не торопиться. Если бы Магистры точили на тебя зуб, ты бы уже давно предстала перед судом. Скорее всего, Дениэл просто желает провести с тобой душещипательную беседу на тему чтения запретных для третьей степени книг.

Я ещё только-только осваивалась на поприще владения магией, а потому зябко поёжилась. Разговор с Дениэлом с глазу на глаз был для меня чуть ли не более страшной карой, чем, к примеру, гильотина. Тем более, что за мной водились и более серьезные грешки, чем изучение запрещенной литературы. Злоупотребление магией, например…

– Да не бойся, - усмехнулся Алан. - Зная твой характер, не ошибусь, если скажу, что этот разговор - самое мягкое наказание из всех, которые тебе придётся претерпеть от Дениэла впоследствии за несанкционированное использование магии.

Не скажу, что Алан меня обнадёжил. Его понятия о милосердии кардинально отличались от моих. Потому я уже представляла себя распятой на дыбе в жутких застенках Магистрата. Видимо, живописная картина, возникшая в моём мозгу, была настолько яркой и убедительной, что Алан - талантливый телепат, завидев такое, засмеялся, да так, что вынужден был сесть, чтобы не свалиться на пол.

– Вот за что тебя ценю, подруга, - молвил он, когда прошёл приступ безудержного веселья, - так это за то, что во всём этом мракобесьи под названием Сектора только ты одна способна меня обезоружить своим необычайным видением мира.

Я справедливо обиделась за Сектора.

– Почему это Сектора - мракобесье? - сердито надувшись, полюбопытствовала я.

Алан лишь поморщился и сообщил:

– Деточка, я просто не могу иначе назвать подпространство, где собрано многотысячное количество безумно талантливых, ещё более самоуверенных и неорганизованных Учеников, которые стремятся уложить мир вокруг себя каждый по своей мерке, и которыми никто не управляет.

– Почему никто? А Магистрат?

– Учеников тысячи, а Магистрат - один, - справедливо заметил Алан.

– А Совет? - уже менее убеждённо спросила я.

Алан горько усмехнулся.

– Совет - видимость. Он ни на что не способен.

Спаси меня Боже от пессимистов!

– Но ведь Дениэл пока справляется, - также справедливо заметила я.

Алана, похоже, начинало доставать моё упрямство. Он слегка побледнел и уверенно заявил:

– Знаешь что, Мерфи, при всём уважении к твоему уму, я никак не могу понять, почему же иногда ты соображаешь туже осла? Дениэл справляется со всем, что касается магии, потому что он прирождённый маг. Но он прекрасно понимает, что в остальном, как-то: дуэли, разбойники, вольницы, мелкая и крупная торговля с местными, контрабанда - ему не справиться. Тут не помог бы даже народный суд. Вот сейчас куда я, по-твоему, направляюсь? Утихомиривать очередную вольницу. В прошлый раз эти смелые ребята решили, что проживут без Магистрата. Я насилу убедил их, что Дениэл ввиду своей занятости не поедет сам разбираться, откуда такие вольные мысли пошли в народ, а попросту прихлопнет магическим ударом всю братию свихнувшихся магов, даже не выходя из кабинета. А сейчас у ребятушек очередной сдвиг. Решили облагодетельствовать соседние государства под личным руководством. Желают, видите ли, насаждать умное, доброе, вечное в тёмные народные массы. И всё при помощи магии.

– А что такого страшного? Пущай сеют, - решила я, не усмотрев в действиях коллег какого бы то ни было состава преступления.

Алан вздохнул, обошел пару раз комнату по периметру - горизонтально и вертикально, а затем, выпустив пар, терпеливо пояснил: