Пески Марса. Остров дельфинов (романы) - Артур Кларк

— Посмотри-ка, — сказал он, протягивая ее Джонни.

Черный заостренный крючок, похожий на маленький серп, тщетно тянулся к нему с одного конца раковины.

— Ядовитый, — сказал Мик. — Если она ужалит тебя, сильно заболеешь. Можно даже умереть.

Мик осторожно положил раковину обратно. Джонни задумчиво смотрел на нее. Такая красивая, безобидная на вид и несет в себе смерть! Он надолго запомнил этот урок.

Но он узнал также, что риф не грозит опасностью, если следовать двум правилам здравого смысла. Первое — гляди, куда ступаешь, второе — ничего не трогай, если не знаешь, что это безвредно.

Наконец они достигли края рифа. Перед ними расстилалось медленно дышавшее море. Отлив еще продолжался, и вода стекала с обнажившихся кораллов по сотням узеньких русел, которые она пробила в живых скалах. Тут оставались большие глубокие озера, соединявшиеся с морем, в них плавали такие крупные рыбы, каких Джонни еще никогда не видел.

— Пошли, — сказал Мик, надевая маску. Почти без всплеска он нырнул в ближайшее озерко, даже не обернувшись, чтобы узнать, следует ли за ним Джонни.

На мгновение Джонни помедлил, но, побоявшись показаться трусом, осторожно спустился по хрупкому кораллу. Как только его маска погрузилась в воду, он забыл обо всех своих страхах. Подводный мир, который он рассматривал сверху, оказался еще прекраснее теперь, когда он плыл, опустив лицо вниз. Он и сам чувствовал себя рыбой в гигантском аквариуме. Через стекло маски он видел все поразительно отчетливо.

Джонни медленно следовал за Миком вдоль изгибавшихся стеной коралловых скал, которые, казалось, расступались по мере приближения к морю. Сначала глубина составляла всего шестьдесят-девяносто сантиметров. Затем дно внезапно ушло из-под ног Джонни, и, прежде чем он понял, что произошло, оно опустилось на шесть метров. Обширная банка кончилась, и теперь он плыл в открытое море.

Сперва он сильно испугался. Застыл на минутку и перевел дух, потом через плечо взглянул назад, чтобы убедиться, что безопасное место всего в нескольких метрах за ним. Затем снова стал глядеть вперед, вперед и вниз.

Определить точно, как глубоко проникает его взор, он не мог — пожалуй, метров на тридцать. Перед ним был длинный пологий скат, который вел в места, совершенно не похожие на только что покинутые им озера, пронизанные светом и играющие красками. Из мира, залитого солнцем, он заглянул в синий таинственный сумрак. Далеко внизу в этом мраке, колыхаясь, проплывали огромные тела, взад и вперед, словно в величавом танце.

— Кто это? — шепотом спросил Джонни своего спутника.

— Разновидность морского окуня, — сказал Мик. — Посмотри-ка.

И Мик, к ужасу Джонни, покинул поверхность воды и устремился в глубину так же быстро и грациозно, как любая рыба.

По мере приближения к этим движущимся теням Мик становился все меньше и меньше, а они словно вырастали в сравнении с ним. Он остановился прямо над ними, на глубине около пятнадцати метров. Вытянув руки, попытался коснуться одной из этих огромных рыб, но она махнула хвостом и вильнула в сторону.

Мик явно не спешил наверх. Джонни же, пока длилось это представление, успел судорожно вздохнуть не менее дюжины раз. Наконец, к большому облегчению единственного зрителя, Мик медленно всплыл, помахав на прощание морским окуням.

— Какой величины эти рыбы? — спросил Джонни, когда Мик вынырнул на поверхность и отдышался.

— Эти весят каких-нибудь сорок-пятьдесят кило. Видал бы ты их на севере — там они действительно большие. Мой дед поймал на крючок близ Кернса рыбину весом четыреста килограммов.

— Но ты ведь не веришь ему, — усмехнулся Джонни.

— Нет, верю, — ответил Мик, тоже с улыбкой. — В тот раз он ее сфотографировал и сохранил снимок.

Они повернули обратно. И пока добирались до края рифа, Джонни глядел в синеватую мглу, где нависали уступами коралловые глыбы, а между ними медленно плавали грузные тела. Этот мир был чужд, как инопланетный, хотя и находился здесь, на родной Земле. И именно потому, что мир этот был таким чужим, он наполнял Джонни любопытством и страхом.

Был только один способ освободиться от этого чувства. Рано или поздно ему придется последовать за Миком и спуститься вниз по этому синеватому таинственному склону.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

— Вы правы, профессор, — сказал доктор Кейт, — хотя черт мен подери, если я знаю, как вы об этом догадались. В радиусе действия наших гидрофонов нет ни одной крупной стаи дельфинов.

— Тогда мы поищем их с помощью «Летучей рыбы».

— Но как их найти? Они могут оказаться где угодно в пределах двадцати пяти тысяч квадратных километров.

— А для чего искусственные спутники? Вызовите контрольную станцию Вумера и попросите провести фотосъемки моря вокруг острова в радиусе восьмидесяти километров. Завтра как раз на восходе солнца один из спутников пройдет над нами.

— Но почему именно на восходе? — спросил Кент. — А, понимаю, длинные тени помогут обнаружить цель.

— Разумеется. Обыскать такую огромную акваторию — дело непростое, и, если поиски продлятся слишком долго, дельфины за это время окажутся бог знает где.

Джонни услышал о проекте вскоре после завтрака, когда его вызвали для участия в разведке. Профессор Казан, видимо, откусил кусок больше, чем мог разжевать: бильдаппарат острова принял двадцать пять фотографий, каждая из которых охватывала квадрат со стороной тридцать километров и содержала огромное количество деталей. Эти снимки были сделаны с метеорологического спутника, обращавшегося на высоте всего восемьсот километров, примерно через час после рассвета. Облачности не было, и фотографии получились отличными. Мощные телескопические камеры сократили расстояние всего до восьми километров.

Из всей этой мозаики Джонни дали на рассмотрение не слишком важный, но самый интересный для него снимок. Снимок этот был центральным и запечатлел остров целиком. Рассматривать его через лупу было необыкновенно увлекательно. Джонни узнавал здания, дорожки и суда, отчетливо видимые у берега.

Можно было разглядеть даже отдельных людей, которые казались маленькими черными точками.

Джонни воочию убедился, какой гигантский риф окружает Остров Дельфинов. Он тянулся на много километров в восточном направлении, и остров возле него казался маленькой запятой.

Съемка производилась в часы прилива, но сквозь неглубокий слой воды ясно вырисовывалась каждая деталь рифа. Джонни почти забыл о полученном задании, увлекшись исследованием углублений, подводных долин и сотен маленьких ущелий, прорытых водой, устремлявшейся с рифа во врем отливов.