Дверь в стене - Alexandrov_G

55

Идти было неблизко, от вьетнамской границы до Куньмина километров триста, но Хо Ши Мин прошагал их запросто, передвигаться пешком ему было не привыкать, да и не следует забывать о такой штуке, как цель, которую нынче принято называть по-павловски "мотивацией".

Куньмин это административный центр китайской провинции Юнань, в начале ХХ века он был заштатным городком, но всё изменилось после нападения на Китай Японии. История возвышения Куньмина очень хорошо описывается русской поговоркой "кому война, а кому мать родна". Стоило разразиться войне и тут же выяснилось, что Куньмин в стратегическом смысле расположен чрезвычайно удачно, причём с точки зрения людей богатых удачность месторасположения была удачной не в последнюю очередь из-за удалённости от больших городов побережья, таких как оккупированные японцами Шанхай и Гонконг, и китайские богачи наперегонки побежали в глушь, в Куньмин. Добежав же, они принялись Куньмин обживать так, как обживают любой город "люди с деньгами".

На север от Куньмина находилась временная столица Китая Чуньцин с товарищем Чан Кай-ши и его мздолюбивым госаппаратом, а к югу уходила дорога, связывавшая столицу с задней дверцей в виде Индокитая и Бирмы. Очень удобно. И эта удобность была оценена не только людьми богатыми, с их обострённым чувством самосохранения, но и людьми умными. Такими, как работники американских спецслужб.

"Спец" тоже имеет свою градацию, есть спец и есть спец. Вот та же помянутая повыше AGAS безусловно была спецслужбой, люди, там служившие, занимались делом государственной важности, делом с приставкой "спец" - они спасали сбитых над Юго-Восточной Азией пилотов. Но эти спецсблужбисты не были спецсблужбистами в том смысле, как то понимает человек гражданский, а были они самыми обычными военнослужащими самой обычной американской армии. И уже только по этой причине они были не в состоянии оценить подарок в лице Хо Ши Мина. Для них он был всего лишь безымянным аборигеном, по доброте душевной спасшим попавшего в беду американца.

А между тем Хо Ши Мин, добравшись до Куньмина, направился прямиком туда, где располагалась AGAS, и, скромненько так туда войдя, сказал: "Здрасьте, это я."

Его узнали, а, узнав, подумали, что он проделал своё путешествие потому, что решил получить вознаграждение за доброе дело. Это было понятно, это было резонно, а потому американцы задали ему из всех американских самый американский вопрос, они его спросили: "How much?"

Ответ поверг их в недоумение, Хо Ши Мин сказал, что деньги ему не нужны. "Чего ж ты в таком случае хочешь, о незнакомец?!"

И тут Хо Ши Мину повезло. Везение преследовало его всю жизнь, бывают такие люди. Дело в том, что к не совсем спецслужбистам из AGAS по той причине, что они по долгу спецслужбы то и дело попадали на территории сопредельных государств, был прикомандирован спецслужбист самый настоящий. Шпион. Который, попадая "за речку", не так спасал, как смотрел вокруг себя острым глазом и запоминал увиденное. Имел он чин лейтенанта и, хотя все считали его спасателем, был он сотрудником OSS (Office of Strategic Services, так тогда называлась внешняя разведка США, после войны, при Трумане, реорганизованная и получившая название CIA, или, по-русски говоря, ЦРУ). Звали лейтенанта Чарльз Фенн и был он человеком с воображением, о чём свидетельствуют не так полученные им награды, как то, что после войны он стал профессиональным писателем, написавшим несколько романов и пьес. А кроме того, не иначе как для разминки эластичного ума, он настучал на пишмашинке ещё и очень хорошую биографию Хо Ши Мина, не пропадать же, в самом деле, добру. (Где-то я уже писал об удивительно большом количестве бывших разведчиков и контрразведчиков в среде американских интеллектуалов, в той прослойке общества, которая в России по какому-то недоразумению называется "интеллигенцией").

Ну и вот. Фенн появился на сцене в самый нужный момент, появившись, он заинтересовался в чём, собственно, дело, ему сказали что-то вроде того, что вот, мол, чувак какой-то странный, хочет не пойми чего, он отвёл дядюшку в уголок, и тот ему так, словно речь шла о какой-то сущей безделице, сказал, что он вьетнамец, что у него по ту сторону границы есть подчиняющаяся ему организация, что он хочет предоставлять американцам развединформацию и что всё, что ему нужно, это прочный контакт и "человек с полномочиями".

Фенн ему на это тут же ответил так: "Пошли, я знаю человека, которому ты можешь оказаться полезным."

И он отвёл его в расположение Четырнадцатой Воздушной Армии США к генералу Клэру Шенавлту. Клэр Шенавлт был тогда (и остаётся сегодня) личностью очень известной, начинал он с советника при Чан Кай-ши, а потом, после начала войны с Японией, создал и возглавил "Летающих тигров", так назывался воевавший в Китае американский аналог известной в России эскадрильи "Нормандия-Неман". "Тигров" было примерно 300 человек, 100 пилотов и 200 механиков, числились они "добровольцами", пилоты получали до 700 долларов в месяц, что в три раза превышало оклад пилотов ВВС США (700 долларов тогда стоил новый автомобиль), летали они на американских истребителях и полученных Чан Кай-ши от СССР в ту пору, когда он назывался товарищем, советских бомбардировщиках ТБ-3. Позже, когда Америка вступила в войну, на базе "Тигров" была создана Четырнадцатая Воздушная Армия, а Шенавлт повышен в звании до генерала. Сами "тигры", правда, почти все после этого поспешно поувольнялись, они привыкли к жизни не только денежной, но ещё и вольной, армия же означала дисциплину, а сержант Хартман по вкусу далеко не всем. Но Шенавлт остался. Он любил играть в войну. И вот вышло так, что Хо Ши Мин предстал пред светлыми генеральскими очами.

Фенн, который кроме прочих своих достоинств был ещё и людоведом, по дороге научил Хо Ши Мина как подобрать ключик к сердцу генерала. Шенавлт был необыкновенно тщеславным человеком и дядюшка первым делом сказал ему, что он очень много о нём слышал, и что он всю жизнь мечтал иметь фотографию генерала с личной генеральской подписью. Шенавлт от удовольствия весь раздулся, ещё бы, оказывается о нём знают даже люди в джунглях по ту сторону границы, нажал кнопку, велел вбежавшей секретарше принести его парадное фото, она тут же притащила целую пачку и генерал милостиво предложил дядюшке выбрать себе любое по вкусу, а потом торжественно подписал подарок.

После этого Хо Ши Мин мог просить о чём угодно, но он не просил, а предлагал и его предложение было принято так же, как была бы принята любая просьба.

Назад он уходил не один, а с группой людей. Кроме того, американцы, до глубины души потрясённые намерением дядюшки двинуться назад, подобно патриарху, на своих двоих, выделили ему самолёт с пилотом и радиста.

После пары пробных сеансов связи игра вышла на новый уровень. Дядюшка Хо получил человека, который должен был его "вести". Человек прилетел из Америки, был он в чине майора, был он, что естественно, сотрудником OSS и фамилия его была Патти. Звали майра Патти просто замечательно, родители, которым и в голову не могло прийти, что их дитя когда-нибудь вырастет в майора разведки, крестили его под именем Архимед.

В первых числах апреля 1945 года Archimedes Patti впервые встретился с Хо Ши Мином. Как он позже писал в своих воспоминаниях, встреча происходила точно так, как это показывается в шпионских фильмах - граница, джунгли, сумерки, какая-то заброшенная хижина и в ней двое. Лицом к лицу.

Юстаса, правда, никто из них не упоминал.

56

Предоставим слово самому Патти.

Я встретился с ним[6] в апреле 45-го, мы вышли на него благодаря помощи сотрудников другой разведывательной службы и, между прочим, нам ещё и китайцы помогли. Он показался мне очень интересным человеком, очень чувствительным, чутким, на вид он был очень хрупким, ну и мы с ним довольно долго разговаривали, не о чём-то конкретном, а о ситуации вообще, о том, что союзники выигрывают войну, о том, что русские у нас в союзниках, что китайцы тоже изо всех сил стараются, и так далее…

…и о будущем Вьетнама, само собой, о будущем Индокитая. Его очень интересовало какова будет позиция Соединённых Штатов в отношении Франции и в отношении Вьетнама. У меня не было чётких инструкций насчёт того, что именно ему отвечать и я ему сказал, что последние заявления Рузвельта, Черчилля, да даже и де Голля позволяют предположить, что какие-то перемены в Индокитае произойдут, а он мне на это ответил, что до сих пор помнит четырнадцать пунктов Вильсона и то место оттуда, где говорится о самоопределении народов и о том, что они должны сами управлять собою, и что ему кажется, что мы собираемся сдержать своё обещание Филлипинам и предоставить им независимость, и что это будет хорошим предзнаменованием для народов Индокитая…

…потом разговор ушёл в сторону и он начал рассказывать мне очень печальные истории про то, что колониальная Франция делала в Индокитае, там как раз в это время голод был, то ли полтора, то ли два миллиона умерло от голода, от недоедания, от эпидемий и по Хо выходило, что французы и японцы использовали эту ситуацию в своих интересах, продавали продовольствие в Японию, да ещё вместо того, чтобы доставлять рис в те районы, где его не было, они из риса гнали спирт, с его точки зрения это было предательством его народа и он надеялся, что союзники придут во Вьетнам и помогут как-то решить эту проблему. Он мне показал несколько фотографий и они были ужасны, сейчас вот все про Камбоджу шумят, но то, что я видел на этих фотографиях, даже с Камбоджей сравнивать нельзя.