Феникс - Анастасия Ястребцова

согласилась идти к городу, при условии что он купит там всё, что им было нужно.

Теперь у отряда появилась первая цель на их пути, и мужчины заметно оживились, принявшись расспрашивать переставшего наконец упрямиться Лиаса обо всем подряд.

Общаться было довольно сложно, но они не теряли энтузиазма. Светлый эльф, пользуясь возможностью, задавал им в ответ десятки вопросов, хоть и отвечали дроу далеко не на все: часть не понимали, а часть игнорировали специально, но Лиас был рад и тому, что они рассказывали. В конце концов, они-то в основном спрашивали его о поверхности, а он их — о них самих.

* * *

— Почему ваша магия не причиняет мне вреда, а магия того мужчины из отряда Циры вызвала жуткую боль? — пытался допытаться Лиас.

— Не знаю, — пожал плечами Асин, — может, это была магия огня? Тогда она сильно зависит от эмоций…

— Это была вода, — возразил Лиа.

Но зато после такого объяснения ему стало немного более понятно поведение энергии Наи.

Однако, возможно, Асин был не так уж и не прав. Возможно, его тело действительно реагировало на намерения, с которыми к нему применяли магию: отряд Наи не желал ему зла, и их магия не причиняла ему никакого дискомфорта, но на желание поймать и подчинить отряда Циры — оно отреагировало болью.

— Аэн, ты можешь сделать со мной что-нибудь своей магией, с намерением, например, покалечить? — горя энтузиазмом проверить свои догадки, Лиас вцепился в целителя, решив, что его магия была самой безопасной.

— Ты с ума сошёл? Что я должен сделать? — ошарашено уставился на него мужчина.

Светлый эльф оцарапал себе тыльную сторону ладони своим кинжалом и протянул её целителю:

— Сделай всё как ты обычно делаешь, только с желанием убить меня!

— Лиас, я не хочу тебя убивать, что за дурь? — целитель вырвал у него свою руку и отошёл подальше от вбившего себе в голову какую-то чушь светлого эльфа.

— Хочешь таким образом проверить, почему магия отряда Циры причиняла тебе боль? — спросила Ная, всё это время с интересом наблюдавшая за мужчинами.

— Я думаю, всё зависит от того, какое желание на самом деле кроется за вашей магией, — кивнул Лиас, — если так, то тогда по реакции своего тела я могу сразу определять, стоит ли мне опасаться кого-то из дроу или нет.

— Как бы твоё тело ни реагировало — стоит, — вздохнула женщина, — даже мы опасаемся друг друга, что уж про тебя говорить. Не стоит доверять тёмным эльфам…

— Почему? — Лиасу было странно слышать такое от одного из этих самых тёмных эльфов.

— Потому что никогда не знаешь, кто и когда воспользуется твоим доверием. Если не готов умереть от чьей-то руки — не доверяй ему. А насчёт магии…

Ная внезапно схватила его за руку и светлый эльф невольно застонал от пронзившей его тело боли: его будто внезапно подожгли заживо изнутри.

— Судя по всему, ты прав, — хмыкнула она, разжав пальцы, — если я хочу, чтобы ты стоял передо мной на коленях, тебе больно.

Лиас опустился на землю, хватая ртом воздух. «Интересно, имея феникса внутри себя, она постоянно живет будто на жертвенном костре или она его не чувствует?» — рассеянно думал он, приходя в себя после внезапной короткой пытки огнём,

— Ну и зачем ты с ним так? — упрекнул предводительницу Кьяр, опустившись рядом с Лиасом и притягивая его к себе, — это заклинание даже для нас невероятно болезненное.

— Он хотел знать, — пожала плечами женщина.

Светлый эльф уже давно понял, что из всего отряда Ная и Эмиэль обладали самыми резкими и несгибаемыми нравами, а Кьяр был самым мягким по характеру, но Лиас всё равно был удивлён проявленной по отношению к нему заботе. Хоть ему и не нравилось, что его трогают, но он был благодарен за поддержку: от поглаживающих его рук Кьяра исходила едва уловимая магия, стремившаяся успокоить его ноющее тело, и это, правда, работало, что только ещё раз подтверждало — через их магию Лиас мог чувствовать, как тёмные эльфы к нему относятся — она была зеркалом их стремлений, но, судя по всему, сами они этого не ощущали.

* * *

Тёмные эльфы всё время дрались между собой, и иногда за этим было даже интересно наблюдать.

Сейчас Иран пытался ударить Кьяра, но последний, словно грациозная кошка, уворачивался. Вообще Кьяр невероятно хорошо владел своим телом, и редко проигрывал в рукопашном бою. Лиас только сейчас, наблюдая за ним, задумался о том, что тогда, в их первую встречу, мужчина вполне мог ударить его в ответ, но почему-то не сделал этого. Кьяра Лиасу иногда хотелось назвать «добрым», но язык не поворачивался связать это слово с тёмным эльфом. Особенно видя его беспощадные атаки.

Иран кошачьей гибкостью и ловкостью не обладал, но зато его удары были значительно сильнее, и если он умудрялся попасть по Кьяру, того прилично отбрасывало в сторону. Мужчина его явно не жалел, но по лицу всё же не бил, в то время, как Кьяр атаковал в любую открытую для удара часть тела.

Объяснений у Лиаса всем этим наблюдениям не было, поэтому пока что он просто складывал их, как кусочки мозаики, надеясь, что они когда-нибудь соединятся в единую картинку.

Обычно подобные тренировки дроу устраивали через день, чередуя рукопашный бой, бой с оружием, магические сражения и сражения без правил.

Ная тоже участвовала в этих потасовках. Чаще всего в рукопашную она сражалась либо с Эмиэлем, либо с Кьяром, а вот на мечах дралась с Асином. Асин, даже на взгляд Лиаса, держащего в руках клинок сколько он себя помнил, блестяще владел холодным оружием, и драться с ним на равных в отряде мог разве что только Эмиэль, и это при том, что Асин был почти на голову его ниже и сильно уступал ему по комплекции.

Эмиэль напоминал Лиасу дракона, Асин — лиса, Кьяр — пантеру, Шиин — виверну, Аэн — кобру, а вот Иран был, на взгляд светлого эльфа, больше всего похож на каменного голема — силы в нем было столько, что он мог голыми руками переломить позвоночник медведя, но особым