Пусть не кончается любовь - Джина Джексон

– Привет, Лайза. Готова к вечеру?

– Не совсем, мистер Моррисон. Мама принесет мне мою одежду, и я переоденусь здесь. Я подумала, что еще может потребоваться моя помощь.

– Какая ты старательная служащая! – восхищенно присвистнул Дэйн. – Чем мы такое заслужили?

– Просто мне нравится помогать, вот и все. Я сейчас иду от миссис Брэдфорд.

– Вот как? – Дэйн постарался выглядеть невозмутимым, но сердце «го забилось чаще. Да, плохи его дела, если одно упоминание имени Кэтлин так на него действует.

– Она просто влюбилась в него, мистер Моррисон! Дэйн озадаченно уставился на девушку.

– Влюбилась?

– Да. В платье, которое я сшила, – объяснила Лайза. – Спасибо, мистер Моррисон, что вы подали мне эту мысль. Это был самый лучший подарок! Она так сказала.

– Значит, все получилось хорошо?

– Да. Миссис Брэдфорд в нем выглядит потрясающе! Вы сами скоро увидите. Она будет самой красивой на вечеринке.

– Полагаю, это вполне вероятно, – подтвердил Дэйн, догадываясь, что Лайза от него этого ждала. Но он и сам так думал. Никто не может с ней сравниться… даже если она надевает мешковатые джинсы и свитер на три размера больше.

– Мне что-нибудь сделать, мистер Моррисон? Лайза проявляла такое усердие, что Дэйн не мог ее проигнорировать.

– Конечно. Надо пойти к оркестру и узнать, готовы ли они начинать.

– Ладно. Я пойду, мистер Моррисон.

Мысли Дэйна вновь обратились к Кэтлин. Наверное, он должен будет станцевать с ней сегодня хотя бы один танец. Может показаться странным, если он этого не сделает. Но как ему вынести сладкую муку, когда он снова будет держать ее в своих объятиях? Даже просто взглянуть на нее в новом платье, сшитом Лайзой, и то уже потребует от него всего его самообладания. А если он прижмет ее к себе в медленном танце, ощутит, как льнет к нему ее тело… он, наверное, просто взорвется.

Кэтлин как раз кончила одеваться, когда в дверь постучали.

– Кто там?

– Джереми Кэмпбелл. Я просто заглянул познакомиться с вами.

Голос был ниже и звучнее, чем у Джерри. Кэтлин поспешила открыть дверь. На пороге стоял седовласый джентльмен. Кэтлин с улыбкой пригласила его войти.

– Здравствуйте, мистер Кэмпбелл. Я рада, что вы приехали на нашу вечеринку.

– Я не собирался приезжать. Слишком много воспоминаний. – Джереми вошел в комнату и огляделся. – Вы здесь ничего не изменили. Все так, как было при Белле.

Кэтлин грустно кивнула:

– Она здесь все так идеально устроила, что было бы просто глупо что-то менять. Вам неприятно видеть здесь все таким, как при жизни тети Беллы?

– Нет. В каком-то смысле это даже согревает. Она была очень милая леди, ваша тетя.

– Знаю. Это все говорят.

Кэтлин со сдержанным любопытством изучала своего визитера. Джереми Кэмпбелл был красивым мужчиной, и она легко могла себе представить, что тетя Белла была им увлечена. Ему было за шестьдесят, но благодаря своей поджарой фигуре он отлично выглядел в джинсах. Его шелковая рубашка в стиле вестерн облегала талию, не обрисовывая никаких жировых складок. Было очевидно, что он следит за тем, чтобы быть в хорошей форме.

– Мне жаль, что я так и не узнала тетю Беллу получше.

– Ее стоило знать. Я не раз думал о том, что бы она сказала, увидев меня сейчас. Она хохотала бы до слез.

– Хохотала? – Кэтлин почувствовала себя неловко. Что он имел в виду? Свои провалы памяти? Знает ли он, что Дэйн рассказал ей о них?

– Белла всегда говорила, что, если я буду продолжать работать так много, моя машина износится и проскочит пару передач. Она была права. Ваш парень рассказывал вам, как меня иногда заносит и я стригу газон в двенадцать ночи?

Кэтлин была в затруднении. Должна ли она признаться, что знает о его странном поведении? Или ей следует солгать? Выбрав честность, она кивнула:

– Если вы имеете в виду Дэйна, он… хм… как-то упоминал об этом.

– Вот и ладно. Тогда я не стану объяснять это вам. Случается такое нечасто. Раз в две недели или и того реже. Я так прикидываю, что наш мэр должен дать мне какую-нибудь премию за самый подстриженный газон в городе.

Кэтлин почувствовала, что владевшая ею напряженность отступает. Было замечательно, что мистер Кэмпбелл мог посмеяться над собой.

– А как поживает холодильник?

– Теперь прекрасно, когда ваш парень посоветовал Джерри заклеить выключатель в положении «включено». Странная вещь, я выводил его на «выключено» и совершенно не помнил, что делал это. Полагаю, такие вещи случаются, когда наступает старость. Я просто сижу сейчас и жду, какая еще странная вещь со мной приключится.

– По крайней мере вам не скучно жить.

Едва произнеся эти слова, Кэтлин тут же о них пожалела. Что, если он не поймет, что она шутит? Но мистер Кэмпбелл хлопнул себя по коленке, радуясь ее остроумию.

– Именно это сказала бы Белла. Вы совсем на нее не похожи внешне, но у вас ее чувство юмора. Это замечательно. Белла никогда не горевала над тем, чего нельзя изменить. Знаете, что она мне сказала в ту ночь, когда умерла?

– Нет. – Кэтлин затаила дыхание. Она надеялась, что это не будет какая-то грустная фраза.

– Чтобы понять ее слова, вы должны услышать предысторию. Иначе вы не уловите соль.

– Ладно, – кивнула Кэтлин.

– Когда мы были детьми, то участвовали в разных гонках. И все обгоняли Беллу. Она была младше, и ножки у нее были короче, так что она всегда оказывалась «тухлым яйцом». Она ненавидела быть «тухлым яйцом».

– Тухлым яйцом?

– Да. Такая была детская кричалка в те дни. Один из нас выкрикивал: «Кто последним добежит до забора – "тухлое яйцо"». «Кто последним прыгнет в воду – "тухлое-яйцо"». И Белла всегда оказывалась «тухлым яйцом».

– Понимаю, – снова кивнула Кэтлин.

– Так вот, перед тем как умереть, Белла сжала мою руку и сказала: «Я попаду туда первая, Джереми. На этот раз ты – "тухлое яйцо"». Вот что значит умереть с достоинством. А?

– Да. Да, это так. – Кэтлин сморгнула слезу и улыбнулась. – Надеюсь, она не очень мучилась.

– Дэйн позаботился, чтобы она не испытывала боли. После того как он стал ею заниматься, Белла больше не страдала. Я так жалею, что вас не было здесь, когда они с доком Хенли орали друг на друга.

– Дэйн орал на доктора?

– Не сомневайтесь. Они, правда, не подрались, ничего похожего, но я никогда не видел Дэйна в такой ярости.

– А из-за чего они поругались? – нахмурилась Кэтлин.

– Из-за привыкания к наркотикам. Вам следует понять, что док Хенли принадлежит к старой школе. Вы должны знать этот тип врачей. Он отказывался прописывать много обезболивающих, потому что не хотел, чтобы Белла привыкала к наркотикам.

– Но это же нелепо! – возмутилась Кэтлин. – Ведь тетя Белла умирала.