Катарсис. Том 2 - Василий Головачёв

Поскольку в операции участвовала и «двойка» — разведка Катарсиса, и «семерка» — обеспечение, Панкрат включил их в свою «группу влияния», поставив перед каждым командиром определенную задачу.

Как только к зданию подъехал объект нападения в сопровождении Тимергалина и вошел внутрь, разведчики и наблюдатели «двойки» поймали цель — командира отряда оцепления, и повели ее, не теряя из виду. Затем возле Центра внезапно появилась кавалькада байкеров на мотоциклах, мгновенно усложнив задачу легионерам своим непредсказуемым и «очень громким» поведением. Это была вспомогательная группа «семерки», призванная отвлечь внимание легионеров, с чем она справилась прекрасно.

В бессильной ярости смотрел командир оцепления на шалости разукрашенных, как попугаи, цветноволосых, затянутых в кожу и металл молодых людей, потом терпение его лопнуло, и он решил убрать мотоциклистов от здания ЦНМ, приказав своим подчиненным и телохранителям вмешаться в «половецкие пляски» байкеров. Но стоило ему на минуту остаться одному у въезда на территорию Центра, как из стоящей неподалеку «Газели» выскочили оперативники Панкрата и в течение нескольких секунд обезоружили «киборга», связали и запихнули в фургон, где Панкрат уже ждал его с «глушаком». Еще через несколько секунд в эфир полетела команда отбоя, снимающая оцепление и отправляющая легионеров к месту их постоянной дислокации. Если кто из них и заметил необычно заторможенное состояние командира, то не придал этому значения. Через пять минут оперативники «тающих» из оцепления сели в микроавтобус, на котором прибыли сюда, и уехали.

Крутов и Мария, связанные по рации со всеми членами команды и с диспетчером трафика, ждали своей минуты в одной из лечебных палат Центра, играя роль больных. Тигран с Тимергалиным лечили неврозы, психические расстройства, алкоголические синдромы, стрессы, суицидальные кризы, аллергию, поэтому ЦНМ имел около двух десятков лечебных и процедурных палат, не пустовавших практически никогда, в том числе и на праздники.

Получив сигнал об успешном последовательном исполнении трафика другими группами, Егор и Мария, одетые в серые халаты с эмблемой ЦНМ — две змеи, кусающие друг друга и образующие силуэт сердца, — вышли из палаты и двинулись к лестнице, чтобы подняться на этаж выше, где располагались лаборатории Тиграна и Тимергалина и их кабинеты.

Со стороны они выглядели слабыми и больными (благодаря влиянию Марии) и опасности не представляли, поэтому боевики группы захвата, перекрывшие лестничные площадки, реагировали на них со снисходительным терпением, позволив подойти почти вплотную.

Егор перед этим глотнул «ерофеича», его распирала энергия, и он жаждал активного действия, будучи уверенным, что вполне мог бы справиться с «киборгами» по простому, в рукопашке, в считанные секунды. Однако шум поднимать было рано, и Крутов предоставил право действовать Марии, готовый в случае нужды применить приемы живы, основанные на бесконтактном воздействии.

— Нас ждет врач, — тихим старческим голосом сказала Мария с улыбкой, посмотрев в глаза обоим «киборгам».

— Конечно, бабуля, — отозвался легионер, отступая в сторону. — Проходи к своему врачу.

Крутов и Мария поднялись по лестнице на четвертый этаж, оставив двух парней в абсолютной уверенности, что они видели старика и старуху. Дверь с лестничной площадки в коридор четвертого этажа оказалась открытой, но больные проникли в коридор с некоторым трудом: сказывалось мощное пси-воздействие созданной Тиграном «зоны запрета». Крутов с грехом пополам, но все же сумел отстроиться от давления чужой воли, Мария же потратила время на создание «зонтика защиты», сделавшего их невидимыми для чужих глаз. Затем началась финальная стадия операции, зависящая теперь только от опыта, реакции и силы воли обоих. Развертка всех основных сил и действующих лиц закончилась, фокусники в лице магов: черного — Ивана Авогеина и серого — Петра Афанасьевича Тиграна — приступили к демонстрации заранее приготовленных сюрпризов.

В коридоре находилось всего двое «киборгов» из группы захвата Легиона, которые держали под прицелом дверь в кабинет Тиграна. Егора и Марию они не заметили, несмотря на специальные шлемы, защищавшие головы от психотронного излучения.

Из донесений разведчиков Крутов знал, что Тигран в этот момент беседует с представителем Легиона, командиром группы захвата и всей операции, что вместе с ним находится черный маг, ждущий своего часа, что в Центр уже проникла спецгруппа легионеров с переносным пси-генератором «анаконда», но сигнала к атаке все не было, диспетчер молчал, напряжение предбоя сгустилось до предела, время утекало в пространство каплями секунд, волнение Крутова росло, и, когда он готов был взорваться от нетерпения, в коридоре появились наконец «киборги», вооруженные необычной формы «бластерами», напоминающими гибрид мясорубки и дикобраза. Это были новейшие портативные гипногенераторы «анаконда-2», способные заставить повиноваться практически любого человека. «Киборги», также не заметив застывшую у стены пару «больных стариков», вошли в приемную академика.

Крутов невольно погладил на груди оберег на цепочке, получил слабый «электрический» укольчик (Лиза, оставшаяся в машине у въезда в Крылатское, посылала ему свое «спаси и сохрани!») и сказал в усик рации:

— Мы пошли!

В то время, как Егор с Марией еще только подходили к двери приемной, в кабинете Тиграна разыгралась сцена дуэли магов, безмолвная, без единого слова и движения, но от того еще более странная и страшная, превратившая присутствующих при этом людей в марионеток, чьи органы чувств подверглись невиданной атаке магических заклинаний и сил. Крутов с трудом удержался на ногах, едва не потеряв сознание от всплеска пси-полей, несмотря на соединенный отпор Марии и Лизы, оберегавших своего Витязя. Некоторое время ему казалось, что он находится в лесу, каждое дерево которого, каждый куст норовили вцепиться сучьями в одежду, выколоть глаза и сломать ноги.

Петр Афанасьевич Тигран переоценил свои силы. Несмотря на предупреждение Крутова и совет Тимергалина не доводить ситуацию до прямого столкновения, он не стал готовить запасные пути отхода и подстраховываться на случай физического нападения. Он был уверен, что ни один конунг не осмелится объявить ему магическую войну, чреватую осложнениями и непредсказуемыми последствиями, а если и осмелится, то выбор оружия будет за тем, кому эту войну объявили. Однако вопреки его уверенности конунг, не побоявшийся лобовой атаки, нашелся и действовал далеко не по-джентльменски, используя не только свое мастерство, но и помощь черного эгрегора, а также технические средства типа психотронных генераторов второго поколения, с которыми Петр Афанасьевич еще не имел дела и защиты от них не знал.

Пока он вел переговоры с послом Легиона, еще раз предложившим подсоединиться к Проекту Пси-Пирамидальной Революции «во имя будущего», конунг Иван Елисеевич Авогеин подготовил мощный «пси-заряд», подключился к вспомогательному усилителю пси-поля, роль которого должен был сыграть эгрегор храма Черного Лотоса, дезорганизованный вследствие потери лидера, но все еще работоспособный и опасный, как куча расползавшихся муравьев, и «выстрелил».

Этот «пси-выстрел» подействовал на всех, кто находился в этот момент в здании Центра, в том числе и на Крутова с Марией, но предназначался он в основном Тиграну, и Петр Афанасьевич, отразив его, вдруг с пугающей ясностью осознал, что не свободен, как прежде, что не может уйти отсюда легкоступом, изменив топологию пространства, и что даже помощь Умара Гасановича Тимергалина не решит проблему.

Конунг нанес еще один удар, более мощный, показав, что владеет пятым уровнем самореализации и всеми доступными этому уровню силами. Грэй отбил и этот выпад, отчего структура пространства-времени в зоне высвобождения энергии начала «плыть», потеряла связность, что, в свою очередь, отразилось на людях, закричавших от болевого шока. Некоторое облегчение Петр Афанасьевич испытал, когда на помощь пришел Тимергалин, сотворив нечто вроде «молниеотвода», куда ушла часть энергии конунга. Эффект этого отвода проявился в виде черной ветвистой молнии, пробившей стены и потолки здания и вонзившейся в воду гребного канала напротив; вода при этом мгновенно закипела.

Некоторое время длилось равновесие: конунг наращивал мощь ударов, пользуясь «усилителем» храма, грэй и его ученик отражали их, пытаясь нащупать резонансные частоты и разрушить «усилитель» энергии. Но их сил не хватало, и бой — невидимый непосвященным — продолжался. Правда, недолго. Легионеры принесли гипногенераторы, и Авогеин без колебаний пустил в ход «анаконду-2».

Эффект выстрела можно было сравнить с включением мощного пенотушителя на пожаре: струя пены ударила по языкам пламени, и пожар погас. Точно так же «погас» Тигран, получив «струю пены» — поток ментального излучения, отключивший его сознание.