'Фантастика 2025-63'. Компиляция. Книги 1-27 - Александр Майерс

— Вы будете охранять мой товар бесплатно. Где его хранить решайте сами. Я даже не потребую с вас бумаг, подтверждающих, что вы у меня взяли товар. Однако, после проверки качества всего товара, я поставлю на каждом печать Империи Элизиум.

— Ну, как же без бумаг. А вдруг товар… м-м-м… пропадет? Или его повредят?

— Я вам поверю на слово, что вы не причастны, если вдруг товар повредят или он пропадет и не буду с вас требовать возместить мне его стоимость. — при этих словах смотритель заметно повеселел. — Но в случае если такое произойдет, то все последующие аукционы, мы будем проводить без вашего участия.

— А сколько аукционов всего вы планируете провести?

— Мы собираемся проводить их регулярно. Крови вампиров в Империи Элизиум достаточно. Зелья будут поставляться и продаваться в городе Пограничном. А вот с вашим в них участием или без, зависит от вас.

— В Пограничном свой скупщик. Он и его семья очень влиятельны в этих землях, нам не позволят там провести аукцион.

— Этот скупщик, как и его брат — градоначальник, оскорбили меня, за, что и были казнены на месте. Сейчас там исполняет обязанности градоначальника маркиз Ленье ван Диор. Я думаю, вы сможете с ним договориться.

— Я вас понял. Ваш товар будет сохранен в лучшем виде. Никто не сможет украсть его у вас. Я вам это гарантирую. И, разумеется, все это сделаем мы за свой счет. Нужна ли вам охрана на период пребывания в Бравом? Это тоже за наш счет.

— Нет спасибо.

— Какой вы хотите сделать первоначальную цену?

— Двадцать тысяч золотых за флакон.

— Это дешево. Но если вы разрешите провести аукцион после обеда. То мы пригласим покупателей, которые смогу дать за ваш товар большую цену.

— Я подожду, приглашайте. И товар должен быть выставлен на аукцион одной партией.

— Как пожелаете. Можем мы приступить к проверке товара?

— Да, пожалуйста.

Когда закончили проверять товар, я опечатал его энергетическим изолятором. Смотритель окинул взглядом печать и сказал, что подделать такое не сможет никто. Потом, он мне вручил документы о проверке и о том, что он принял на хранение весь товар с описью. Не смотря на мое нежелание его брать, он аргументировал:

— Вы можете выбросить эти бумаги, но вручить мы вам их обязаны.

— Хорошо. Скажите, вы женаты?

— Да, а почему вас это интересует?

— Я прошу прощения за вопрос, но вы с женой занимаетесь сексом?

— Куда там. С молодыми служанками иногда и то, они сами все делают. Стар я уже.

— Тогда у меня для вас подарок. — сказал я и положил ему на стол две пробирки с травкой Дара. Сегодня вечером, когда останетесь с женой в спальне вдвоем, съешьте содержимое одной пробирки, а содержимое второй, пусть съест жена. А завтра, вы мне назовете первоначальную цену этого товара за пробирку, которую вы порекомендуете мне назначить на аукционе. У меня сто таких пробирок на продажу. И в дальнейшем я смогу их поставлять.

— Спасибо. А вы уверены, что это не повлияет на мое здоровье?

— Если только в лучшую сторону. Я не заинтересован в вашей смерти или болезнях. Наоборот, хочу, чтобы вы прожили подольше и оценили все преимущества сотрудничества с Империей Элизиум. — сказал я и попрощавшись, мы ушли.

Мы вернулись на постоялый двор. Там нас уже ждали гномы.

— Мы решили, что переедем в Империю Элизиум. Для начала присмотримся, а там решим оставаться или нет. Семьи мы уже разместили здесь же. Поэтому принимай пополнение. Что от нас требуется?

— Пока ничего. Завтра после обеда аукцион. Продам товар, заберу деньги и послезавтра утром выезжаем. Лия, верни деньги гномам, что они потратили на постоялый двор.

— Хорошо, император. — и Лия ушла с одним из гномов.

— Может, мы будем охранять товар, пока не закончится аукцион? — сказал Торин

— Не надо. Его охраняют люди смотрителя над аукционами. — ответил я.

— Это дорого. Мы это сделаем бесплатно.

— Они бесплатно вызвались его охранять.

— С чего вдруг? Они обычно три шкуры дерут.

— Они решили, что и дальше проводить аукционы на наш товар выгоднее, чем даже забрать себе весь нынешний товар.

— Умно. Так чем нам заняться?

— Чем хотите. Я хочу сходить в таверну, выпить бардамара и поесть.

— Мы уже поели, но все же сходим с вами. Выпьем по кружечке гномьего пива и присмотрим, чтобы ни у кого не возникло желания с пьяну на вас с кулаками кинуться.

Войдя в трактир, который располагался в этом же постоялом дворе, мы уселись за один столик. Надо отметить, что этот трактир был значительно хуже, чем у Альмана. Тот следил за своим заведением так, будто оно находилось в столице и там в любую минуту мог зявиться его величество Генрих третий. Тут же и пятна были на скатертях, хоть и небольшие и пол, судя по всему мели реже. Вот посуда тут была идеально чистая и без единого скола и трещины, а вот во внутреннем убранстве трактира, глаз нен-нет, да цеплялся за какое-нибудь пятно или плохо убранный уголок.

Граф тоже решил к нам присоединиться. Сегодня в этой таверне выступала пара молодых менестрелей. Парень с девушкой. Пели они довольно не плохо. Нам принесли поесть и выпить. Даже нашелся бардамар. Я разлил бардамар по стопкам и, умиляясь от того, как жадно гномы смотрят на напиток, которой исконно принадлежит их народу, но они не в состоянии купить его себе сами, я произнес:

— За знакомство, достойные гномы.

Они вытаращились на меня. Потом Торин спросил:

— Ты собираешься его пить? Разве не Гериндорфу ты его покупал.

— Ну, Гериндорфа я тоже угощу бардамаром, но покупал я его себе.

— Тебя может убить или, как минимум, скрючит так, что завтра ты не сможешь присутствовать на аукционе.

— Не переживай. Я не первый раз пью бардамар. — сказал я, выпил и закрыл глаза. Напиток приятно обдал теплом, перелился несколькими вкусами и оставил приятное послевкусие. И я, открыв глаза, сказал:

— Это лучший напиток из всех, что я пробовал.

Гномы переглянулись и выпили тоже.

Я обратился к графу Чегему.

— Граф, у Лии еще два кристалла, к тем, что надо передать королю Мирдрамара.

— Давайте. Чувствую, вы быстро наведете тут порядок. — ответил Чегем.

Лия передала ему кристаллы. А я заметил, как в таверну зашло несколько работорговцев и сели они за столик в углу. Так, чтобы им было хорошо видно нас, а мы не могли смотреть за ними, не повернувшись.

— Вот те