Крестная внучка мафии 2 - Владимир Викторович Бабкин

— Как много в жизни решает выгодная жена, — хохотнул Альфи.

Все засмеялись, а я почувствовала, как по больному меня кольнуло. Нет, надо мной не смеются и никакого намека в словах Альфи нет.

Однако глупо отрицать очевидное.

Любимая и выгодная жена — лучше любимой и бесполезной.

Семейство продолжало бурно обсуждать все подряд, а я лишь иногда участвовать в разговорах. Потому что по существу я не могу сказать ничего полезного. И это проблема.

Не думала, что столкнусь с таким, но видя, как Сандро советуется с мамой дома и прислушивается к ней за столом, я ей завидую. Моя свекровь знает, что посоветовать и подсказать моему мужу, а я — нет.

— Гав-гав! Гав-гав-гав!

На автомате я повернула голову в сторону собачьего тявканья, где за дальним столиком у выхода сидели жена мэра и любовница прокурора. А после снова посмотрела на свою свекровь и, будто напоролась на нож, видя как сильно она отличается от них.

Словами не передать какая между этими женщинами пропасть.

Невольно я судорожно проглотила ком в горле, рассматривая мафиозную мамулю, Крестного Отца и его наследника. Кажется, мне пора посмотреть правде в глаза.

Если я не стану кем-то, то сердцем чувствую, что рутина обычных дел, словно течение, незаметно унесет меня на задворки моей Семьи.

Пригород Палермо. Дом сицилийской мафии

Воскресенье 14 июля

Виктория Лукрезе

На небе снова не было ни облачка, а я пряча лицо под полами широкой шляпы, пыталась проявить все свое гостеприимство. Вот и прогуливалась в бежевом сарафане с дядей Мишей в тени фруктовых аллей нашей маленькой мафиозной деревни и вела экскурсию.

— Это домик старшей сестры дедушки и ее сына. А вон те дома принадлежат тете Джулии и двум ее сыновьям с семьями.

По лицу дяди было понятно, что ему экскурсия совершенно не интересна. Но я все равно соблюдала формальности и держала дистанцию.

Я 12 лет его не видела и он стал для меня совершенно чужим человеком. И я не знаю, что ему от меня на самом деле нужно.

— Вон там у нас вертолетная площадка. В той стороне собственный спортзал, детская площадка, бассейн. За ними море, пляж и причал. А там домик охраны и работников. Еще в той стороне есть гараж…

— Господи, да, прекрати ты уже, а… — вдруг вспылил дядя Миша. — Куся, я не из колхоза вылез. Ты лучше скажи мне главное — ты счастлива в новом доме?

Кашлянув из-за его взрывной прямоты, я уверенно кивнула.

— Счастлива.

— Ну, тогда ладно… — смягчился дядя Миша, уходя в сторону оранжереи. — Если других тем для разговора у тебя нет, то можем чинно-благородно обсудить ландшафтный дизайн, а после пойти трапезничать с дедом Витей.

— Да, о чем мне с тобой разговаривать, если я тебя не знаю? — выпалила я. — Ты 12 лет делал вид, что мертв, а сам следил за моей жизнью. Ты бы хоть что-то рассказал о себе!

Я не хотела, но слова сами вырвались с наездом.

А дядя Миша, покачав головой, вошел в оранжерею, где для цветов нонны Катарины специально создавали более прохладный климат и сел на скамейку среди растений. Нагло достал пачку сигарет из кармана и шевельнул рукой, мол, спрашивай.

— Кто ты? — более спокойно спросила я и нехотя тоже села на скамейку. — Чем занимаешься? Где живешь?

— Хуан Мигель Агуэро, — указал он на себя. — По документам я родился 20 октября 1967 года. Живу в Испании в городе Валенсия. Владелец сети казино, службы частной охраны для ВИП-персон и с недавних пор — ЧВК.

— Короче ничего не изменилось, — закивала я. — Рэкет, крышевание и отмыв денег.

Дядя лишь выдохнул облачко дыма.

— Ну, и как ты жил все эти годы?

Вскинув брови, он коротко рассказал свою историю:

— Я сбежал из России в Германию. Сменил имя и документы. В Германии работал два года над охраной перевозок незаконных грузов. А когда встал на ноги, то поехал в Испанию. Там много наших и я думал, что тоже как-нибудь устроюсь. Но едва приехал, как меня посадили.

Помолчав, дядя искренне добавил:

— Прости, что не помог после смерти родителей… Я был в тюрьме и вышел только через год после их смерти.

— Агуэро выдуманное имя? — уточнила я.

— Нет, я сидел с Агуэро в одной камере… — грустно произнес дядя Миша. — Хороший был мужик. Помог мне выучить испанский по словарю и библии.

— Его убили во время потасовки? — с болью догадалась я.

— Царство ему Небесное, — кивнул дядя Миша. — Мы были похожи по росту и типу фигуры… А нас так избили, что меня приняли за Агуэро, а его вместо меня объявили мертвым. Ну, а когда я очнулся в тюремной больничке и все понял, то перелом челюсти со смещением, носа, ребер и левой руки помогли мне себя не выдать.

Слушая невероятно складный рассказ, я не удержалась от едкого комментария:

— А тут оказалось, что у Агуэро уже срок освобождения подошел… Вот это совпадение…

— Не-е-е, — рассмеялся дядя, поняв мой намек. — Он должен был сидеть дольше меня. Но его друганы подсуетились и дали кому надо на лапы. Ну, а мне челюсть зафиксировали и выпустили, как есть. Догадалась почему надзиратели в тюрьме не пытались меня разоблачить?

Он криво усмехнулся.

— В начале с друганами Агуэро было непросто и очень «весело»… Пацаны почти все бабки отдали за меня. Но в итоге, я оказался им даже полезнее самого Агуэро.

Некоторое время я смотрела дяде в глаза, пытаясь понять врет он мне или нет, а после спросила:

— Скажи честно, я не обижусь. Ты же появился ради связей с Лукрезе? Тебе выгодно, что мы породнились?

— Это всем выгодно, — пожал он плечами. — Особенно тебе. Ты теперь не девочка с улицы, а принцесска из бандитского Петербурга. Почти под стать Лукрезе.

Я едва сдержала нервный смешок.

Это не так. Золушка вышла замуж за Принца. Но принцессой я от этого не стала. Даже с таким дядей за спиной. У принцессы есть связи и влияние, а у меня их — нет.

На языке крутился глупый вопрос, на который я знаю ответ, но я все равно не удержалась