Волшебство на грани 2 - Анастасия Калямина

Прохор тут же подавился и закашлялся, а Зольтер с любопытством вытаращил на неё глаза:

- Ух-ты, белка!

- Это Декабрина. - Буркнула Сулитерия, не понимая, почему зимний месяц не примет нормальный, человеческий облик.

- Декабрина, кто же сделал с тобой такое? - не понял Зольтер, глядя в её немигающие синие глазки-бусины.

- Она сама превратилась. - Ответила Карси, улыбаясь. - Не хочет, чтобы люди её видели.

- Но люди и так её видят...

- Народ слишком недальновиден, чтобы предполагать в своих легендах, что месяц Декабрь может быть белкой.

- Привет, Декабрина! - и Золотский помахал белке ладонью.

- Говори дальше, Декабрина. - Попросил Прохор, поставив стакан.

- Январис очень любит замораживать людей. Я не знаю, для чего ему понадобился ваш сын, но юноша находится в большой опасности. - Вещала Декабрина, устроившись в центре стола. - От моего брата еще никто не возвращался.

- Ты хочешь сказать, что прийти к Семёну на выручку занятие безнадёжное? - отец с трудом сдерживался, чтобы не взять её за пушистый хвост и не потрясти над столом.

- Я не гарантирую, что тот, кто отправится спасать вашего сына, выживет.... Многие сгинули, когда искали убежище Январиса.

- Мы сможем! - радостно воскликнул Зольтер. - Не отчаивайся, дружище!

Прохор Мылченко меланхолично выстукивал пальцами правой руки какую-то мелодию, подперев подбородок левой.

- Я надеюсь, что да...

- Я могу проводить только одного из вас до убежища моего брата. - Сказала Декабрина.

- Почему же? - не понял Прохор Мылченко. - Гораздо легче справиться, если тебе помогают.

- Это рискованно, если отправитесь все, то никто из вас не выживет. - Такой комический голосок, а говорит такие не смешные вещи!

- Не всё, а только двоё, - Прохор Мылченко не прекращал барабанить пальцами по столу. Наверное, так он пытался себя успокоить. - Девушек я в этот похож не пущу.

- Почему вы меня не слышите, когда говорю, что идет только один человек? - Декабрине было немного обидно. - Я не гарантирую, что он выживет.

- Думаю, все согласитесь, если пойду я, - Предложил Зольтер, дожевав свой пирожок, - всё же, это моя обязанность, как служащего отдела безопасности "ДС".

- Семён, мой сын, Зольтер, и я буду спокойней, если сам отправлюсь его выручать. - Не согласился мой отец.

- Это смертельный риск, а ты еще и глава "ДС".

- При чем тут какая-то дурацкая организация, когда на кону жизнь моего сына! - Прохор Мылченко не сдержался и ударил кулаком по столу. - Я бы мог послать всё к черту!

Тюбенций боялся пошевелиться. Он чувствовал себя чужим в этой компании. Карси и Сулитерия прекрасно понимали, что Декабрина уже сделала свой выбор, который вряд ли устроит Прохора Платоновича. Сулитерия, правда, ещё надеялась переубедить зимний месяц, ведь считала такое решение ошибочным.

Шумный народ, похоже, не слишком интересовал этот спор. За центральным столом кто-то бросал кубики, делая ставки и собрав большое количество желающих пополнить карман, особо не думая, только на кубиках вместо точечек были нарисованы миниатюрные животные - на каждой стороне кубика разное: лисица, олень, волк, ёж, мышь и лошадь.

- Вы не даёте мне договорить. - Декабрина старалась не повышать тон, хотя в таком её облике не каждый поймет её интонацию. - Я уже решила...

- Надеюсь, твой выбор окажется верным. - Прохор Мылченко не был готов к такому ответу:

- Я проведу в логово брата Карсилину.

Казалось, у обоих мужчин дар речи пропал, они не могли в это поверить. Зольтер даже рот открыл. А Декабрина и глазом не моргнула.

- Я справлюсь, честно, - Карси посмотрела сначала на одного, потом на другого.

- Вы что, шутите? - Золотский издал нервный смешок.

- Декабрина, но это бред! - Прохор Мылченко был на взводе. - Карсилина слишком слаба для путешествия в логово существа, которое замораживает людей, она не справится!

- Вы меня недооцениваете! - не согласилась принцесса листонская.

- Это ты себя переоцениваешь, Кари. - Зольтер тоже был против того, чтобы отправить её спасать меня. - Неужели твоя смерть ничему тебя не научила?

Карсилина насупилась. Фраза Зольтера звучала довольно странно, но он тоже переживал.

- Какой урок я извлекла из всего этого? - она была рассержена. - А я вам скажу, какой! Нельзя бросать близких в беде, нельзя разбивать им сердце...

- Пойми, мы не хотим, чтобы это повторилось ещё раз. - Серьёзно сказал Золотский, выражая мысль за моего отца.

Карси фыркнула, не понимая, почему они думают, что она не справится со своей задачей. Почему считают, что эта затея обречена на провал!

- Более того, я не собираюсь допускать гибели своего сына! - Прохор Платонович с треском ударил кулаком по столу. - Поэтому, ты туда не пойдёшь. Отправлюсь я один, и точка!

- Но... - Хотела возразить принцесса, ей обидно было чуть ли не до слёз.

- Я не разрешаю! Да никто бы не разрешил, даже Семён! - в его взгляде читался укор.

Они начали перечислять, почему девушке лучше воздержаться от опасного похода, Сулитерия, состроив довольную, как у кота, объевшегося сметаной, гримасу, участвовала в этом "форуме" особенно громко и активно. Мой отец периодически в порыве чувств бил по столу кулаком, так, что казалось, что бедный стол и вовсе сейчас проломится, и придавит кому-нибудь ногу во время своего падения. Зольтер сидел с таким каменным лицом, что мог бы успешно сфотографироваться в этот момент на паспорт.

Казалось, Карси сейчас потеряет всю свою уверенность, встанет со стула и уйдет, громко стуча каблуками, так и не доказав, что способна справиться. Никто не хотел ее поддерживать. Все, кроме Декабрины, понимали, что к Январису лучше принцессу Листонскую не пускать, есть более везучие в плане выживаемости кандидатуры.

Но нет, Карсилина лишь недовольно скрестила руки и насупилась, не понимая, какие нужны аргументы, чтобы переубедить всех, здесь собравшихся. Они глупо теряют время, рассуждая, кто будет смотреться в роли гонца к брату Декабрины лучше, в то время, как я замерзаю неизвестно-где. Карси это очень нервировало.

- Почему вас моё мнение не интересует? - Декабрина, устав слушать защитников Карсилины, решила всё-таки за неё вступиться. - Почему не верите в то, что у неё может получиться выручить Семёна? Вы заведомо настроены на провал, а с таким настроением даже курицу не спасти...

Мой отец чуть не подавился, а Зольтер непонимающе уставился в центр стола. Тюбенций сделал вид, что вообще не имеет к данному разговору никакого отношения и устремил свой взгляд в окно, на стекле которого красовался след - жирная пятерня, оставленная каким-то подвыпившим обитателем. Сулитерия же пыталась сдержать злобу, которая хотела выплеснуться при каждой реплике Декабрины.