Профессиональный оборотень - Андрей Олегович Белянин

агент Сафина! Для вас назрело очень сложное и весьма непростое задание. Я бы предпочел пойти сам, но Грызольда настаивает на том, что у меня плохой сон и таблетки надо пить вовремя. От вас потребуется не только храбрость, но и деликатность, политкорректность, умение работать в команде, педагогические навыки и…

– Это точно про нас, – поспешила перебить я. – А куда, собственно, ехать?

– На вашу историческую родину. – Шеф по-отечески улыбнулся в бороду. – Вы отправляетесь в столицу Татарстана, древний город Казань!

– Вэк, – обрадовалась я. – Минэм эбием казаннан!

– Бик якши! – поддержал гном. – Так вот, держите папку и ознакомьтесь с делом.

– «Башня Сююмбике»? – с некоторым недоумением прочел кот. Мы втроем уселись за маленький круглый стол и разложили бумаги. Шеф раскурил трубку, время от времени вставляя в наш деловой разговор свои уточняющие комментарии…

– Итак, нам предстоит не допустить разрушения легенды о башне Сююмбике. Ибо она является символом гордости и самосознания татарского и русского народов.

– А русского-то почему? – не понял Алекс.

– Потому что военные, культурные и торговые связи русских с татарами очень древние. Захват Казанского ханства и его присоединение к Русскому государству имели большое политическое значение для объединения этих народов, – важно читал агент 013.– До присоединения ханы торговали людьми, и в разрушенной Казани были тысячи русских рабов. После захвата в городе активно строились церкви, заключались смешанные браки, и он стал оплотом равных прав для всех народов.

– Но башня-то при чем? – гнул свое мой муж.

– Согласно легенде царица Сююмбике заставила Ивана Грозного построить ее для их бракосочетания. А потом взошла наверх и сбросилась, разбившись о камни! Она поступила так, поддерживая гордость и самосознание своего народа, демонстрируя непокоренность захватчикам. И русские в полной мере оценили такое величие духа, воспев храбрую царицу в песнях и литературных произведениях! А Казань стала вторым по значимости городом на Руси. Теперь понял?

– Она и вправду так сделала? – едва не всплакнула я.

– Нет, – успокоил шеф. – Реально царица не выходила за Грозного. Он велел ей с детьми ехать в Москву. Там она вышла замуж за одного из приближенных к царю бояр и прожила в достатке и уважении долгую жизнь. Думаете, никто не знал, как было на самом деле? Все знают! Но и татарам и русским необходима эта красивая сказка…

– Так в чем проблема? – удивился кот.

– В ученых! Эти правдолюбцы хотят развеять легенду, напомнив всем, что это пустая фантазия, не основанная ни на каких фактах. Поэтому ваша задача – поехать и сохранить право народа на сказку. Наша цель – создать альтернативную историю! Спору нет, разрушать легенды иногда нужно, но, возможно, не всегда и уж точно не в этой ситуации. Ученые намерены документально заснять отъезд Сююмбике из Казани, доказав, что никакого бросания с башни не было. А потеряв еще одну красивую легенду, мы сделаем наш духовный мир беднее…

– Обычно мы боремся против зарвавшихся героев народного эпоса, – задумчиво пробормотал мой муж, но я отодвинула его локтем.

– Классное задание, шеф. Только, чур, красавицей Сююмбике буду я, если настоящую царицу на это дело не уговорим. Агент 013 не подойдет, он слишком толстый.

– Я толстый?! – схватившись за сердце, ахнул Профессор.

– Пожалуй, да, – признал шеф. – Дружище, тебе бы не помешало сбросить десяток килограммов.

– Во мне всего двадцать пять! Если я сброшу десять, то умру от истощения.

– Что-то я не слышала, чтобы пятнадцатикилограммовые коты умирали от истощения, – добила я, и на ближайшие полчаса кабинет начальства превратился в самый неуправляемый дискуссионный клуб.

– Возьмете с собой новичков для практики, – наконец поставил точку гном, хлопнув топором по столу. – Агентов не хватает, нужно заменить тех, кто ушел создавать семью. Я решил объявить набор здесь у нас, чтобы заодно сократить число проживающих на халяву, пусть не даром едят свой хлеб. И к тому же безделье разрушает личность. А наши хоббиты бездельничают годами.

– Ну они беспрестанно тренируют свой ум в изворотливом жульничестве.

– Между прочим, нелишнее качество в вашей работе, мало ли когда пригодится. Агент должен уметь влезать в шкуру каждого монстра, даже самого нового и малоизученного. А теперь идите к Гансу, он вам выделит троих новичков. Но вы, командор Орлов, останьтесь. Для вас будет отдельное задание.

Отлично, мы дружно повесили носы. Еще не хватало взваливать на себя обучение новичков. Прошел всего день после того, как в столовой было вывешено объявление о рекрутах, а народ уже подавал заявления. Наглый лепрехун ходил по коридорам строевым шагом, зажав под мышкой палочку на манер английского сержанта, отрывисто требуя, чтобы окружающие говорили ему только «да, сэр!», «нет, сэр!» и «слушаюсь, сэр!».

– Обучать их придется нам, а этот павлин занимается только организацией, но сколько помпы! Несправедливо…

– Мир в принципе несправедлив. Ты это только заметила, деточка? – скривил морду кот, когда наутро мы отправились выбирать себе головную боль. – Ганс, мы за новичками!

– Попрошу говорить мне «сэр!».

Агент 013, недолго думая, отвесил ему плюху! Лепрехун взвизгнул, замахнулся тросточкой, но, встретившись взглядом с командором, быстренько извинился и вручил нам список. Вэк, как и предполагалось, особенно выбирать было не из кого…

Шеф дал нам два дня на то, чтобы притереться к практикантам, начать с ними заниматься и проинструктировать перед вылетом. Лучших новобранцев уже разобрали или успели застолбить за собой еще до их вступления в ряды агентов по борьбе с нечистью. А из оставшихся я договорилась с маленькой хоббитессой Самбукой, Алекс выбрал пиратского попугая Корртона, а коту достался в напарники Уильям, английский дог-привидение, по холке которого пробегал огонь.

Он недавно появился у нас на Базе, мой муж вытащил его из леса под Софией, где держал питомник наш друг Пламен. Как он попал туда из Великобритании – отдельная песня. Пес устал пугать прохожих[42] и сам изъявил желание быть полезным обществу. Уильям считал себя джентльменом, а потому искренне не понимал малороссийских замашек Профессора. Особенно его раздражало, что кот-полковник с самого начала называл его не иначе как «песик», видимо чувствуя злорадной душой, что этим выводит дога из себя.

– Хороший песик, милый песик, добрый песик…

– Сэр, я требую уважительного отношения между партнерами, –