Атомное сердце - Владислав Выставной

Многим жителям Конгломерата, Вольных и прочих Миров доводилось пользоваться межзвездным транспортом. Но мало кто из них имел возможность познакомиться с реальными перегрузками, характерными для примитивной техники догравитроной эры. Только урожденным Летунам, с малолетства приучаемым к полету, приходится проверять на себе все этапы развития космических полетов.

Наверное, Прыщ испытывал сейчас удовольствие – какому Летуну не хочется время от времени попробовать технику и себя самого на пределе возможностей!

Ему напревать на налившиеся кровью, посиневшие лица простых смертных.

Ведь самое главное – полет! Все остальное вторично.

– Прижимаемся к грунту! – свирепо прорычал Прыщ. – Следить за рельефом!

Корабли с трудом выдерживали строй в бунтующей воздушной струе за флагманом, но послушно следовали за ним. Тем более, что силы врага стали отставать – они исчезали за изгибом планеты.

– Идем на предельно низкую! – кричал Впередлетящий. – Выход свободный, по гиперболе!

Его скрюченные пальцы, словно, поводья, натянули нити управления системами: бриг полностью доверился своему Вожаку, перешедшему на чувствительное ручное управление.

Даже на мостике отдавался рев, разносившийся в раскаленной атмосферы за бортом. Жадное пламя вылизывало обшивку, как небывалое лакомство.

Поверхность приближалась.

– Опасная кривизна рельефа! – предупредил голос корабля.

Прыщ лишь рассмеялся, и Гору этот смех не понравился: полет все больше походил на безумие. Впереди маячили острые красные скалы, и казалось, они несутся по самому дну смертельного каньона.

Но реальная информация доступна сейчас лишь пилотам, слившимся с мощью своих кораблей: боевые панели давали несколько искаженную информацию, а еще больше преломляли действительность перегруженный мозг и страх неизвестности.

Дрожь корпуса переросла в чудовищную тряску: корабли вспарывали самую гущу атмосферы, хоть и достаточно разряженной, но отчаянно препятствующей подобному вторжению.

– Вершина гиперболы! – объявил Вожак.

И словно огромная кувалда обрушилась на киль корабля.

Вокруг, за многие мили, взметнулись в небеса пыльные тучи – словно ударная волна от мощного взрыва прошла по планете. Но корабль даже не чиркнул поверхность – лишь приблизился к ней на космической скорости, до предела раскаляя и сжимая атмосферу, превращая ее во мгновенно взрывающуюся бомбу. А следом уже тянулась глубокая борозда, словно изменившая свои свойства атмосфера превратилась вдруг в гигантский плуг.

Следом, в облаках пыли поднятой флагманом, вспарывая газ и землю, врезались в ставший твердым воздух ведомые им корабли.

Некоторые малые суда не выдерживали чудовищной гонки – теряли управление и чиркали поверхность, круша грунт и камень, внешне оставаясь целыми, но разрушаясь внутри, неся гибель экипажам.

Большинству, все же, атмосферный маневр удался – и теперь корабли вырывались из липких лап планетарной газовой оболочки на волю – в пустое и равнодушное ничто. Следом же за пределы атмосферы рвалась потревоженная плоть планеты, словно гигантский пыльный протуберанец…

Корабли врага отстали, скрытые планетарным диском. Они то ли не смогли, то ли не захотели повторить маневр и без того обреченного в общем-то противника.

– У нас есть пара минут, чтобы принять решение, – сказал Прыщ. – И единственное, что я вижу – быстрый прыжок. Чтобы враг не засек направление.

Гор заворожено смотрел на панель: любовался пыльной бурей, охватившей чуть ли не все видимое полушарие планеты. Кто его знает – не пострадали ли несчастные колонисты? Наблюдал ли кто сумасшедший маневр обреченной эскадры? Одно верно: вряд ли им доведется еще хоть раз увидеть подобное зрелище. Кому, как не ему, Миму, знать, что ради некоторых коротких, но ярких впечатлений стоит долгие годы провести в тоскливом однообразии…

– Есть идея, – сказал вдруг Мах. – Рискованная – но чем черт не шутит…

– Черт? – нахмурился Прыщ.

– Он же – Грязный сервер, – пояснил Мах. – Или что-то в этом роде, такая же мистика… В общем, идем в прыжок. Но выйти нужно в том самом секторе, который…

– О, нет… – изменившись в лице, проговорил Прыщ. – Вы только посмотрите…

Но все, кто был на мостике, уже и без того видели, как из-за изогнутого красного горизонта, заслоняя звезды, выползает темная, усыпанная мелкими огоньками, масса.

– Они обогнули планету с противоположной стороны, – растерянно проговорил Вожак. – Что за техника у них, Грязный сервер?!

– Видим множественные цели!

– Накачка закончена!

– Ждем команды на поражение целей!

– Подтверждение атаки?!

Голоса Вожаков ведомых кораблей тревожно заполнили пространство мостика.

В эфире уже витал запах обреченности.

Запах смерти.

– Объединить защиту! Огонь не открывать! – дрогнувшим голосом приказал Прыщ. – У нас не останется ни защиты, ни энергии для прыжка!

– Что делать?! Что?! – возопил эфир.

– В прыжок! – глядя на Гора, сказал Мах. – В пограничный сектор Конгло. Это единственный шанс.

Гор кивнул. Он чувствовал опустошение.

Из всей их затеи не вышло ничего путного. Только десятки уничтоженных кораблей и сотни человеческих жизней – пусть и не самых лучших.

А Дикий флот так и продолжит свое грозное движение к Земле.

Как дорожный каток – на растущий в асфальтовой трещине одуванчик…

– Снять защиту! – приказал Вожак. – В прыжок! Приять координаты…

На боевой панели дрогнули и померкли бледные овалы силовых оболочек. Эскадра начала разгон.

И тут же, одна за другой, с экранов стали пропадать метки «своих».

– Они стреляют! – завопил эфир. – Открываем ответный огонь!

– Это бессмысленно! – орал в ответ Прыщ. – Не тратьте энергию и время!

Но корветы Сил обороны Зирги уже ушли в боевой разворот – чтобы ответить объединенным залпом по ближайшей цели. Из всех возможных решений это оказалось наименее удачным: подставив борта, с отключенной защитой, массивные корабли стали прекрасными мишенями.

И варварам, наверное, тоже надоело играть в кошки-мышки.

Почти одновременно корветы превратились в огненные шары, рассыпавшиеся на мелкие горошины расплавленного металла и композита.

Небольшие передовые корабли Дикого флота набирали скорость куда быстрее флагманского брига рейдеров. Беспорядочного огня клиперов и прочей мелочи они, словно не замечали.

– Нам не успеть разогнаться, – быстро сказал Прыщ. – Боюсь, что это конец…

Гор молча, с отстраненным спокойствием наблюдал, как на фоне красивой красноватой планеты хаотично носится «мошкара» рейдерских судов. Один за другим они вспыхивают, словно мотыльки, бросившиеся в огонь…

Пора в пасть в отчаяние. Но сил уже не осталось.

– Сволочи… – выдавил Мах. – Братцы, я вот что решил: сдамся-ка я в плен. И взорву гадов своим чертовым ядерным насосом, что у меня вместо сердца. Как вам идея, а?

– Любишь ты красивые эффекты, – пробормотал бледный, как смерть, Живодер.

– Тогда я взорву бриг, – зло сказал Прыщ, глядя, как неторопливо приближаются к «Хищнику» два чужих корабля невообразимой конструкции. – Точь-в-точь, как они это делают. Смотрите: эти двое уже захватили нас в энергокапкан. Нашей силовой не справиться… Мы у них на крючке! Когда они подойдут вплотную – я пущу реактор вразнос…

– Тоже мне – герои! Мне ваши подвиги до одного места! И мне как-то обидно сдохнуть, не потратив заработанных гонораров…

Это был Кнак, добравшийся до мостика из жилой зоны, где в муках переносил кошмары боя и орбитальных маневров.

– Нет, правда, – с надеждой проговорил он. – Может, договоримся с ними, а? Вы же знаете – я с кем угодно найду общий язык… О! Кстати, может, это несколько не вовремя, но я только что получил на свой линер сообщение из банка: на наш депозит поступило тридцать миллионов иридов! Мы богаты!

– Что за ерунда? – нахмурился Мах.

– Похоже, наш дорогой Жрец не зря вел столь остроумные переговоры, – неуверенно улыбнулся Кнак. – Промышленники Зирги уверены, что именно мы отвели угрозу от Планеты. Отчасти, конечно так оно и есть, но… Серьезно – это хорошая сумма! Давайте начнем переговоры, а? Жрец, то есть, тьфу! Гор, ты ведь умеешь убеждать!

Кнак не получил ответа. На подобный панический бред отвечать нет смысла…

Картинка в объеме боевой панели вдруг изменилась: надвигающаяся враждебная туша начала менять форму, принялась ломаться и менять направление.

То же самое происходило и со вторым кораблем.

– Ух ты… – проговорил Вожак. – Силовой капкан снят. Что же это происходит, а?

Ответ пришел мгновенно: из-за кормы выскочили и пронеслись вперед три стремительные тени. Прыщ только ахнул:

– Два брига и фрегат! Да это же корабли Конгломерата!

Фрегат налился синим пламенем – и выплеснул вперед мощный туннельный разряд. Где-то далеко-далеко веселыми искрами рассыпался в ничто вражеский корабль.