'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

Я, наступив на двери, взлетел по лестнице на второй этаж.

Ещё один Удар — вынесший дверь спальни.

И картина маслом — вурдалак, вонзивший клыки в шею бесчувственной Зинаиды Поликарповны. Увлёкся, тварь. Дорвался до добычи. Иначе успел бы среагировать.

Знак Меча — разрубивший вурдалака сверху вниз, от затылка до поясницы. Вой — достигший уже ультразвуковых пределов.

— Да что ж вы так орёте-то все! — возмутился я. — Сам полез, между прочим! Никто тебя сюда не гнал!

Передняя часть вурдалака, обладающая клыками и частично — руками, продолжала удерживать Зинаиду Поликарповну. Задняя на моих глазах отвалилась — повиснув вдоль тела твари, как фалды на фраке.

Бить мечом я поостерёгся, опасался задеть женщину. Левой рукой выхватил кинжал, подскочил ближе и ударил вурдалака в лоб.

Башка запрокинулась назад, с клыков закапала кровь. Вот теперь — Удар!

Вурдалака отшвырнуло к стене.

Я не стал дожидаться, пока он сползёт по ней на пол. В ту же секунду оказался рядом и вонзил в горло вурдалака меч.

— Вот, можешь мне сказать, чего тебе не лежалось спокойно? Зинаида Поликарповна — достойнейшая женщина. Всю дорогу, пока ты жив был, при тебе сидела, на сторону ни разу не взглянула. Даже траур по тебе оттоптала, сколько там положено. Мог её хоть теперь в покое оставить? Ты — один хрен, дохлый, тебе какая разница вообще?

— Ненавиж-ж-жу!

— Не, ну это понятно. А по существу?

— Ненавиж-ж-жу!

— Тьфу.

В левой руке я всё ещё держал кинжал. Его и воткнул между горящих ненавистью глаз.

Три родии. Успел отлежаться, тварь. Хотя, судя по небывалой производительности огорода, твари на этом кладбище тоже должны жировать — только в путь. С причиной разберёмся чуть позже. Пока у нас на повестке дня Зинаида Поликарповна.

Кастовать Противоядие я не стал, использовал амулет. Успел обзавестись привычкой самые востребованные носить с собой. Карман не тянут, а пригодиться иной раз — ой как могут.

Сейчас был именно такой случай. Я опасался, что одним амулетом не обойдётся, но повезло. Успел вовремя, сильно навредить несчастной супруге тварь не успела.

Ресницы Зинаиды Поликарповны дрогнули. Она открыла глаза. Не сразу, видимо, сообразила, что происходит. Осознав, что я держу её голову на коленях, пролепетала:

— Ах…

— Не. До «ах» у нас с вами не дошло. Вмешались обстоятельства непреодолимой силы. Но если настаиваете, можем продолжить.

Зинаида Поликарповна потупила взор.

— Только не прямо сейчас, — уточнил я. — Сейчас мне надо с одной фигнёй разобраться. Где вашего управляющего искать, подскажете?

* * *

— Вот тут, — указал я место.

Два мужика с лопатами, которых мне выделил управляющий, принялись копать. Где именно, я наметил, ещё когда рассматривал мемориально-огородный комплекс с чердака. Ровно в его центре, под одной из уже разрытых могил.

Сам тем временем не спеша спалил тушу вурдалака, собрал кости. Не сработавшую Западню убрал ещё перед этим.

Мужики за моими действиями наблюдали с опаской, но копать стали только быстрее. Не терпелось, видимо, поскорее отсюда убраться. А я сложил в мешок кости. Теперь, вместе с теми, что получил с остальных — двенадцать штук. Прилично, но мастер Сергий просил больше.

Копайте, мужики, копайте! Вот, сердцем чую — не зря. На кости не рассчитываю, конечно. А вот на родии…

— Ваше сиятельство, — подал голос один из копателей. — Кажись, нашли чего-то!

Углубились они в яму уже прилично, наружу только головы торчали. Я подошёл. Пока возился с вурдалаками, приводил в чувство Зинаиду Поликарповну и организовывал земляные работы, начало светать.

В бледном утреннем свете под лопатой одного из мужиков блеснул знакомый металл.

— Отлично! — я потёр руки. — Всё, мужики. Теперь подхватились — и бегом отсюда. Дальше я сам.

Упрашивать себя работники не заставили. Через минуту обоих и след простыл.

Я спрыгнул в яму. И не спеша разгрёб землю вокруг знакомой «банки».

Находке почти не удивился. Ну не может быть, чтобы просто так, на ровном месте, пёрли как не в себя и твари и огород! Причём в пределах чётко очерченной окружности. Неспроста это всё.

Интересно, что там, в банке? Какой сюрприз на этот раз?

Вернусь в усадьбу — проверю. Чтобы находку сразу спрятать в сейф, а не таскать с собой чёрт знает сколько времени, мне ведь ещё в Оплот возвращаться за Захаром. В упаковке — оно надёжнее.

Я запихал банку в заплечный мешок. И не спеша вернулся к дому Зинаиды Поликарповны.

Хозяйка встречала меня на пороге — успела, видимо, очухаться.

— Я вам тут намусорил немного. Извините, — я окинул взглядом дверной проём, лишённый дверей, и пепел, оставшийся от вурдалаков.

— Ах, ну что вы, право! — Зинаида Поликарповна всплеснула руками. — Я уже приказала управляющему заказать новые двери. Тем более, что и ставни надо менять… — Она подняла взгляд на достопамятное окно. — По сравнению с тем, что вы сделали для меня, всё это — сущие пустяки.

— Да? Ну, отлично. В таком случае, надеюсь, не расстрою, если скажу, что ваш чудо-огород с сегодняшнего перестанет функционировать. По крайней мере, как чудо. Собирать по три урожая за лето больше не получится. Впрочем, есть и хорошие новости. Вурдалаки с кладбища, вероятнее всего, к вам тоже больше не полезут. Без колдуна, в таком количестве — уж точно.

— Огород? — Зинаида Поликарповна даже не сразу поняла, о чём речь. Сообразив, всплеснула руками: — Ах, да и слава тебе, Господи! Я ведь уже говорила, как к этому отношусь. Если бы крестьяне не настаивали…

— Вы крестьянам удобрений прикупите, — посоветовал я. — Тогда, глядишь, и на полях, и в обычных огородах дела на лад пойдут. Сами собой, без вмешательства нечистой силы.

— Удобрений? — озадачилась Зинаида Поликарповна.

— Угу. Есть такая интересная штука. Вы поспрашивайте у соседей, наверняка подскажут.

— А вы?

— А я в сельском хозяйстве шарю не сильно лучше вас. Да и пора мне уже.

— Как⁈ Вы уходите?.. Нет-нет! — Зинаида Поликарповна вцепилась в мой рукав. — Без завтрака я вас никуда не отпущу! Нашего повара покойный супруг привёз из Петербурга, он изумительно готовит! А кроме того… — тут она снова потупила взгляд. — Я не готова так скоро расстаться с вами.

Так мне улыбнулось счастье. И я улыбнулся ему.

* * *

В усадьбу я вернулся к полудню,