Северная королева. Книга 3 (СИ) - Верещагина Валентина

Рилина переводила тяжелый взор с замершего Алэрина на растерявшего всю решительность управляющего, на большее ее не хватало. Эрт Лагор за моей спиной дышал через раз, переступал с ноги на ногу, но не рисковал. Даже толстяк примолк, лишь посматривал на мрачную Жин. Я могла бы собраться, но понимала, что мне не простят смерть Илны. Пойдут слухи, люди скажут, что королева убила соперницу из мести. Она может стать мученицей, ее могут пожалеть. Но кто-то должен убить перерожденную!

Я еще думала, кто оборвет тонкую нить жизни Илны, а в зал стремительной молнией ворвалась Диль. Она подскочила к Илне, наклонилась, занесла меч и ясно проговорила:

— Никто не имеет права причинять боль моей королеве и… — вдохнула и на выдохе досказала, — моему любимому, — меч сверкнул, подобно яростной стреле, что в этот миг резала небо за окнами.

Губы Илны еще успели шевельнуться:

— Будьте вы все про… — окончание ее фразы резко оборвалось.

Моя альбина гордо выпрямилась, держа в руке свой трофей. Меня замутило, горло обожгла тошнота, и я была вынуждена отвернуться и сделать несколько вдохов и выдохов.

— Выходит, ты меня любишь? — вопрос Лиона, сказанный хриплым тоном, разорвал возникшее безмолвие, за ним послышался надрывный всхлип Доша и короткое согласие Ди:

— Да, — а за ним, перекрывая шум бушующей на улице бури, боевой клич моих воинов.

Они ворвались во внутренний двор, сообщая, что замок взят. Я приказала себе повернуться и громко спросить:

— Вы со мной?

— Навсегда! — выдохнул, распрямляя плечи, Рин.

— До конца! — разом выкрикнули Валден и Тарис.

— Да! — подтвердил темноволосый ир'шиони.

— Куда я денусь! — улыбнулась во весь рот Тижина и обратила свой взор на толстяка. — А для тебя найдется славное местечко в каменном мешке. Пошли! — никого не дожидаясь, она схватила его за ногу и с трудом потянула к двери.

Он зарыдал, пальцы беспомощно скребли по полу.

— Я помогу! — эрт Лагор кинулся к Жин, а эрт Лев посмотрел на меня.

— Королева, вы позволите мне похоронить дочь, — я видела мокрые дорожки на его бледных скулах.

— Разумеется, — сделала знак Диль, и она разжала хватку.

Голова Илны с мерзким стуком ударилась о камень и укатилась к Дошу. Он, утерев слезы тыльной стороной ладони, сказал:

— Я такой же северянин, как и все вы! И я сохраню север до возвращения лорда, даже если это будет стоить мне жизни!

Понимала, что с этого мига эрт Лев будет искать смерть в бою. Остановить его я не сумею, но направить в моих силах.

— Нам важен каждый! — только и сказала ему, взглядом разыскивая опору.

Она нашлась, когда в зал уверенно ступила мокрая после дождя Риона. Мгновенно оценив обстановку, альбина подставила мне локоть и изрекла:

— Замок наш!

— Да мы, вроде, и не сопротивлялись, — устало улыбнулся Алэрин.

— Мы теперь вместе, — пропыхтела Тижина, вытаскивая не сопротивляющегося толстяка в коридор.

Тотчас закружился, погасил пламя свечей Дух, вырвавшийся из тесной крипты, а за ним тихо вошел Гурдин.

— Дети мои, мы еще в середине пути, и нам всем пришла пора отдохнуть.

— Рано, — высказалась, сопротивляясь, я, но тут же прикрыла зевок.

— Передохни, королева, хозяйские покои нынче по праву твои, — настойчиво глядя на меня, произнес старец.

Я смотрела на него в полумраке. Игра золотистого света молний за окном и теней в зале рисовала истинный облик небесного короля. Этому властелину было сложно дерзить.

— Я провожу, — ко мне уже спешила Рилина, и ее рука подхватила меня за второй локоть.

Мне нужно было многое успеть, столько всего сказать, но сил противиться не осталось, да что говорить, я едва держалась на ногах.

— Скоро вернусь, — напоследок пообещала я и вместе с Рилиной вышла через арку.

Поднимаясь по лестнице, я глубоко задумалась и поймала себя на том, что не хочу возвращаться в хозяйские покои. В них жила перерожденная. Ее мертвая энергия и черная сила пропитала стены насквозь. Понадобиться время, чтобы выветрить всю черноту. Я замедлила шаг и взглянула на Рилину.

— Что? — сходу поинтересовалась она. — Осуждаешь, что моя рука дрогнула?

— Не дрогнула, нет. Здесь другое, — я подбирала слова, чтобы выразить свою просьбу. Не хотелось приказывать, на сегодня я устала командовать. Гурдин прав — мне требуется отдых.

— В чем тогда дело? — женщине стало любопытно, она пыталась разгадать меня, но быстро бросила и спросила напрямик.

— Моя душа тянется к комнате с гобеленами, — призналась я, чувствуя в груди стеснение. — Мне будет тоскливо без Алэра в хозяйской спальне.

Мне казалось, что Рилина должна осудить, но она внезапно кивнула:

— Понимаю, — вздохнула и озадачила. — Честно сказать, я и сама хотела предложить тебе ту комнату.

— Почему? — вырвалось у меня.

С ее губ вновь сорвался тяжелый вздох.

— Никто не думал, что Илна изменилась настолько сильно. Если заглянешь, увидишь, что произошло с хозяйской спальней. Теперь я понимаю, почему ей было невыносимо находиться там. Я считала, что Илна рыдает каждую ночь, а она выла, словно неприкаянная душа.

— Перерожденная, — поправила я. — Или сумеречная, мы называем этих существ именно так.

— Она услышала зов Некриты? — взор Рилины выражал недоверие.

— Нет. Зов Ура. Не знаю, как Беккитте удалось, но она научилась оживлять мертвых, — подумала немного, обрывки каких-то воспоминаний промелькнули в голове. — Краем уха мы, пленницы Кровавой королевы, слышали, что севернее Царь-города есть место, где проводят магические эксперименты. Беккит нужно было все, она собиралась затмить меня.

— Ты не воин. Не пойми неправильно, но разве Беккитта сомневалась, что победит тебя снова?

— Она думала, что я целительница. Моя ледяная магия спала, и, если бы меня не отправили на север, я бы так и не разбудила ее.

— Получается, сама того не понимая, Беккитта помогла тебе?

— Именно так. Сама того не подозревая, змея помогла мне стать настоящей северной королевой, — произнесла я и пошатнулась.

Рилина сразу засуетилась.

— Идем. Хватит болтать! Еще успеем наговориться! — и повела меня дальше по коридору.

Дверку в комнатку с гобеленами я распахнула сама.

— Почему по прибытию меня разместили здесь, а не в более роскошных покоях?

— Перед твоим приездом Рейн упорно спорил с Гурдином. Мой сын желал показать тебе роскошь Нордуэлла, а наш старец настаивал на своем, но причины не объяснял. Догадываешься, почему?

— Он знал, что здесь жила Мирель, и хотел, чтобы тонкая ниточка, тянущаяся из прошлого, связалась с прочной нитью настоящего. А Рейну не объяснил потому, что лорд бы не понял. На тот момент мы с Алэром не верили в любовь, хотя тайно мечтали о ней, — мне взгрустнулось, но ненадолго.

Я прошла, прикоснулась к стене, тронула гобелены, засмотрелась на угли в камине, прислушалась к звукам стихии за окном.

— Я распоряжусь… — заговорила Рилина, но я остановила ее взмахом руки.

— Все есть. Мне нужно немного поспать, — опустилась на кровать и улыбнулась матери своего любимого.

Ее уст коснулась ответная улыбка, и дверь тихо притворилась. Меня окутала таинственная атмосфера этого места. Я словно была тут, в настоящем, и там, в прошлом. Мне виделись Мира и Роан, Тэйна и Дарейс, Лориан и многие другие. Они ушли, но память о них не умрет. Я сохраню и передам потомкам каждое событие.

Прилегла на подушку, набитую мягким гусиным пухом, но сон не шел. Голова оставалась тяжелой, но глаза бездумно смотрели в потолок. Я услышала, как скрипнула дверь. В комнату неспеша вошла Диль и присела передо мной.

— Прости, — покаянно склонилась она.

Я понимала, почему она просит прощения, но ругать альбину было не в моих силах.

— Перерожденная должна была умереть. И мы обе знаем об этом, — проговорила я.

— Они скажут, что ты приказала своей воительнице убить соперницу. Слухи быстро разносятся по свету.

— Сейчас нам нет дела до слухов, а кто будет болтать, пусть выскажется мне в лицо. Найдется, что сказать в ответ!