Страна призраков - Колин Уилсон

Зачарованный кристаллом, он перестал сознавать ход времени. Вполне вероятно, что минул час, прежде чем Найл возвратился в настоящее. Возможно, сделать это его заставил паук, настороженно во что-то вслушивающийся. До Найла не доносилось ничего, но, как известно, у пауков чувствительность к вибрациям развита несравненно сильнее, чем у людей.

Прошло совсем немного времени, и действительно послышалось, как где-то наверху шуршат каменья. Кто-то явно спускался по лестнице — неторопливо, осмотрительно.

Звуки стихли совсем рядом. Надолго воцарилась пауза: кто-то, видимо, примеривался, как ладнее поднять дверь, И вот плита ходуном заходила в желобах. Найл тщетно вглядывался в щель, силясь понять, что это там за явление.

Тем временем камень с той стороны обхватили циклопических размеров пальцы, и дверь со скрежетом приподнялась. Одна из рук, ненадолго исчезнув, вскоре просунулась под плиту, другая удерживала ее на весу. С громовым шумом тяжеленная каменюка поехала вверх, и стал виден великан, вставший от усилия на колени. Взгляду открылось бородатое создание таких размеров, что тролль со священной горы, пожалуй, смотрелся бы рядом с ним маломерком.

Исполин прорычал что-то — судя по всему, предлагал поскорее выбраться. Найл, стоявший ближе, не заставил себя ждать, за ним проворно последовал и капитан. Дождавшись, когда они выйдут наружу, тролль с надсадным ревом выпрямился и задвинул каменную плиту в верхний паз. Хотя ясно было, что защелка, державшая на себе дверь, теперь сломана. А потому исполин, досадливо рыкнув, отпустил плиту. Та грохнулась так, что раскололась надвое: одна половина упала в пещеру, другая неуклюже повисла на ржавой цепи.

Кожистые ступни с черными, словно каменными ногтями показывали, что этот гигант и тот тролль принадлежат к одной породе. В остальном же сходства было мало. У тролля со священной горы личина была все равно что высечена из дерева нерадивым умельцем. Этот же походил на человека гораздо больше: добродушная физиономия, нос картошкой. Тот был гол и весь в шерсти, этот — в грубой кожаной одежде, сшитой тонкими ремешками. Каштановые волосы и борода указывали на нестарый, в общем-то, возраст, а прореха меж передними зубами придавала облик эдакого озорного балагура. Роста в нем было метра четыре, никак не меньше.

Вид капитана, чувствовалось, вызывал настороженность: дескать, можно ли доверять этому восьмилапому или нет. Скорее всего, у великана уже был опыт общения со смертоносцами, причем не самый положительный.

Найл по-прежнему держал хрустальный шар. Тролль, с интересом на него посмотрев, протянул бурую морщинистую ладонь. Пришлось положить на нее эту жемчужинку.

Он думал, что тролль возьмется эту штуку разглядывать, но тот сомкнул кулак и поднес его к уху, точно впервые держал в руке какие-нибудь тикающие часы. Минуту спустя он возвратил шар. И тут почти сразу между ним и Найлом установилась связь, да такая четкая, будто они общались на человеческом языке.

Тролль спрашивал, откуда они идут. Найл, почти мгновенно настроившись на его волну, передал образ города пауков. Великан хмуро покумекал и спросил, куда они думают держать путь дальше. Ответить на это было уже не так просто, и Найл лишь молча указал рукой на север. Исполин еще сильнее насупился: по всему было видно, что затея путников вызывает у него беспокойство. Постояв, он кивком предложил следовать за ним.

Найл не раз занимал себя мыслью: как этим ножищам удается взбираться по каменистой лестнице? Между тем тролль восходил на изумление легко, будто весил не больше, чем Найл. Идущему сзади пауку подъем тоже давался гладко; напрашивалось невольное сравнение со спрутом. Сам Найл словно и не шел, а неуклюже ковылял на негнущихся ноющих ногах.

Когда он примерно через полчаса вылез-таки наверх, капитан уже дремал там под послеполуденным солнцем. Тролля, на удивление, нигде не было. Лишь чуть спустя, заприметив в воздухе легкую рябь, Найл сделал вывод, что, подобно людям-хамелеонам, тролли тоже могут становиться прозрачными. Кто бы мог подумать.

Он рухнул наземь рядом с капитаном, давая ногам блаженный отдых.

«Ты устал?» — прозвучал вопрос тролля.

Опять же, как и при общении с хамелеонами, в мозг проникли не сами слова, а их прямая суть. Найл ответил, что да.

Следующий вопрос тролля он толком не понял. Кажется, что-то насчет помощи: то ли предложение остаться здесь и отдохнуть, то ли готовность нести его дальше на руках. Смысл дошел, когда от самых подошв вверх по телу пошла живительная волна энергии, разрастаясь и сладостно наполняя мышцы; все равно что окунуться в бодряще прохладную воду.

«Спасибо!» — воскликнул изумленный Найл.

В ответ тролль лишь одобрительно хмыкнул, добавив, что пора бы и выдвигаться.

Вытаскивая из потайного места суму и плащ, Найл обратил внимание, что капитан все так же блаженно полеживает на траве; судя по всему, послания он не уловил.

Пришлось его пошевелить: «Ну что, в путь?» — и паук лишь тогда расправил ноги.

Милю с небольшим они шли строго на восток, после чего начался спуск на равнину. Упругий дерн вибрировал от поступи тролля, выдавая его каменный вес. На глазах у Найла великан, наступив на кусок известняка, скрошил его в пыль.

«У тебя есть имя?» — поинтересовался Найл.

«Я известен как Мимас, — отозвался тролль. — А также как…» — последовало что-то неразборчивое.

Из этого Найл сделал вывод, что имена у троллей, как и у большинства пауков, не в ходу; свою идентичность они передают мыслительной картинкой.

Чтобы как-то поспевать за спутниками, приходилось идти в таком темпе, что дышать невмоготу. Тем не менее Найл держался — очевидно, из-за пережитого только что стресса и внезапного освобождения. Когда дорога пошла под уклон, сандалия у него зацепилась за торчащий корень; тролль и паук остановились, дожидаясь, когда Найл ее высвободит. Он же, едва ступив босиком на траву, ощутил знакомое уже покалывание. Так вот почему не утомляет сумасшедший темп ходьбы: от земли идет энергетическая подпитка. Поэтому перед тем, как шагать дальше, Найл запихал сандалии в объемистые карманы туники. Вот так и шествовал, покуда каменистая низина не вынудила снова обуться.

Теперь пробираться стало не в пример сложней. Энергия у этой голой земли отсутствовала. Пейзаж не шел ни в какое сравнение с оставленной позади обширной южной долиной. Куда ни глянь, на узком северном пути громоздились лишь камни, принесенные, видимо, с гор каким-то мощным потоком.

Вспомнился рассказ о гибели войска Хеба Могучего. Возможно, в эту самую минуту они уже шли по землям Мага.