Жития Святых - Димитрий Ростовский

Достигнув святых мест Иерусалимских, святой Иоанн поклонился живоносному Гробу Господню, потом пришел в вышеупомянутую лавру блаженного Харитона, где за свою добродетельную жизнь удостоен был священного сана иерея. Обуздывая плотские страсти великим воздержанием, святой Иоанн явился и здесь подражателем великих древних постников: всенощными бдениями и непрестанным памятованием о смерти святой достиг совершенного умерщвления своей плоти и был как бы Ангелом во плоти.

Прожив довольно много лет и всё время благоугождая Богу, святой преставился ко Господу [2]. На руках святых бесплотных Ангелов душа его была отнесена в вечные обители небесные.

Святой Иоанн называется «ветхопещерником», вместо «ветхолаврата» потому, что Ветхая Лавра преподобного Харитона, первоначально находилась в разбойнической пещере. В эту пещеру был заключен разбойниками преподобный Харитон. Но после того, как разбойники, выпив вина, отравленного ядом змии, умерли, преподобный Харитон освободился от них. Найдя в пещере много золота, награбленного разбойниками, преподобный Харитон устроил при пещере церковь; когда же собрались к нему братия, то устроил над пещерой и обитель. А так как преподобный Иоанн проживал в той древней пещере, совершая богослужение в пещерной церкви, то посему он и был прозван «ветхопещерником».

Память святых мучеников Христофора, Феоны и Антонина

Воспоминаемые ныне святые мученики Христофор, Феона и Антонин были воинами-копьеносцами царя Диоклитиана [1]. Однажды, присутствуя при мучениях святого великомученика Георгия и увидав совершаемые святым Георгием [2] чудеса, они бросили с себя оружие и свои воинские пояса [3] и, став пред царем, мужественно исповедали свою веру во Христа. За это, по приказанию императора, они были скованы цепями и заключены в темницу.

На другой день они были выведены из темницы и приведены пред судилище нечестивого императора, который и принуждал их отречься от Христа. Когда же святые мученики не повиновались мучителю, но открыто прославляли Бога истинного, то мучитель приказал повесить тела их, строгать их железными орудиями и жечь огнем. Но когда и после этого святые мученики остались непреклонными, то император повелел сжечь их на огне.

Так окончили свои страдание за Христа сии святые мученики [4].

Память преподобного отца нашего Георгия Исповедника, епископа Антиохии Писидийской

Исповедник Христов, преподобный Георгий жил во времена иконоборчества. Возлюбивши с юности Христа, он постригся в иноческий образ и, благодаря своей благочестивой жизни и многим трудам и подвигам, соделался обителью и вместилищем Святого Духа. Он был назначен епископом Антиохии Писидийской [1], и в этом сане усердно руководствовал вверенным его водительству стадом. Когда же по внушением диавола усилилась ересь иконоборческая и, по приглашению императора, все епископы спешили собраться в Константинополь, тогда и сей святитель, придя туда же, мужественно стоял за православие и советовал царю повиноваться соборным церковным постановлениям, преданным нам святыми отцами, наставниками православия, и увещевал подражать их вере, «учениями различными и чуждыми» (Евр. 13:9) не совращаться, по заповеди святого Апостола Павла. Его и самого принуждали отречься от поклонения святым иконам, но он не повиновался нечестивым иконоборцам, за что был отрешен от епископства и сослан в заточение, где и окончил жизнь свою [2].

Память преподобного отца нашего Трифона, патриарха Константинопольского

Византийский император Роман [1], тесть императора Константина Багрянородного [2], имея младшего сына по имени Феофилакта, которого он обещал, как только тот родился, посвятить в духовный сан, восхотел сделать его патриархом Константинопольским по случаю смерти тогдашнего патриарха Стефана [3]. Но так как Феофилакт был еще тогда молодым юношей, имевшим от роду всего только шестнадцать лет и по церковным правилам не мог принять на себя такой сан, то на время был избран местоблюстителем и правителем патриаршего престола монах Трифон [4], который должен был управлять патриаршим престолом до тех только пор, пока сын царя, Феофилакт, не достигнет возраста, дававшего ему право на замещение святительского престола.

Быстро возводимый по иерархическим степеням, монах Трифон был посвящен во епископа и принял патриаршее управление, будучи человеком поистине достойным такового сана, так как проводил непорочную жизнь. Управляя патриаршеством не много более трех лет, он при следующих обстоятельствах был отрешен от сего управления.

Когда Феофилакту исполнилось всего только еще двадцать лет, император Роман стал добиваться, чтобы Трифон уступил патриарший престол его сыну. Но блаженный Трифон не считал возможным уступить молодому и неопытному юноше таковой высокий сан, которого мог быть удостоен только муж совершеннейший и летами, и разумом, хорошо знающий божественное Писание и вообще способный как должно управлять кормилом Церкви.

Тогда император Роман весьма опечалился, не зная, как поступить, так как он не имел ни одного обвинения на Трифона, по которому можно было бы устранить его с патриаршего престола, тем более что преподобный Трифон был человеком святой, безукоризненной жизни. При таких обстоятельствах, друг императора, кесарийский епископ Феофан, человек коварный, сказал императору:

— Царь, поручи мне это дело и я отлично устрою его согласно твоему царскому желанию.

Царь весьма обрадовался предложению Феофана и стал просить его поскорее окончить дело, за какое он взялся.

Отправившись к святому Трифону, Феофан вступил с ним в беседу, лицемерно притворяясь преданным ему человеком. Он говорил ему следующее:

— Владыка, император замышляет против тебя великие козни: он с своими единомышленниками ищет повода и предлога, чтобы низложить тебя с престола патриаршего. Впрочем, несмотря на все свои хлопоты, они едва ли достигнут чего-либо, так как они выставляют против тебя такое обвинение, в котором ты неповинен. Так, они говорят, что ты будто бы человек не грамотный и совершенно не умеешь писать; и посему они считают тебя недостойным патриаршества. В виду этого позаботься заблаговременно посрамить их и заградить их уста, дабы они умолкли. Если ты хочешь меня послушать, то поступи так. В присутствии всего собора напиши на чистой бумаге твое имя и патриарший титул и отошли написанное императору, дабы были посрамлены клеветники твои, говорящие, что будто бы ты не умеешь писать.

Блаженный Трифон, будучи незлобив, не понял коварства Феофанова и полагал, что совет его хорош, почему и исполнил его. Когда начались заседание собора, патриарх обратился ко всем со следующею речью:

— Служители алтаря Божия напрасно отыскивают против меня обвинения те, кои желают свергнуть меня с престола. Я уповаю на Бога моего, что они ничего не найдут против меня такого, за что меня можно было бы лишить вверенного мне Богом престола, если даже и усиленно будут добиваться этого. Между прочим они выставили против меня то ложное обвинение, что будто бы я неграмотен и совершенно не умею писать. Вот я в присутствии всех вас пишу эти строки, дабы клеветники мои постыдились и перестали на меня лгать.

Сказавши это, блаженный Трифон взял чистую бумагу и на глазах всех написал на ней следующее:

— Трифон, милостью Божиею архиеипископ Константинополя, Нового Рима, вселенский патриарх.

Полученная затем бумага была передана императору. Император, по совету вышеупомянутого Феофана, епископа кесарийского, приказал на ней другой рукой приписать следующие слова:

— Я уступаю патриаршее место не по другой какой-либо причине, а единственно лишь потому, что считаю себя недостойным сего сана.

Приписав эти слова император приказал прочитать сию бумагу в присутствии князей, бояр и всех должностных лиц. Затем при помощи своих единомышленников он насильственно вывел святейшего патриарха Трифона из патриаршего дворца и приказал назначить на патриарший престол своего сына Феофилакта. Вследствие этого в Церкви начались большие смуты и нестроения, потому что многие из служителей Церкви продолжали считать патриархом Трифона, а не Феофилакта.